Страница 83 из 87
Ниар на мою просьбу дать интервью откликнулся сразу — выслал координаты места встречи и короткое сообщение «Согласен», после чего вышел из сети, не продолжая диалог. Я удивилась — обычно штурман Рокассиодрии не был столь лаконичным. Но гадать долго не стала, мгновенно начав подготовку к одному из важнейших этапов работы — проработку сценария встречи.
Встретились мы, что странно, вне корабля и признаться, я была удивлена — Ниар редко покидал рубку и не особо любил сушу. Но сегодня для встречи он выбрал летнее кафе на пляже в городе Левойи — одном из популярнейших среди туристов портовых городов. И это изумило меня еще больше — народу здесь было невероятно много.
Виниар, однако, перехватил меня за локоть на пороге кафетерия, не дав войти внутрь и, жестом приказав молчать, повел за собой вглубь местного парка, начинавшегося сразу за зданием кафе. Свернул на одну тропинку, на другую, попетлял немного среди аккуратно подстриженных деревьев и, наконец, бережно раздвинул кусты, вежливо пропуская меня на заросшую полянку на окраине прогулочной зоны:
— Да, здесь нас точно не достанет один непомерно любопытный капитан. Здравствуй, Рио — он, наконец, повернулся и расцвел светлой своей, такой знакомой улыбкой.
Я улыбнулась в ответ, параллельно обратив внимание, на то, как изменился штурман — исчезла нездоровая худоба, в глазах вновь танцевали изумрудные искорки и жуткая, смертельная бледность сменилась здоровым румянцем. Заметив мое любопытство, парень рассмеялся:
— Отпуск нам дали недавно, всем и дружно. Корабль на ремонт поставили, слишком сильно пострадала в последней схватке девочка. Лечится. А мы все отдыхаем, — он осторожно взял меня за руку и потянул за собой на нагретую солнцем траву, — Не против, если поговорим здесь?
— Нет конечно! — Я устроилась напротив него и привычно вынула из сумки штатив, камеру и блокнот, — Вопросов много, я выбрала лучшие из лучших! Должно быть интересно!
Штурман слегка поморщился:
— И трудно… Да, капитан говорил, что у вас весело бывает на интервью. Я готов, все нормально!
Я кивнула и включила камеру…
— Здравствуй, Виниар! Рада, что ты сегодня с нами!
«тепло улыбается»
— И я рад, Рио, что я сегодня с тобой. Давно тебя не видел.
— Твоя история очень тронула сердца наших читателей и многие из них написали нам, прося рассказать о тебе побольше. Выполняю их просьбы. Готов отвечать на вопросы?
— А почему нет? Поехали! Правда, мне крайне печально, что из-за меня кто-то тронулся, но тут уже ничего не попишешь… «хитро усмехнулся»
— Ну тогда первый вопрос — есть ли в твоей жизни поступок, которым ты гордишься?
«задумчиво закусил губу»
— Знаешь, да. Однажды, когда я ходил на втором по счету судне до Рокассиодрии, я отстоял перед командой тамошнего юнгу. Мальчишка неаккуратно задел стол и расколотил бутылку какого-то алкоголя, который распивали матросы. Естественно, его едва не ухлопали на месте, я кинулся его защищать. Не знаю, зачем, просто почувствовал что-то такое, екнуло внутри и все. Получил, разумеется, вместе с ним — тогда боец из меня был не ахти какой. Но вдвоем мы смогли продержаться до прихода боцмана и капитана и только за счет этого остались живы. А боцман потом начал со мной тренировки — сказал, что я способный, просто молодой и необученный. Как-то так…
— Ого! А юнга?
— А он сейчас сам капитан. На том же судне, кстати. Переименовал его правда, команда другая. Но разве это важно?
— Круто! Значит, это еще какой повод для гордости! Ты — умница! А вот и следующий вопрос — любая история из прошлого, до момента рабства, о которой ты хочешь рассказать?
— Ничего себе, заявочки! «изумленно вскинул брови» Ну, гляди — я свою жизнь до рабства помню смутно. Есть несколько кадров: лицо матери, ее могила, слова Главы Рода о том, как он передает меня в руки моего нового Хозяина. Но чтобы прямо история… Погоди! Нашел!
У меня в комнате, ну, где я в детстве жил, стоял цветок в горшке, довольно редкий и дорогой. Все над ним тряслись, ухаживали, а он все не цвел и не цвел. А я тогда особо цветами не интересовался, как, впрочем, и сейчас. Стоит и стоит. Как-то я заболел чем-то типа ангины, и местный врач прописал мне лекарство, крайне неприятное на вкус и запах. Естественно, ребенок такое пить не станет добровольно, ну и повадился я эту гадость в горшок выливать. Неделю, выливал, две — а эта фигня в кадке взяла, да и зацвела. Да красиво так! Выяснилось, на нем какие-то паразиты жили, на цветке этом, а микстура на них хлеще пестицидов сработала. Долго я потом доктора того боялся, мало ли чем еще отравить попытается. А цветок с тех пор цвел каждый месяц! «смеется»
— Да уж, дети — такие дети! А следующий вопрос — о чем ты мечтаешь? Чего хочешь больше всего?
«тепло улыбнулся»
— Наверное, сейчас у меня есть все, о чем мечтал. Почти все… Но последний элемент никогда не займет свое место в мозаике. Ему там не место, увы. А в остальном — я получил в своей жизни все, о чем мечтал. Честно!
— Что за последний элемент?
— Это очень личное, Рио. Правда, слишком личное… «состроил жалобную мордашку»
— Окей, давай дальше! Вопрос — зачем ты помогаешь капитану? Имеется в виду, не только в море? Оно тебе надо, такой крест тащить?
«поднял на меня серьезные глаза»
— Наверное, это то, что я называю смыслом. Когда ты можешь помочь кому-то дорогому для себя — ты идешь и помогаешь. В этом смысл, Рио. Чтобы не устраивать мясорубку из своих и чужих мозгов, не играть на нервах симфонию для большого оркестра, а просто быть тем, кто не бросит, даже если вокруг пустота и отчаяние, а шансов на выживание меньше нуля. Я не тащу крест. Я — трость, на которую можно опереться, чтобы не упасть. И это правильный выбор, на мой взгляд…