Страница 20 из 66
Незвано приходит к нам волшебница-любовь,
Как бури или грозы, будоражит кровь.
Прекрасней нет мгновений, что может подарить она,
Но как уйдёт, то будто нет и воздуха дышать.
Не раз я признавалась, как люблю тебя,
Что так полна вечной любви, что вся — твоя.
И только ты молил, чтоб я смиренная
Осталась в прошлом, но как так жить — не знаю я.
Нашу любовь ведь не могла создать одна.
Благоговею и готова быть всегда
Лишь там, где пожелаешь видеть ты меня,
Пусть там темно и душно да болит душа.
Незваная приходит вдруг волшебница-любовь.
Я поклоняюсь ей и с верой, и мольбой.
Пусть никогда не докричаться до тебя,
Я сохраню нашу любовь, такой уж создана.
Распустив по ветру волосы, которые стали так же развиваться на ветру, как и её длинный плащ, Татьяна мчалась верхом прочь от усадьбы. Мимо полей, леса, остановившись на мгновение лишь на лугу.
-Потерпи ещё немного, милый, - погладила она по гриве белого коня, и тот, будто понял, фыркнул в ответ да помотал головой.
Словно осуждал в чём, как показалось Татьяне, но пути назад не видела. Она смотрела на показавшуюся деревню и думала не долго. Вновь погнав под собою коня, Татьяна скоро остановилась у первого домика у дороги.
-Танечка?! - открыла окно Настя, у которого сидела за столом.
Удивлена была, но рада встретиться вновь с подругою. Только растрёпанный вид той да волнение в глазах заставило тревожиться.
-Заходи скорее, - позвала Настя подругу в дом и взглянула в люльку, в которой мирно спал малыш. - Спит... Ванечка скоро придёт. Что-то случилось? Ты можешь остаться здесь!
-А маменька твоя где? - вопросила Татьяна.
-У соседки с нашим сыночком, - попыталась та улыбнуться, заботясь больше о том, что происходит с подругой.
-Настенька, родненькая, помощь нужна, - перекрестилась та, говоря очень тихо, чтобы не разбудить ребёнка, и села к столу.
-Сейчас чаю попьем, - отошла к самовару Настя да заметила. - Ты уж прости. Спать собиралась, вот и переоделась.
Татьяна обратила внимание, что та стояла в ночной сорочке да волосы были тоже распущены и только причёсаны. Настя казалась в таком обличие ангелом, сошедшим с небес, чтобы озарить мир светом да дать надежду на лучшее.
Сев к столу, когда Настя позвала с чаем для себя и неё, Татьяна вопросила:
-Есть у вас здесь какая знахарка, колдунья, ведьма?... Кто угодно.
-Что? - прикоснувшись к чашке чая, Настя будто обожгла пальцы, вздрогнув от боли. - Зачем тебе?
Татьяна приблизилась лицом поближе и прошептала:
-Избавиться от мужа.
-Ты с ума сошла? Грех-то какой, - перекрестилась тут же Настя, широко раскрыв глаза.
-Не могу я... Измучилась, - выдохнула устало Татьяна. - Антоний для меня, как наваждение...
-Так от кого избавиться хочешь, Антония или мужа?
-Конечно же от мужа! - удивилась Татьяна, и подруга снова перекрестилась:
-Бог упаси... Не отыщешь счастья через грех такой!
-Конечно, - усмехнулась Татьяна. - Ты счастливая, тебе не понять.
-Что ты такое говоришь? - поражалась Настя.
-Сытый голодного не разумеет, - опустила взгляд Татьяна да рассказала о том, что произошло накануне вечером.
Поражённая услышанным Настя сидела, словно окаменела.
-Уж скоро тридцать будет, а жизни так и не было... Детей нет, любимый отказался, а всё по моей вине, - жаловалась Татьяна.
-Ну, тридцать прям... Ещё есть года. Мы же обе одинаково ещё молоды, - попыталась приподнять настрой подруги Настя, но нет.
Татьяна поднялась и скорее направилась к выходу.
-Ты куда? Постой же! Обожди, Ванечка вот-вот придёт! - взволновалась Настя, поднявшись следом, но Татьяна открыла дверь, на миг обернувшись:
-Я всё поняла. Отыщу, что надобно, во дворце... Выкраду... Прощай.
Только и успела Настя выбежать за подругой следом да выкрикнуть ей:
-Постой! Я всё достану!
Только Татьяна уже мчалась прочь от деревни, обратно. С болью, разочарованием. Жалела себя, свою жизнь, раскаивалась во всех ошибках, какие только были, какие стали причиной того, что маяться приходится столько лет...