Страница 21 из 67
- Докладываю: Иван Сергеевич, можно попробовать собрать оставшееся после боя оружие. Вон в том домике – ткнула она пальцем в центр деревни, - располагался штаб батальона и рядом с ним кухня. Я хотела посмотреть, что там сейчас, но на меня напали «свободные», - задумчиво сказала девушка. – Что-то более ценное… - нет, наверное, ничего нет. Но я точно не знаю… Мы с батальоном вошли в Васильевский хутор два дня назад, а потом случился прорыв противника и бой с передовой группой «джонов», - опустила взгляд вниз санинструктор. - Мы отбились, но меня контузило взрывом, легко – Катя дотронулась до своей повязки на лбу. - Я выбыла из боя, меня перевязали, потом наступил вечер, и я заснула вместе с ранеными, - продолжила рассказывать девушка. - А когда проснулась, то уже никого вокруг не было. Вообще никого, представляете? Ни наших, ни «свободных», ни раненых, ни местных. Я одна на всю деревню, и трупы «свободных»… Как будто все, кто мог, собрались ночью и ушли, бросив меня одну. И еще начался холод, как осенью, хотя сейчас лето. Я попробовала было выбраться лесом, но не получилось – как только отойдешь в сторону, сразу сгущается туман, а холод переходит в жуткий мороз, как в феврале. Как будто я попала в какое-то заколдованное место, словно в сказке, - поежилась Катя. - Тогда я решила пойти в штаб батальона и на меня напали «свободные» – ткнула пальцем в труп девушка. – Они странные какие-то… ходят скособочившись, а если в них стрелять, то они этого как будто не чувствуют.
- Зомби? – коротко поинтересовался я.
- Как вы сказали? Зомби?
- Ходячие мертвецы.
- Не знаю. Зомби не бывает, это чуждый русским западный фольклор, - мотнула головой Катя. - Но эти «джоны» – страшные. Может они и мертвые, но выглядят почти как живые, только ходят неуклюже и бурлыкают что-то друг другу, а что именно – не разобрать, какая-то дурацкая мешанина из английских слов. А еще, когда я заперлась в башне, один из них стрелял из автомата по окнам. Разве зомби умеют стрелять? Их тут штук семь было, но дверь они выбивать почему-то не стали, просто крутились рядом. Я из-за них сутки в башне просидела, не решаясь выбраться. Поэтому, когда увидела человека в рейд-плаще, то выстрелила в голову ближайшему «джону», закричала о помощи и выпрыгнула из окна со второго этажа, побежав к вам. А остальное вы видели…
- Поди замерзла вся и проголодалась? – спросил я девушку.
- Замерзла, это правда, - кивнула она. – А еда и вода у меня в башне были. Там, наверху, хозяева склад устроили, в том числе с консервами и крупами. Я даже с собой флягу с водой и кое-что из съестного прихватила. В рюкзаке продукты лежат.
- Это ты молодец, Катерина, - похвалил я вольноопределяющуюся. – Хозяйственная! Ну что же, раз так, то предлагаю деревню не зачищать. Еда у нас имеется, оружие тоже, мародерка не окупает риска. Если зомбаки умеют стрелять… то ну его нахрен, мне бессмысленный бой не нужен, да и зарядов в деструкторе не так уж много. Слушай меня внимательно, Катя, – выбраться из этого места можно только двигаясь вперед по Дороге. Той самой, что идет через деревню. У меня есть основания думать, что через несколько километров нам такая возможность представится, и я собираюсь ей воспользоваться. Ты со мной?
- Глупый вопрос, - хмыкнула Катя. Девушка на глазах приходила в себя от пережитого страха, и я начал догадываться, что характер у вольноопределяющейся пигалицы в погонах на самом деле не сахарный. – Думаешь, мне сильно хочется тут оставаться? Пошли скорее, таинственный незнакомец.
- Тогда хватит болтать. Отступаем отсюда влево до границы появления тумана и тихонько огибаем деревню, выходя на Дорогу за ней. Двигаемся тихо, без разговоров. Заметишь опасность – показывай жестом. Все понятно?
- Так точно, Иван Сергеевич! Признаю вашу превосходящую компетенцию в данном вопросе и временно перехожу под ваше командование, - блеснула напоследок знанием канцелярита санинструктор и мы потихоньку пошли вперед.
На Дорогу за деревней мы вышли без приключений, и я слегка расслабился. С одной стороны, может и стоило рискнуть и пошарить в деревне на предмет разжиться новым оружием и каким-нибудь барахлом из параллельного мира для ученых, но интуиция говорила, что я поступил верно. Хватит мне и неожиданно приобретенной спутницы, жадность и хомячизм должны быть умеренной температуры. Да и чересчур баловать ученых и руководство питомника не следовало, а то получится нехорошо, как в поговорке про перевыполнение плана: то, что сегодня подвиг – завтра норма, пожалуйте ее выполнять.
После разрушенной деревни Дорога вновь нырнула в лес и вернулась к своему обычному состоянию. Ни пепелищ, ни сгоревшей техники, ни других следов деятельности человека, кроме километровых столбов и асфальта под ногами. Свой плащ я временно отдал Кате, оставив при себе деструктор. Пусть девчонка погреется, намерзлась. А сам тихонько шагал, размышляя, что мы будем делать дальше, когда достигнем точки возврата. На Катины вопросы я отвечал односложно, дескать, потом еще поговорим. И, когда за километровым столбом с отметкой «467» я увидел подсвеченный невидимым солнцем круг на асфальте, я понял, что пора принимать окончательное решение. И за себя, и за свою спутницу.