Страница 120 из 161
— Что она тебе сказала? — первым начал допытывать Эрик. — Ты выяснила что-нибудь про Артефакты?
Вот это у меня вообще вылетело из головы. Какие там Артефакты, когда речь шла о каких-то воспоминаниях и силах? Впрочем, я ощутила укол вины, граничащий с гневом, который вновь поднимался во мне, как поднимается из могилы спящий десятилетиями мертвец.
— Нет, забыла, простите.
— А что было-то? — шёпотом спросила Анжелика, сгорая от любопытства.
Говорить им о нашем разговоре совсем не хотелось, как и не хотелось делиться страхами и проблемами. Не сегодня. Не в этот раз.
— Мы просто болтали, а вот вы не забудьте спросить про Артефакты.
— Уж я-то не забуду! — уверил недовольный Эрик, и из шатра вновь показалась ведьма.
— А теперь я приглашаю всех остальных, — уступила она дорогу, жестом приглашая войти и едва заметно улыбаясь, даже не взглянув на меня, чему я была только рада.
Я отошла подальше, боясь, чтоб меня вдруг не позвали, когда мои подруги и Эрик зашли в дом ведьмы. Отыскала за углом Оксилию, глянувшую на меня с радостью, и присела рядом на землю. Мимо нас спокойно проходили люди и резво бегали дети, совсем не замечая происходящего вокруг. В этом месте стояла приятная тишина, в отличие от рынка, на котором словно сам парк аттракционов разместился.
Я покосилась на подругу — надо приготовиться к очередной порции комаров. Хоть что-то оставалось неизменным. Оксилия терпеть не могла этих насекомых, впрочем, как и я. И потому она решила, что лучшее ругательство — это использовать этих маленьких надоедливых кровососов.
— Что она тебе сказала? — спросила спустя время она, сложив руки крестом на груди.
— Честно говоря, я не поняла, — призналась, чувствуя необъяснимый уют рядом с Оксилией. Мне вдруг захотелось рассказать ей всё: о силе, воспоминаниях, о том, что произошло в подземелье, и даже о том, что случилось во время пожара. — Точнее мне трудно это понять.
— Расскажи.
Немного подумав и решив, что ничего плохого в этом нет, я спокойно заговорила:
— Она говорила о каких-то воспоминаниях, а точнее о том, что я должна что-то вспомнить. Но мне кажется, что это не моё, что это чужая память, и я понятия не имею, что происходит. Возможно, это что-то связано с копией меня. Жаль только Эрнест не успел рассказать.
— Значит, ты решила всё выяснить?
— А вот в этом… я не уверена, — усмехнулась. — Скорее мне хочется держаться от этого подальше.
— Почему?
— Потому что я не знаю, что будет. А неизвестность меня, признаться, до чёртиков пугает. Я люблю быть готовой, что бы там ни было, но тут просто невозможно хоть что-то предсказать. По крайней мере, я растеряна.
— Ты должна вспомнить, — уверенно ответила на мою искренность Оксилия, и я нахмурилась, подняв на неё глаза.
И это всё, что она скажет? Подруга следила за двумя детьми, которые игрались с рогатым красным зайцем неподалёку и изредка поглядывали на нас с интересом.
— Что с тобой? — прямо спросила я. — Ты слишком тихая и слишком… тихая, — повторила, толком ничего не придумав больше.
— Я в порядке.
Что-то я в это не поверила, ни грамма.
Решив немного подсобить ей рассказать всё с глазу на глаз, взяла её за руку, чтобы подняться, — и резкая боль пронзила область задней шеи. Весь мир ушёл во тьму в одном мимолётное мгновение. Я невольно охнула. Меня тут же толкнули, отчего я повалилась назад, и боль так же быстро прошла, как появилась. Темнота, возникшая так резко, словно я мгновенно стала слепой, нехотя уходила.
Оксилия стояла надо мной и придерживала правую руку.
— Что это было? — удивилась я, с радостью замечая, как зрение восстанавливалось, и придерживая место на шее, где замечала метку. — Окс?
— Я… я не знаю.
У неё… голубые глаза.
— Это случилось после касания? — я задала скорее риторический вопрос и хотела проверить свою теорию на практике, встав и подойдя к Оксилии, но подруга выставила руку и довольно грозно предупредила:
— Не надо, Кэт.
— Что с тобой, Окс? Расскажи. Мы можем помочь тебе.
— Всё нормально, уверяю.
— Ну, если это называется «нормально», что тогда ненормально? — разозлилась я и хотела уже против её воли коснуться.
Но со стороны шатра вдруг раздались крики, и с безумными глазами первой оттуда выскочила Анжелика. Шатёр на глазах зашевелился, задёргался, как живой, как будто внутри буйствовал только начинающийся ураган. Люди, проходившие мимо, ускорили шаг, а игравшие дети скрылись в ближайшем доме. Вскоре вслед за Анжеликой выскочила и Луиза.
— Чего встали?! — закричала она и пронеслась мимо нас.
Анжелика припустилась следом, не говоря ни слова, но с выпученными от ужаса глазами. Я переглянулась с Оксилией, и мы уже были готовы бежать, как тут выскочил и Эрик. Лицо его было перекошенным. На бегу он поскользнулся и чудом устоял на ногах. А вслед за ним вырвалось из шатра, распугав всех и ужасно громко и противно закричав, существо, напоминавшее страуса по телосложению и фламинго по клюву с радужным оперением.