Имя души

Видим не ответил. Видимо, здесь такие методы либо не жаловали, либо не принимали за способ при борьбе. Либо же, в силу «развитой» медицины, вместо которой магия, просто никто не знал, что это такое, успокоительное.

— Расскажешь, на кой за нами шёл?

— Мне приказали. Один человек, очень похожий на тебя, сказали, ходит по городу, и о нём нужно кое-что узнать. Конечно же я согласился.

— И что сказали узнать? — спросил я только ради вопроса.

— Не думай, что большие вознаграждения за Тнеллов проходят мимо шпионов. Узнать о том, кто ты такой, куда так спешно направляешься, почему с ялом...

— Можешь не продолжать, — прервал я его. — Наверняка ограбление захотели устроить. Где-нибудь в лесу впереди.

— Не знаю, но как только я понял, за кем мне придётся следить, только домой забежал. У меня была книга, возможно, из твоего мира, но после превращения я её потерял.

— Да? Жаль, я бы посмотрел. Хоть что-то... — В итоге я только рукой махнул, так как не смог сформулировать.

— Ты лучше не двигайся, — сказал шпион, когда я попытался принять удобную позу. — Нога так быстро не заживает.

— Блин, — сказал я сквозь нервный смешок, — А Горпас мне не говорил, что вот так получится. И что самое противное, теперь я не могу ходить, а мы ушли так далеко от Норгдуса!

Видим молча слушал, как я жаловался на жизнь, но так как у меня осталось совсем чуть-чуть слов, вскоре я замолк. Зато появились другие звуки. Это Роулл задвигался и громко задышал. Должно быть, начал в себя приходить. Как раз в это время на небе появилось светило. Не солнце — луна, и появились новые звуки, исходящие уже от шпиона.

Ял очень быстро пришёл в себя и тут же посмотрел на Видима. Ну, я так сначала подумал. На превращение шпиона я не успел обратить никакого внимания, а он за очень короткое время вымахал под два с лишним метра, оброс густой тёмной шерстью. Скорее всего, Роулла это напугало и он тут же потянулся за моим луком, который я положил рядом до того, как произошёл взрыв. Без понятия, понял, что оружие моё или нет, он взял «ту самую» последнюю стрелу из колчана...

— Не стрелять! — громко скомандовал я, но ял не послушал.

Так как больше пользоваться магией я не мог, стрелу отвести мне не удалось бы. И это я понял, когда обдумывал, что произойдёт, если ял увидит Видима. Только вот те раздумья были на случай, если никто ни в кого превращаться не будет.

Собрав последние силы, я успел прыгнуть и принять стрелу на себя. Ни рук выставлять я не стал, ни какой-либо защиты, поэтому она легко прошла сквозь мои напряжённые мышцы и попала прямо в живот. Что происходило позади, я уже не слышал, так как резко стало не до этого.

Боль пробила всё тело, но не от снаряда, а из-за ноги, потому что упал я очень неудачно. Только потом я почувствовал стрелу, врезавшуюся мне в позвоночник. Наверное, это могло принести мне самые незабываемые и яркие ощущения за всю жизнь, но вместо того было лишь кратковременное жжение, скоро сменившееся зудом, а затем и вовсе холодом.

— Хороший яд, действенный, — сказал я наиболее оптимистичным тоном подбежавшему Роуллу.

— Зачем ты прыгнул?! — воскликнул он, пропустив вопрос мимо ушей и отбросив лук в сторону.

Мне удалось сесть, хотя боли я больше не чувствовал никакой. Конечно, стрела осталась прямо у меня в пузе, но это не сильно меня волновало.

— А нечего стрелять по своим!

— Это был Видим? — уже более спокойным голосом спросил меня Роулл.

— Агась. Вот и отплатил я ему должок.

— Плаишкор? — понял ял.

— В который уже раз я не могу нормально дойти до назначенного места! Пламенные Горы, Пурпурное крыло... Теперь вот Илибез. Чёрт, — сквозь нервный смешок выдавил я. Боль возвращалась.

— Этот яд убъёт тебя!

— Ну и что? Говорил же, что спасение мира — занятие для молодых! — Глаза у меня уже почти не видели, хотя я их и не закрывал.

— Нет, — осёкся ял, и я почувствовал, как он что-то надел мне на палец немеющей руки и сказал какие-то слова.

— Ну, значит, думал. Так или иначе. — Язык, как после анестезии, начал заплетаться, а мышцы по всему телу расслабляться. В глазах появилась и разрослась темнота, а мышцы начали дёргаться.

Моё сознание начало пропадать, но я успел мысленно услышать тревожный голос Горпаса, такой тихий, будто он где-то далеко:

"Эй, что с тобой?"

"Горпас, я умираю".

"Что? Андрей? Брат!!!" — в последнее мгновение выкрикнул он, и всё затихло.