Страница 25 из 71
— Простите меня, но мне кажется, что с вами что-то случилось? — Продолжал говорить Лев, стараясь не замечать волнение девушки. — Я надеюсь, что этот ужасный шрам на щеке вам нанёсла не мужская рука?
Лия отрицательно мотнула головой. Она дотронулась тонкими пальчиками до своего шрама на щеке и затем по ёжику волос. Её голос ей не повиновался. Лия попыталась что-то сказать, но только непонятный хрип вырвался из её рта.
— Ой, простите. Я же не знаю, понимаете ли вы меня. Кто вы? Русская? Иностранка?
Лия вдруг поняла, что ей надо делать, что бы с ним не говорить. Она сначала кивнула головой в согласии, затем в отрицании и, наконец, показала крест ладошками на своём горле.
— Понятно! — Кивнул Лев. — Вы русская и не можете говорить. Почему? — Немного подождав, Лев стал выдавать свои рассуждения. — На вас подняли руку? — Лия отрицательно кивнула головой и приложила ладонь к своему шраму. — Так. Понятно. Хорошо. Может с вами случилось несчастье… несчастный случай? — С надеждой в голосе, спросил Лев.
Лия кивнула в согласии головой и улыбнулась. Её рука продолжала лежать на щеке, прикрывая шрам. Лев вздохнул и тоже улыбнулся.
— Слава Богу, что вы остались живой. Вы попали в автокатастрофу? Ваша машина разбилась и принесла такой вред вашей внешности и вашему голосу? — Лев говорил, одновременно усаживаясь рядом с Лией на песок. — Поэтому у вас такое расстроенное лицо? Бросьте? Не стоит беспокоиться. Волосы вырастут, а шрам на щеке в наше время легко исправляется пластической хирургией. Вот, посмотрите, как меня залатали. — Лев взял её ладонь со щеки и поднёс к своей шеи. Он приложил ладонь Лии к левой её стороне и спросил. — Чувствуете что-нибудь?
Лия чувствовала биение пульса, сквозь его кожу, а в голове застучал свой пульс с, каждой секундой, усиливаясь. Она попыталась что-то прохрипеть, но только опять закашлялась.
— Я вижу, что ничего не чувствуете. А в этом месту у меня было ранение рапирой. Но меня подлатали, да так, что кожа стала гладкой, только слабо чувствительной. Погладьте это место немного своими пальчиками и почувствуйте сами.
Лев крепко держал Лию за руку, пока она не выполнила его просьбу. С каким трудом далось ей это действие! Прикосновение к его гладкой коже вызвало в теле девушки движение множества чувств, ранее её не испытываемых. Но и Лев, почему-то, тоже закрыл глаза. Лия перестала гладить его кожу и отняла руку.
— Удивительно! Вы волшебница! Я чувствую ваши пальцы! — Лев взглянул на девушку и удивился её широко раскрытым глазам. — Вы удивлены? А, понятно! Что за рапира меня ранила? … Дело в том, что я актёр. Я снимаюсь в кинофильмах. Возможно вы меня знаете. Я Лев Нарва. — Лев немного помолчал, но на лице Лии не дрогнул, ни один мускул. Это его расстроило. — Вы первая девушка, которая не знает, кто я. — Усмехнулся он. — Хотя, нет. Не первая, а вторая. На первой я женился. — Он замолчал и нахмурился. Вздохнув, слабо рассмеялся и сказал. — Вы, когда-нибудь были безрассудны?
Лия кивнула в согласии и покрутила пальчиками в воздухе, давая понять, что таких случаев в её жизни было предостаточно. Её действия воодушевили Льва.
— Тогда вы меня понимаете. Безрассудство туманит мозг и заставляет делать поступки, на которые бы вы не решились в здравом уме. И только потом понимаешь, что ты этим поступком сделал больно не только себе, но и той, с которой сыграл эту шутку.
Лия поняла все его слова и удивилась. Ей захотелось обнять его и сказать, что она не сердится на эту шутку. И тут вдруг поняла, как дорог стал для неё этот мужчина.
— Я должен с ней поговорить. — Вдруг резко сказал он. — И немедленно…
Лия чуть не подпрыгнула от такого поворота события.
