Страница 25 из 48
Рядом раздалось радостное тявканье, псы слезли с машины и с явным удовольствием скакали по свежему снежку, кувыркаясь и играя друг с другом. Даже Палевый, пусть и более осторожно, но довольно подпрыгивал. Люди невольно залюбовались этими мощными созданиями природы, вдобавок еще и дружественными человеку.
Корман указал рукой на псов и пробормотал: - Хороший знак, они не ощущают смертельной опасности.
Видимо и на остальных спасателей собачьи игры также произвели приятное впечатление. Люди начали улыбаться, предстоящая тяжелая дорога уже не виделась им в таком мрачном свете. Ведь в подобных страшных для человека местах им помогают только взаимная выручка и мужество предводителей. Только благодаря таким качествам люди смогли подняться над другими созданиями Природы.
- Тогда решено, идем этим маршрутом. Аарсон, что с машинами?
- Порядок, тестирование не показало неисправностей.
- Первым сейчас идет Прохоревич, в ста метрах впереди группы. Двигаемся еще четыре часа. За час до заката проведем дежурный облет, и будем искать место для ночлега. Всем все понятно?
Члены партии согласно закивали головой. У всех из них было право высказать свое мнение или обжаловать решение командира. Таковы были правила в спасательных экспедициях, рисковать то собственной шкурой приходилось одинаково всем.
Сугроб приподнялся, с него осыпался лишний снег и явственно проявились очертания человеческого тела. Жуткий синий свет обрисовал заиндевевшую голову, проявил мертвенную бледность кожи. Неожиданно глаза замерзшего человека открылись, и мертвец повернулся ней. Это был ее отец. Он пытался разлепить смерзшиеся губы, в его глазах читалось желание что-то прокричать. Закричала Светлана, вскочив в ужасе с водительского сиденья. Она с минуту ошеломленно озиралась, пытаясь понять, где был сон, а где явь.
- У тебя тоже началось? – раздался тихий шепот, Фадеева повернулась назад и увидела сидевшего на спальном месте Шарапова. Он с Францем устроился на менее удобном заднем лежаке.
- Ужас – только и смогла прошептать девушка и потянулась к термосу. Она накинула на себя спальник, но никак не могла унять дрожь.
- Сегодня многие не выспятся – зевнул бывший разведчик – Значит, приближаемся к этому проклятому месту.
Светлана уставилась в лобовое стекло. Темнота не была абсолютной, видимо звезды или луна все-таки просвечивали через этот постоянный слой тумана, а белоснежный налет отлично отражал свет. Поэтому абрис предметов и скал был неплохо заметен. В соседней кабине зашевелился дежурный, оттуда чуть слышался звук разговора, наверху тревожно заскулили собаки. Девушка вдруг поняла, что с момента их заезда на Пустошь, они ни разу не лаяли. Чего же они так сильно боятся?
- А что снилось вам, Рахмон?
- Хм – Шарапов свесил ноги и присел – Был у меня в начале карьеры случай, когда наш планетоид врезался в строящуюся станцию слежения. Половина катера оказалась разрушена, все кто там были, погибли. И изредка мне снится, что я остался на той половине, перед аварийно закрывшейся дверью отсека. Это ведь дело случая. Только за минуту до столкновения я вышел из кабины пилота.
- Вы все-таки фаталист.
- Не совсем. Но я верю: что-то незримо управляет нашей судьбой, ну, или кто-то.
Фадеева бросила удивленный взгляд в сторону этого сухопарого и странного человека. А ведь она его совершенно не знает! Хотя опять же, в обычной обстановке люди так не раскрываются.
Встали еще до рассвета. Этой ночью многим приснились кошмары, только Франц был энергичен и бодр. Остальные спасатели с неохотой принялись за свои дела: проверяли машины, осматривали крепеж оборудования или готовили завтрак. Фадеева к обычной сушеной рыбе добавила сегодня консервированный паштет. Псы с урчанием набросились на лакомство и сразу повеселели.
- Смотрите, даже Палевый прыгает – восхищенно смотрел на собак Прохоревич – Светлана, а как вы так быстро его вылечили?
- Он еще не полностью здоров, лапа будет еще с неделю побаливать, просто сейчас она пронизана нановолокнами, они и помогают ему спокойно передвигаться. Как только природные ткани восстановятся, волокна выйдут из него сами.
- Здорово! Нам бы такой девайс в экспедиции, цены бы им не было.
- Все возможно, мой друг, все возможно – прошептала девушка.
Движение вперед сильно замедлилось. «Как же тут лаву то вспучило» - бормотал Франц, обходя очередную рытвину. Поверхность была очень неровной, толстый слой льда видимо повторял неровности застывшей некогда породы. К этому обстоятельству добавились еще и ледяные трещины. Но хоть их то сканеры вездеходов просекали заранее, как и торчащие изо льда каменные надолбы. Туманная взвесь понемногу приподнялась, и сейчас сверху лил мягкий и достаточно яркий свет, что придало всем фронтирщикам сил. Мутная полутемь здорово действовала людям на нервы. В эфире раздались смешки, шутки, пошли разговоры, когда неожиданно раздался крик Кормана – «Стой!».
Из второй машины резво выскочил старший рейнджер и побежал к небольшому возвышению. Там он нагнулся, внимательно вгляделся и подал знак рукой.
- Что там, Милош? – осторожно подошел Франц.
- Сами смотрите, командир.
- Ох, ты!
К ним быстро подошла Фадеева и остановилась, как вкопанная. Из-под снега торчала лыжа, обычная походная лыжа. Рядом виднелись какие-то обертки, уже вмерзшие в лед.
- Надо раскопать – покачал головой Корман и двинулся к машине.