Страница 38 из 101
Вообще-то я тоже так думала. И уже почти решила, что Эд обладает магическим умением поднимать пудовый засов на всём скаку.
Конь (если лошадь – потом перед ней извинюсь) снова взвился на дыбы и так, на двух задних ногах, точно в танцевальном па развернулся к зданию.
Я в очередной раз почувствовала себя мешком – и в очередной же раз чуть не вывалилась из седла. Камни двора оказались прямо перед глазами (вместе с чьей-то зверской рожей). Потом Эдвард за шиворот втянул меня обратно, попутно порвав многострадальную рубашку.
Зато уж теперь я вцепилась в него, как утопающий в соломинку.
В ушах свистел ветер и чья-то ругань, хрипел конь, кусая удила... Перед нами снова возникли ворота – на этот раз другие... А потом была крутая лестница, проём входа, в который мы стрелой влетели, сшибив дверцу (благо на ней засова не оказалось) и понеслись по коридору.
Двери, стены и решётки замелькали с головокружительной быстротой. Сзади, судя по звукам, тоже кто-то скакал, но мне было совершенно не до этого.
Господи, у них улицы-то не всегда предназначены даже для одного всадника, не то, что коридоры!
Я уж молчу про потолки!
Нас преследовали, нам пытались загородить дорогу, пока Эд правил невесть куда, потому что в этих лабиринтах сам чёрт ногу сломит – я постоянно ждала, когда вон та дверка или вон та стенка окажется тупиком. Обратно мы не смогли бы повернуть при всём желании – кажется, весь народ со двора повалил за нами. По крайней мере, звуки были соответствующие.
Когда впереди замаячили особенно большие двери, а также человек пять стражи с мечами наголо, я зажмурилась, уткнувшись носом Эду в спину. Сейчас нас этими ножичками да из седла....
Эд даже не попытался остановить коня. Похоже, им обоим уже море было по колено – мы на всём скаку втемяшились в «засаду». И, не сбавляя темпа – в двери.
Не знаю, какая женщина способна коня на скаку остановить, но мужчине, даже вооружённому это оказалось не под силу. «Засаду» мы просто смели. Как собственно и двери.
А дальше словно из-под земли вырос алтарь. И трёхметровая фигура какого-то не то святого, не то местного короля – я не рассмотрела. Помню только, что священник (одежда у них везде характерная) шарахнулся в сторону – а мы рванули по пустому коридору между лавок.
Обалдевшие прихожане глазели нам в спины. Какая-то экзальтированная дамочка у входа, правда, попыталась кинуться под копыта, но не успела.
Даже думать боюсь, что с ней сделала вторая лошадь и погоня.
Ну а потом было много солнца, улицы, по которым мы плутали хлеще, чем по коридорам (впрочем, погоня плутала тоже). И, напоследок – ворота. И почему-то ров с водой.
А я ещё думала, чего они там сзади орут: «Поднимай!».
Ну, хм, подняли.
Мы вниз соскочили, когда мост уже был в метре над землёй, как там за нами справлялись – не знаю.
Я боялась только, что у коня подломятся ноги, и мы кубарем полетим в ров. Лететь было бы далековато, честно говоря. Рыли тут на совесть.
Коней тренировали – тоже.
Мимо ещё свистнуло несколько стрел – и, наконец, замелькали деревья.
Сколько мы так скакали, не знаю – конь хрипел, дрожал и постепенно замедлял шаг, пока вовсе не остановился. Эд спешился, буквально сдёрнул меня следом – и принялся водить бедное животное по кругу. Через секунду рядом свалилась Камилла, бросила Эду поводья и растянулась на земле, закрыв глаза.
- Ну? Теперь ты доволен? – пробормотала она, кривясь.
- Да, – спокойно отозвался юноша, сосредоточенно осматривающий лошадей. – Вполне.
Камилла тихо вздохнула.
- Ну всё – гнить мне теперь в лесу, как и остальным «свободным» ведьмам – до самой старости, – с тоской в голосе произнесла она.