— Как хорошо, что я вас встретил! — Вновь заговорил он, подавая руку девушке. Лия встала с песка и отряхнула халатик. — Вы и вправду волшебница! Вот, поговорил с вами и стало легко на душе. А ведь я пришёл сюда, чтобы помочь вам… Мне казалось, что вам одиноко и нужна помощь. Я это ещё утром хотел сделать, когда впервые вас увидел здесь на пляже. Я увидел ангела, которому очень плохо на земле…
Лия улыбнулась и чуть кивнула головой.
— Не переживайте. Вы прелесть и обязательно найдётся на земле человек, который это оценит. А я… Мне жаль… Я женат…. Я должен позвонить…
Лия не дала ему договорить, оборвав его речь взмахом руки. Она показала рукой, что спешит. Быстро подняла свою косметичку с песка, развернулась и почти побежала от него прочь…
Забежав за угол пляжного кафе, Лия быстро вынула телефон из косметички и выключила его. Разговаривать сейчас со Львом она не могла. В голове не было ни одной здравой мысли, только сплошная чехарда…
Лия стояла в костюме восточной красавицы, связанная толстым канатом, как в коконе, да ещё и с кляпом во рту. В её голове были только матерные слова, которые она не могла «вылить» на голову режиссёра из-за кляпа, но она скажет их потом когда-нибудь. Ей сразу не понравилась новая задумка сценариста, который предложил режиссеру покидать героиню фильма с рук на руки между пиратами и её защитниками. Они устроила целую баталию за обладание её, в результате которой Лия чуть не получила перелом нескольких ребёр. Обматерив нескольких статистов фильма, играющих пиратов, за то, что они чуть не нанесли ей увечье, она получила кляп в рот и была обмотана толстым канатом, во избежание этих увечий.
И вот она стоит на палубе корабля пиратов и ждёт, когда её опять будут перекидывать с рук на руки. День явно не задался.
Ещё с утра Оля «просверлила ей весь мозг» рассказывая историю, которая происходила в ресторане. Лия не пыталась отвечать ей на вопросы или даже говорить, Оля это делала сама. Она сама себе задавала вопросы и сама на них отвечала. Было столько версий продолжения ресторанной истории, что в них запуталась не только Лия, но и Оля. В конце концов, уставши от болтовни нервозноси, девушки уснули. Но в середине дня их нашёл помощник режиссёра и срочно «уволок» на съёмку. У режиссера фильма и сценариста ночью было озарение, которое привело к постановке нового трюка и срочной его съёмке. Не успели они увидеть новые декорации кораблей и красоту природы, как тут де придумали новый постановочный кадр и новый трюк на «голову» Лии.
А ведь раньше по сценарию фильма, Лии надо было просто в красивом наряде восточной красавицы перейти по длинной доске, перекинутой между двумя кораблями, с одного борта на другой. И всё!!! Так нет. Им это показалось слишком просто. «Озарение» заставило их внести изменения и заставить её перейти по этой доске, связанной толстым канатом, с кляпом во рту. Но и этого оказалось мало. Они заставили артистов. Играющих пиратов, покидать её с рук на руки, при этом ещё и смеяться. Лия получила множественные удары по ребрам и чуть не была уровнена на палубу корабля. Терпение её было на исходе. Но надо было держаться. Осталось только перейти по доске на другой корабль, и она свободна!
И тут к ней подбежала Оля.
— Ты не пойдёшь по доске. — Прокричала она на ухо Лии. — У режиссера опять озарение. Тебя понесут по ней на плечах. Вернее на одном плече. — Оля посмотрела в глаза подруги и испугалась. Глаза Лии буквально «вылезали из орбит» и горели огнём ненависти к режиссеру. — Ой, Лия, я тебя испугала? А я думала, что так тебе будет лучше. Хоть не сама пойдёшь, а тебя понесут. Я бы никогда не смогла пройти по этой доске, да ещё на такой высоте.
Лия была и согласна и не согласна с подругой одновременно. Высота действительно большая, около десяти метров, но внизу было море, и была ещё проволочная страховка. Но Лия хотела это сделать сама, а не висеть мешком на чьём-то плече, головой вниз. Но кто сейчас услышит её?! Во рту её — кляп!!! Лия только вздохнула и закатила глаза.