Страница 102 из 106
Я сорвалась от его крика и рванула в темноту пещеры. Мой рюкзак со всеми огненными штуками потерялся где-то возле Джони, осталась одна керосиновая лампа, которую я прикрепила к поясу на джинсах. Она треснула и сейчас текла прямо на землю.
Обернувшись к удаляющемуся входу в пещеру, я увидела только силуэт Джони и тень, которая набрасывается на него. Отступать мне уже поздно. Я бежала вперед, даже не обращая внимание на летучих мышей над головой, которые закопошились от звуков борьбы и моих шагов. Я не видела дороги перед собой, а бежала просто вперед, чувствуя, что какая-то часть внутри меня слабее. Думаю, это и есть та самая ведьма.
Мой взгляд заметил шевеление на стене. Я повернула голову и слегка вскрикнула, сжимая камень в кулаке сильнее. Черная масса правда превратилась в тень, следуя за мной по стене, словно акула в воде. Я прибавила бегу, но только потеряла больше сил.
Моей магии пришел окончательный конец, когда я уже не чувствовала энергии от камня. Я потеряла всю силу вместе с ним.
Остановиться пришлось резко. Пещера заканчивалась тупиком – небольшая круглая комната с выступающим острым камнем посредине. Я испуганно обернулась, видя перед собой около шести теней, становящихся вокруг меня у стен. Дрожащими пальцами я потянулась в карман за спичками, но тут же выронила коробок, случайно цепляясь рукой за край кофты. Собирать их у меня не было времени, и я полезла во внутренний карман, совсем забыв, что нужно следить за своими врагами.
Тени перебрались на пол и уже схватили меня за ногу, роняя на землю. Я вскрикнула, обматывая шнурок вокруг руки, камень оказался у меня точно на ладони, касаясь рун.
Из-за падения я шлепнулась на сломанный фонарь, и осколки впились мне в кожу. Я закричала, пытаясь отстегнуть фонарь от ремня. Тени зашипели и вновь окружили меня, медленно подбираясь к ногам. Я кое-как приподнялась и постаралась уползти от них, чувствуя, что земля в пещере попадает мне на рану.
Футболка уже пропиталась кровью, но я старалась придерживать рану одной рукой, а во второй охранять камень. Джонатан до сих пор находился за пределами пещеры и ничем не мог мне помочь. Он зажег шашку и отпугивал ею одну единственную тень, пытающуюся напасть на него.
Тень схватила меня за ногу и потащила на себя. Я перевернулась на живот и вскрикнула от боли. Задержавшись руками за землю, я поползла к выступающему камню, чувствуя, что живой отсюда точно не уйду. Протянув руку, обмотанную шнурком, я постаралась забыть о боли и сделала последний рывок, ударяя ладонью по самому острию камня.
Рубин раскололся на части, а в мою руку попали осколки, оставляя глубокие ранения. Тени запищали так, словно их резали пополам. Последнее, что я видела, это как они разом кидаются на меня.
Джони, увидев все то, что творится в глубине пещеры, понял, что без него мне никак не справиться. Он заметил дорожку керосина, только вот до нее не дотянуться просто так, поэтому он сделал один единственный шаг и поджег горючее, а я даже не успела ничего ему сказать, чтобы остановить.
Керосин загорелся в считанные секунды. Огонь охватил тени, а я чудом успела увернуться, вжавшись в стену. Долго находиться мне здесь нельзя, иначе отравлюсь угарным газом. Собрав всю свою волю в кулак, я приложила руку к ране и встала с земли, пытаясь выбежать наружу. Моя голова кружилась от всего происходящего: от крови, самой раны, давления в пещере, дыма. Я закашлялась и врезалась в стену, за которую придерживалась. Изображение расплывалось, но я все равно видела свет в конце пещеры.
Перейдя границу, я упала почти у обрыва, смотря в темноту пещеры. Мое зрение приходило в норму, я уже могла дышать. Но в голову ничего больше не лезло, кроме Джонатана, который сделал огромную ошибку – он вошел в пещеру.
Я подползла к рюкзаку и достала оттуда аптечку. Подняв майку, я закричала от увиденного – из моего бока торчало три осколка стекла и все это обливалось кровью. Тихо запищав, я вытащила один, прикусывая нижнюю губу. Второй и третий последовали за ним, а мои щеки уже все были в слезах. Я промыла рану водой, крича на всю поляну, никогда еще мне не было так больно, но я радовалась тому, что могу заниматься этим, а не думать о Джонатане.
Бинты пригодились и для руки, которую я поранила о камень в пещере. Дым уже прорвался наружу, а мне было необходимо спуститься вниз. Я оставила рюкзак на вершине, просто мне не хватит сил нести его на себе. Я спускалась медленно, но очень настойчиво, но на последнем шаге все-таки сорвалась и упала прямо на спину. Я не стала подниматься, а просто заплакала.
Поверить не могу, что он все-таки ушел от меня. А ведь обещал сходить на выпускной! Я могу простить ему все, но только не то, что он бросил меня так скоро, только не сейчас!
Я рыдала всю дорогу до дома, а это около трех часов, плюс еще мой медленный шаг и постоянные остановки прямо на траве. Я не могла остановить слезы, они просто сами вырывались наружу. Мне было плохо и физически, и душевно, но больше сердечно, так плохо я еще никогда себя не чувствовала.
Но Джонатан выполнил свое предназначение – он закрыл врата. Он сделал то, чему его отец посвятил всю свою жизнь. Джони спас всех нас. Но он подвел меня, оставил одну.
Я поднималась и шла дальше только потому, что Джони бы сейчас заставил меня идти, говорил о кексах и кровати, которые меня ждут дома. Я бы ему поверила и пошла дальше только потому, что он меня попросил. Только потому, что он был бы рядом со мной.