Страница 16 из 23
12 лет назад
Иду уткнувшись носом в телефон и обновляю соц сети. Его нигде нет Онлайн.
В мастерской пусто, дома никто не открыл. Друзья не в курсе. Набираю и набираю, а меня просто выбивает. Ни «Вне зоны», ни « временно недоступен», даже гудков нет.
Подхожу к своему парадному, а бабки ехидненько так на меня смотрят.
- Здрасте. – Цежу сквозь зубы.
Прохожу к ступенькам, а потом, будто сам черт дернул, торможу возле почтовых ящиков.
Достаю кучу рекламных буклетов, газет, платежку за воду и …конверт.
Ровным, аккуратным почерком на нём выведено «Амира». Я знаю этот почерк…узнаю его из сотен.
Выскакиваю на улицу и бегу к бабкам.
- Вы…вы…вы не видели, когда Леша приходил?
- Видели. Тьху ты, шалопай. – Баб Света отвернулась от меня. Они его не любили. Нас не любили. Меня считали оборванкой и «без роду, без племени», а Лешку бестолковым шалопаем, потому что не богат. Мы ни разу им не нагрубили, всегда здоровались, но, видимо, вредный характер и неприязнь к людям дают бонусом к пенсии.
- А давно ушел? – Не бросаю свою задумку узнать хоть что-то.
- Давно –давно… - проворчала вторая соседка, баб Нюра, - Может давно, а может не давно.
- Ну вы ж здесь днями сидите, всё видите! – Нервы сдавали. Я понимала, что рискую, но что мне еще делать?
- Так! Ты нам тут не хами! Мы всю жизнь пахали, что б сейчас так сидеть.
- Да сидите себе на здоровье, ну вам что жалко ответить? – Слёзы собирались в уголках глаз, голос дрожал, а я все жала на кнопку и пыталась дозвониться.
- Час назад, где-то… - Уже не догнать…
Разворачиваюсь, а потом, как ушат холодной воды – ПИСЬМО!
Быстро открываю конверт, и на первых словах, отшатываюсь назад. Ноги становятся ватными, воздуха не хватает. Я кладу руку на лоб, а он ледяной и липкий.
- Эй, ты чего это? В обморок надумала падать? – Бабки смотрят на меня исподлобья, а самая тихая и спокойная, тёть Лида, подхватывает меня под спину и усаживает на свое место.
- Дыши, детка, дыши… - я глубоко вдыхаю кислород, а мне его мало.
- Чего это там у тебя? – баб Нюра любопытно вытягивает шею и заглядывает в письмо, - Батюшки… вот же оболтус. - Охает она и прикрывает рот рукой.
- Эй, а ты часом не того… ну в подоле мачихе не принесла? – Я перевожу на нее взгляд, встаю и бреду к подъезду.
- Нет, не принесла…
........................................................................................................................
Алекс
Отшатываюсь от её крика на меня, а когда прихожу в себя, Амиры уже и след простыл. Только слова её последние, чтоб Антону ничего не говорил.
Возвращаюсь в кабинет, сажусь за стол и долго всматриваюсь в конверт.
Он потрепался от времени, края потемнели, бумага стала мягкой.
Раскрываю его и извлекаю лист. Он потрепанный больше самого конверта. Весь в разводах, и я понимаю, что от слёз…
Вчитываюсь в слова, а сам дышать перестаю.
« Я уезжаю. Не звони мне и не пиши. Так будет лучше и для тебя, и для меня. Давай будем честными, Амира, нам не по пути. Ты тащишь меня ко дну, а я хочу жизнь повидать. По миру поездить, насладится, а я живу твоими проблемами. Я сразу знал, что наши отношения ненадолго. Но поразвлечься ведь не запрещено? Тебе будет лучше без меня, а мне без тебя. Удачи тебе и надеюсь больше не увидимся. Алекс»
Крепко сжимаю в кулаке бумагу, и падаю лбом на стол.