Страница 24 из 156
Я последний раз посмотрела на Лауля, встретилась глазами с его обречённым, но твёрдым взглядом и поняла, что это ещё не конец.
В ту же секунду взметнулся кнут и перехватил мой импровизированный поводок, остановив наше передвижение.
-Я же сказал, что не отдам её сейчас! - Гневно заявил Инквизитор.
-Не отдашь? - С ноткой угрозы переспросил император.
Лауль решительно выступил вперёд и задвинул меня себе за спину:
-Нет.
Премерзко ухмыльнувшись, Диктатор едва заметно взмахнул рукой, освобождая меня от своего контроля.
Я облегчённо перевела дух.
-Так я и думал. - Отбросив всякую мягкость, обычным голосом сообщил император. - Гармина Асталия, если не ошибаюсь?
Рот сам собой открылся от изумления, а с языка уже был готов сорваться соответствующий возглас, однако Инквизитор вовремя успел предостерегающе сжать мою ладонь. И я промолчала.
-Я полагал, что у тебя с ней всё кончено. - Не обратив на меня абсолютно никакого внимания, сказал Диктатор. - Решил, что ты одумался и вернулся домой.
-Ты ошибся. - Тоже отринув всякое притворство, уверенно заявил Лауль.
-Да. - Кивнув, согласился правитель Патриора. - Я в тебе ошибся. Ты казался мне лучшим из моих многочисленных отпрысков, я всегда пытался сделать из тебя достойного члена нашего общества, даже подарил свободу и признал своим ненаследным сыном… А вместо благодарности ты сбежал. - Император осуждающе покачал головой. - Глупейший поступок. Ты же понимаешь, что я в любой момент мог вернуть тебя обратно?
-Но не вернул же. - С вызовом напомнил Инквизитор.
-Мне стало интересно, что ты будешь делать с этой свободой. - Пожал плечами Диктатор. - И, признаться, твои успехи меня не разочаровали. За столь короткий срок пройти весь путь от мелкого политического деятеля до главы одной из основополагающих служб планеты… Молодец.
На похвалу Лауль предпочёл не реагировать.
-А твоя репутация! - Продолжал восторгаться император. - Я был просто покорён, как ловко ты использовал мою науку. И это давало мне надежду, что ещё не всё потеряно… - Он горько вздохнул. - Увы, все невольники остаются ими до самой смерти. И никакая свобода, никакие знания и обещания никогда не изменят их ограниченного мышления, не вытравят этого вечного желания начать новую жизнь, которая будет принадлежать лишь им одним…
Тут я была полностью согласна с Диктатором. Жаль только, что он оценивал данную ситуацию несколько с иного ракурса…
-Но ты забыл, что у тебя нет своей жизни! - Распалившись, вдруг рявкнул император, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. - Ты рождён рабом, твоя жизнь принадлежит мне! И в глубине души ты знаешь об этом! Иначе никогда бы не стал рисковать ей ради какой-то девчонки.
Я вновь почувствовала укол совести.
Да. Пожалуй, не стоило связываться с Патриором. По-хорошему, мне и из дома-то выходить не следовало… Никогда.
-Но не волнуйся. - Противно улыбнулся Диктатор. - Я тоже сглупил. Доверился тебе, не почувствовав никакого подвоха. А ведь мне показалось знакомым лицо новоприбывшей рабыни… Напрасно я не копнул глубже до твоего приезда. Тогда игра вышла бы значительно интереснее.
Напрягшись, Лауль так сжал свою ладонь, что у меня затрещали кости. Болезненно скривившись, я попыталась осторожно высвободиться, однако не добилась успеха. Зато Инквизитор, заметив мои потуги, всё-таки опомнился и спешно ослабил хватку. А я, не желая предоставлять императору лишнюю причину для насмешек, послушно прекратила сопротивление. Отныне мы с Лаулем были на одной стороне.
-Но у меня есть оправдание! - Не пропустив нашей краткой борьбы, усмехнулся Диктатор. - Если не ошибаюсь, этой девушки не было видно рядом с тобой два года? Логично, что я успел потерять к ней всякий интерес и принял за родственницу какого-нибудь невольника, с которым имел тесное общение… Напрасно. Надо было копнуть поглубже.
Он сделал небольшую паузу… И я почувствовала - решалась наша судьба.
-Ладно. - Наконец махнул рукой мучитель. - Это всё уже неважно. Я вовремя выяснил правду и больше не дам никому обвести меня вокруг пальца. С этого момента ваше положение на Патриоре радикально изменится. Ты, - он посмотрел на меня, - мне не особо интересна, поэтому останешься всё той же низшей рабыней.
Я бессильно вздохнула.
-А ты, - император перевёл взгляд на сына, - потеряешь свободу и, как бы ни старался, уже больше никогда не сможешь её получить. В твоей власти будет только влиять на уровень своего комфорта, который, как ты помнишь, всегда зависит исключительно от того, насколько невольник полезен своей истинной родине.
Как это ни странно, приговор меня обрадовал.
Всё могло оказаться значительно хуже - Диктатор мог нас убить, мог отправить в лаборатории на опыты, мог сделать всё что угодно… А вместо этого он почему-то предпочёл сохранить нам жизнь.