Страница 84 из 125
Кьяра ворвалась в замок, промчалась по комнатам, никого не нашла и кликнула слуг. Оказалось, Ореста никто со вчерашнего дня не видел.
Ящер бродил под замком, переминаясь с ноги на ногу, и тихонько поскуливал от голода. Кьяра велела его накормить, а сама спустилась в конюшни, оседлала лошадь и тут заметила гамаюна.
Так вот о какой «балаболке» говорили щекотуны!
- Эй, птах, как там тебя? Куда твой хозяин подевался.
- Не знаю, - сказал гамаюн, - велел мне убираться домой, а сам куда-то ушёл.
- Куда?
- Сказал же – не знаю!
- А почему я тебе не верю? Уж слишком лукавые у тебя глаза, - насмешливо сказала Кьяра, – давай говори, не то велю пустить тебя на суп.
- Ладно, - вздохнул гамаюн, - не ты, так хозяин.
- Я начинаю терять терпение.
- Он пошёл к упырям.
- Куда? – Кьяра аж подпрыгнула от удивления, - зачем?
- Моё дело маленькое, - улыбнулся Черноклюв, но заметив, как сузились глаза Кьяры, выпалил, - хотел посмотреть на Карса.
- Откуда он о нём знает? Ты проболтался?
- Почему сразу я? В этих землях даже самая пропащая блоха знает о ваших шашнях. Странно, что княжичу в первый же день не донесли.
- Сгинь, болтливая птица, - в сердцах крикнула Кьяра, - чтобы духу твоего тут не было.
Она вскочила на лошадь и поскакала в лес. Сердце её замирало от волнения. Только не это! Только бы Карс его не убил. Они ведь только этого и ждут, проклятые волхованцы.
- Карс, - позвала Кьяра, соскочив с лошади, - где ты?
Она помчалась в пещеру, расталкивая всех, кто попадался ей по пути. Спустилась к озеру, оббежала все углы, пока, наконец, не нашла его.
Карс был в постели со своей младшейй женой и, похоже, совсем не ожидал её увидеть. Он тотчас же слез со своей упырки, накинул на неё простыню и довольно грубо вытолкал прочь. Затем натянул штаны, неловко улыбаясь. Вид у него был слегка испуганный. Он явно не хотел, чтобы Кьяра его застукала за утехами, пусть даже с собственной женой.
Но Кьяре было всё равно. Пусть даже они были бы тут все разом – все его четыре жены, ещё и две молоденькие любовницы, о которых ей, конечно же, сообщили, хотя Карс и не подозревал об этом. Её волновал лишь собственный муж и то, что Карс с ним сделал.
- Где Орест? – с ходу спросила она.
- Что, наш мальчик потерялся? – широко улыбнулся Карс.
- Не паясничай. Что ты с ним сделал?
- Ровным счётом ничего. Честно. Я даже его не видел.
- Врёшь!
- Стал бы я врать, - хмыкнул Карс, - ты была бы первой, перед кем я похвастался.
- Тогда куда он делся?
- Кто знает! А тебе, я вижу, не всё равно, моя дорогая? – глаза Карса налились чернотой, а на скулах заиграли желваки, - то-то смотрю, я всё больше ласкаю собственных жён, чем единственную свою любимую?
- Ты же знаешь, что я на это не куплюсь, Карс, - Кьяра гневно сдвинула брови, - меня волнует лишь то, жив ли он. Я не хочу, чтобы завтра сюда прилетели владыки и устроили бойню.
- Мы выстоим, - серьёзно сказал Карс.
- Может быть, - Кьяра упрямо вздёрнула подбородок, - но что будет с моими землями?
- Пусть тебя это не заботит, любовь моя. Оставь войну мужчинам. Я сумею защитить твои земли, как и всегда. Лучше иди ко мне.
Карс распахнул объятия и попытался её обнять, однако Кьяра ловко увернулась и отскочила в сторону.
- Не хочу… От тебя пахнет твоей девкой.
- Да ты ревнуешь? Это радует. Я сейчас же искупаюсь.
- И времени нет, - продолжала Кьяра, - у меня куча дел! Да и как ты вообще смеешь ко мне прикасаться, если только что был с другой!
- Ты и вправду ревнуешь, - довольно воскликнул Карс.
Кьяра капризно закусила губу и глянула на него с укоризной. Знал бы он, как ей на самом деле всё равно. И как от этого невыносимо гадко.
- Мне пора, - торопливо сказала она и выбежала прочь из пещеры, оставив Карса в лёгком недоумении.
Но всё ж он был весьма счастлив произошедшим, о чём поведали его блестевшие самодовольством глаза. Она редко его ревновала.
***
Кьяра подбежала к лошади и взяла в руки поводья, намереваясь вскочить в седло. И тут её кто-то негромко позвал.
- Таиса? – удивлённо спросила она, глядя на старшую жену Карса, с опаской выглядывавшую из-за ствола. Похоже было, что она от кого-то пряталась.
- Спаси меня, - попросила Таиса и упала перед ней на колени, - я знаю, ты можешь.