Страница 35 из 87
Мой народ считает, что любая боль является заслуженной по тем или иным причинам. Звучит, конечно, странно, но я склонен согласиться с предками. Когда-то причинив боль другому, можно делать ставки сто к одному, что все вернется к тебе сторицей. И поэтому боль нужно принимать с благодарностью, как Дар. Как то, что учит тебя не ломать и не портить все, что тебя окружает. И как бы не подшучивал над этим Знанием мой капитан — я верю, что оно действительно верно…
Приходить в себя было трудно. Вспышки перед глазами сменились мутной, тошнотворной одурью и шторм, разыгравшийся внутри черепа, заставлял внутренности скручиваться в тугой узел. Последствия регенерации — подарка моей эльфийской части, были, конечно, тоже не сахар, но, как правило, не заставляли меня чувствовать себя поплавком, скачущим по волнам в ветреную погоду. Значит, сюда приложил руку кто — то еще и я уже догадывался, кто…
…события страшной ночи я, на удивление, помнил прекрасно. И то, как Макс, стоя на коленях у кровати, что-то быстро шептал, прижавшись к моему лбу своим и как бежали по телу золотистые искорки чужой магии, успокаивая и забирая боль. Как прохладные ножницы разрезали на груди рубашку и на обнаженные плечи опустились две горячих, таких знакомых ладони, прижимая меня к матрасу.
Шепот откуда-то сверху:
— Держись, малыш, ты молодец! Дыши!
И собственный крик, хриплый, срывающийся, когда под чужими руками потоками раскаленной лавы потекла жгучая, нестерпимая боль…
Я медленно поднял руку к плотно забинтованной груди. Сердце билось ровно и спокойно, временами слегка сбиваясь с ритма и вновь принималось работать. Чудо, как оно есть — я прекрасно помнил, куда именно вошел нож и как разворотил он все внутри. Да, терр Леоран, вовремя твоею волей прислан был к нам этот застенчивый темноглазый ангел. Приду в себя — обязательно поблагодарю!
Тело спокойно отреагировало и на движения головой и корпусом, и на попытку сесть. Лишь покалеченное сердце снова гулко ухнуло о стенки ребер и на секунду замерло, меняя ритм. Я обхватил себя руками, стараясь дышать как можно медленнее и спокойнее. Голова закружилась и мне пришлось на время зажмуриться, стараясь не растревожить вконец разобидевшийся организм еще больше.
Из соседнего с каютой помещения рубки раздался едва слышный писк — сработал бортовой компьютер, улавливая сигналы. Интересно, другое судно или мы маяк, наконец, поймали? Я, стараясь не дергаться лишний раз, поднялся с кровати и по стеночке поковылял к панели управления.
На экране мерцал прямоугольник консоли приема данных. Ага! Таки маяк! Интересно, где мы вообще? Пальцы привычно сплясали таранталлегру по сенсорным клавишам панели и на экране развернулась матрица ландшафта и сеть географических координат. Терра-Въярца? Что?! Сколько же я тут валялся-то?
Выругавшись, я ввел код доступа приема сигнала и в окошке консоли запрыгали столбики цифр и букв. Чудесно, ни нарушений рельефа, ни застарелых кораблекрушений и обвалов. Зайдем, как по маслу!
Я достал из ящика стола и привычно нацепил на руку сенсор и уже начал вводить данные, которые требовалось отправить Элоиз и кэпу, когда услышал его голос. Прислушался… Ага, он как раз про координаты говорит. И, приоткрыв дверь, я четко озвучил требуемые данные вслух.
Ничего себе! Такой тишины на Рокассиодрии я за все годы службы не слышал ни разу! Но, не успел я как следует удивиться эдакому феномену, как команда разом взорвалась криками, свистом и овациями. Чувствуя, как на лицо сама по себе вползает улыбка, я поднял глаза. С теплой усмешкой смотрит на меня от штурвала Дриан, щуря на солнце свои удивительные глаза. Прислонившись спиной к перилам, улыбается мой спаситель — ассистент Макс. Но в глазах тревога, надо не забыть с ним переговорить позже. И вполоборота, пристально разглядывая меня потемневшими глазами, стоит капитан. Бледный даже сквозь загар, с бешеной силой сжимающий в пальцах крепкое дерево перил фальшборта.
Я чуть склонил голову, приветствуя их и тепло улыбнулся Дэму. Ну вот же, смотри, кэп, я в порядке, все хорошо! Ну что же ты… Додумать он мне не дал, сорвавшись с места со скоростью метеора и буквально зашвырнув меня обратно в рубку. Я, отлетев на полметра внутрь, тихо охнул от боли:
— Дэм, ты чего… — и осекся, когда друг схватил меня за запястье и притянул к себе, обнимая.
Рука капитана, горячая, чуть дрожащая, зарылась в волосы на затылке, прижимая мою голову к его плечу. Дыхание согрело макушку, и я вдруг понял, до какой степени меня самого трясет. Он беззвучно рассмеялся мне в волосы:
— Испугался, эллиэ? Не нужно, я в норме, драться не полезу. Просто не вырывайся пока, хорошо? — и снова замер, судорожно притягивая меня ближе. Я кивнул и поморщился — было немного больно. Однако его сердце, мощно грохотавшее в нескольких сантиметрах от моего, горячее дыхание, пальцы, едва заметно поглаживающие спину — все это стоило того, чтобы потерпеть.
Очевидно, заметив, что стоять мне все еще тяжело, Дэм вздохнул и, пробормотав что-то вроде «Прокат капитана, бесплатно, без предварительной регистрации», поднял меня на руки и перенес на многострадальную кровать. Однако, отпускать мою тушку он, судя по всему, не планировал, удобно устроившись с краю. Ловко просунул под подушку руку и сгреб меня вместе с ней, притягивая ближе. Я вздохнул — спорить с Фаанмико в такие моменты было попросту бесполезно, да и не нужно, в общем-то. Что ни говори, а я и сам нуждался сейчас в ощущении покоя и уверенности, почти всегда идущих от капитана ровной, непрерывной волной.
Поэтому я поглубже зарылся в одеяло и, прижавшись к горячему плечу того, кого давно привык считать старшим братом, позволил себе уплыть в сон. И не знаю, показалось мне или нет, но на грани сна и яви я услышал едва различимый шепот: