Страница 77 из 83
- Про политический союз вашей прекрасной юной Ириссы с одной влиятельной персоной.
Царь начал напрягаться. Даже та эйфория, которая посетила его после того, как он убедился – Замок есть, не ослабевала его политической хватки. Раз они отрицают, значит, ведут свои делишки за спиной царя. Однако Глава отреагировал в высшей степени бесхитростно:
- Моя дочь дизайнер и ни в какие союзы, кроме творческих и со всякой рванью никогда не вступает.
Однако Царю и в голову не пришло, что «политический союз» мог получиться за спиной Главы. А Глава не ожидал, что Ирисса может просто посмотреть на Кроля, тем более что-то серьёзное.
- Послушайте, неужели вы мне не доверяете? – серьёзно осведомился Царь и добавил, - Уважаемый глава Проверочной и ваша дочь уже подали заявление в Загс. Об этом все знают.
Глава раскрыл рот. Царь это истолковал как то, что это собирались скрыть от него, это начало большого заговора, это сделано с целью потери им влияния над местной проверочной и, будет сделано в других городах тоже…
Однако и Кролю надо было реагировать на два, повёрнутых к нему лица – удивлённое Царя и разгневанное Главы.
- Уважаемый государь, иногда самые выгодные политические союзы вершаться с целью самой обыкновенной любви, - ответил он.
В лимузине повисло молчание. Его надо было как-то разрядить. Кроме того, Кроля мучил вопрос, почему Царь приехал проверять строительство. И Кроль, хоть и до чёртиков боялся говорить с Царём, всё же должен был спросить:
- Раз мы затронули тему доверия, и вы задали вопрос о моей личной жизни, позвольте поинтересоваться и мне.
- Я женат и ни в какие союзы, ни тайные, ни явные не вступаю.
- Мой вопрос в другом, почему вы решили проверить Замок?
Царь помялся.
- Если вы мне пообещаете, что застрелите водителя после нашего разговора…
Лимузин резко повернул, и все попадали.
- Не нервничайте, я шучу, - сказал Царь шофёру – так вот. Думаю, сейчас я могу это сказать.
Царь достал письмо, показал Главе и Кролю. Глава несколько раз хихикнул. А Кроль нахмурился. Его должность, его деньги и его жизнь – это всё было поставлено под сомнение одной полоумной телегой.
- Неужели вы думали, что я способен прокутить все деньги Замка? Как говориться, считай меня дураком, но и у дурака есть своя логика.
- Он будет наказан, - отрезал Кроль.
- Кто он? В вашем городе тысяча жителей? – удивился царь.
- Русалка перед смертью сказала, что Леший, есть тут у нас один, несчастье всего города, написал вам письмо.
- Если это он, моя дочь, Ирисса, хорошо знает его подчерк, - обнадёживающе сказал Глава.
45.
Ирисса читала письмо и смеялась в голос. При царе.
- Нет, ну надо же, спасибо, за то, что весь город бухает несколько месяцев…
Кроль дёргал за рукав Ириссу, но она не унималась.
- Ну, Леший, ну, молодец!
Кроль снова стал одёргивать её, но, вместо того, чтобы отставить ехидные комментарии, Ирисса раздражённо сказала.
- Господин Кроль, хватит меня щипать.
Царь в очередной раз убедился, что, очевидно, в городе Трепангов против его, и без того пошатнувшейся власти, давно созрел заговор. Иначе зачем им скрывать…
- А что вы хотели? Вы отобрали у него всё. Он работает на стройке и ни шиша не получает. А сейчас вообще живёт на улице… - ответила Ирисса.
Царь, который, естественно, видел сметы Главы, ныне пребывающего в глубоком смущении, понял, что не удалось провести в тайне операцию по разбазариванию средств.
- Я думал, Леший живёт у Русалки, - хотел оправдаться Глава.
- Она его выгнала. Да и если ты не в курсе, папочка, Русалку съели акулы, кстати, а прораба, Чудодеев, кажется его фамилия… он покончил с собой, после того, как Кроль повесил на них все кражи Замка.
Глава не знал, куда ему деться от смущения. Плохо он воспитал дочь. Ирисса это говорила даже не для того, чтобы макнуть их с Кролем. Она это говорила, потому что так и было, и потому что не знала, что такое, когда за слова наказывают. Царь напрягался всё сильнее. Он понял, что его в городе Трепангов, несмотря на виликую милостыню, ни в грошь не ставят. И, если в других городах стремяться сохранить хотя бы внешнее уважение, здесь любая девчонка-недоросток может бросить ему в лицо, что он вор. Однако Царь не хотел, чтобы его тыкали носом, как мальчишку.
- Это он? – переспросил Царь.
- Конечно, он, - ответила Ирисса.
- Будет наказан, - отрезал Царь.
- Ничего у вас не выйдет, - кинула ему Ирисса.
Если бы Царь знал о здешний порядках, о том, что в деловом этикете города нет демонстрирования послушания и подобострастия начальнику, о ссоре Главы и Кроля, о том, что Кроль подонок, каких поискать, и никто никогда бы за него дочь не отдал, о строптивом характере Ириссы, о том, что в городе, в принципе, все спокойно относятся к воровству… Он бы не нервничал. Но сейчас Царю нужен был валидол.
- Уважаемый Глава, ваша дочь пытается покуситься на мою легетимность?
Глава завертел головой.
- Да что Вы, уважаемый Государь, она у меня просто такая, как говориться, избалованное дитя хуже бусурманина.
- Не сможите вы его наказать. У него ничего нет. Хоть миллиард накрутите, хоть восемь. Ни копейки не взыщите, - закончила свою речь Ирисса.
Царь подумал думу минут пять и решил, что необходимо собрать народ на площади. Для этого он пустил слух, якобы, лично будет принимать жалобы граждан, составленные в письменной форме, и все эти жалобы лично прочтёт и всех, кто виновен, накажет. Лешего же было велено привести агентам Проверочной принудительно.