Страница 52 из 125
Дивница повернулась к нему лицом и провела ладонью по щеке. Орест обмяк, а она осторожно выбралась из его объятий и убежала прочь.
Глава 5. Орест.
Проснувшись в одиночестве, Орест разочарованно потянулся. Ему страстно хотелось ещё ласк, губы до сих пор саднили от поцелуев…
- Вот мерзавка!
На удивление, он был полон сил. Значит, она приходила всё-таки за лаской. Получила своё и смылась. Как и в прошлый раз. Интересно, какая она под блеском? Красавица или страшилка? Орест некстати вспомнил Голубушку и вздрогнул. Пожалуй, не стоит знать. Захочет – сама покажется. Не захочет – стало быть, есть что скрывать.
Но какие же в этих краях капризные бабы!
Хотя, не про них сейчас забота…
Орест вышел на поляну и свистнул ядокрыла. Однако Канем не отозвался. Княжич покрутил головой, посмотрел в небо и выругался.
- Где тебя носит, крылатая тварь?
Он опять свистнул, затем закричал и топнул ногой, однако в отчет ничего не услышал. И только тут заметил, что вокруг стоит непривычная тишина.
Орест пригнулся и ступил назад по деревья. Что-то было не так. Нечисть попряталась и даже не дышала от страха. Но кто их напугал? Ещё один секрет проклятых Равнин?
Спустя несколько минут он не выдержал и вернулся на открытое место.
- Канем, - крикнул он, - ты где?
Ядокрыл по-прежнему не откликался. Орест пошёл вперёд, оглядываясь по сторонам. Пересёк поле, обошёл невысокий холм, опять вышел к лесу. И тут заметил перья.
Жёлтые цветы припали к земле, отравленные ядом. Их было много – и перьев, и мёртвых цветов. А потом он нашёл голову. Глаза Канема были открыты, но уже ничего не выражали.
- Ах ты!
Орест сунул кулак в рот и прикусил. Он был готов расплакаться от горечи и досады. Его верный скакун. Его единственный друг. Его помощник в этом недружелюбном мирке…
Пусть он был не самым лучшим хозяином и частенько обижал своего ядокрыла, но он любил его…
Ярость захватила Ореста целиком. Он выхватил меч и, потрясая им в воздухе, выпустил струю синего пламени. Поле занялось и сгорело за считанные минуты. Вместе с цветами сгорели и мыши, и мелкие существа, которых Орест отродясь не видел. Их горелые тушки дымились под лучами солнца. Он чуял, что в близлежащих кусах собралась нечисть, клацая зубами и давясь голодной слюной. Но он не собирался никого пускать на пир. Довольно с него благодеяний. Эти неблагодарные твари только что сами объявили ему войну!
Орест подошёл ближе и сжёг подлесок. Откуда ни возьмись набежали тени, однако и их он прогнал. Он долго бесился, пока не выбился из сил. Затем опустился посреди поля и уставился в небо.
Теперь совсем один.
Как он будет без своего ядокрыла? Придётся вернуться в Межгорье и взять нового. Но сколько времени понадобится, чтобы его приручить?
Орест лежал на земле, откусывал от горелых стеблей и сплёвывал в сторону. Ярость потихоньку стихала. И тут он услышал вой. Негромкий, жалобный, однако достаточно низкий, чтобы понять – это было не мелкое существо.
Орест встал и пошёл на звук. Пришлось обойти лес, и тут он увидел огромного ящера и присвистнул. Как же он не почуял такую тварь? Ведь её топот мог разбудить мёртвого? Славно же он спал…
Ящер тихонько завывал, а с землистых губ капала пена. Из носа торчали несколько перьев ядокрыла. Тварь вдруг подобралась, выпучила глаза и рыгнула. Орест едва успел отскочить от потока зловонной жижи, хлынувшей изо рта чудища. Несколько капель попало на кафтан, и он с омерзением отряхнулся.
Жижа растеклась по земле, и Орест заметил, как что-то блеснуло. Золотые копыта!
- Так это ты сожрал Канема?! Мерзкая наглая тварь. Чтоб ты подавился!
Ящер вздохнул и тихонько заревел. Что-то в его рёве показалось знакомым. Орест обошёл вокруг твари и вдруг вспомнил.
- Да я тебя знаю! Это ты обрюхатил Мурью. Хорош, любовничек. То-то она от тебя сбежала. И поделом тебе, стервец.
Он ещё долго ходил вокруг ящера, ругая его обидными словами. Но чудище лишь грустно моргало, а потом и вовсе прикрыло глаза. И Орест понял, что ящер умирает. Яд Канема медленно добивал его изнутри. Но неужто он настолько глуп, чтобы сожрать ядокрыла?
Орест покачал головой и окинул взглядом выпирающие рёбра. Когда они с Рейной гнали его в пески, эта тварь не была такой худой.
- Сколько же ты голодал, дружок? – спросил Орест. Взгляд его стал задумчивым.
- Ты сожрал моего скакуна, и теперь мне должен. Будешь моим слугой.
Орест сел рядом с ящером и прижался спиной к его бокам. Ящер был слаб. Чтобы исцелить такую огромную тушу, требовалось много колдовства. Орест несколько раз вставал и, шатаясь, брёл к водоёму и нырял в него прямо в одежде. Он весь измотался, но упрямство брало верх. Наконец, ящеру стало легче, и он уснул. Дыхание было ровным.