Страница 133 из 143
Юрист вышел из тени и встал между залом и Чживоном.n - Я заметил, что большинство из жаждущих смерти Чживона – местные, сеульские. Видно, он успел намозолить вам глаза и встать поперёк горла, как кость. У нас в Нью-Йорке он пока ещё никого не достал, да и спец-операций, где нужно прикрывать грудью товарища у нас там почти не бывает, так, выскочить из-за мусорного бака и пальнуть в коза ностру. Мы в Нью-Йорке не такие щепетильные. Какая щепетильность, когда там среди нас вообще я? – расплылся Ёнгук и посмотрел на Бобби сверху вниз. – Полетишь со мной в Нью-Йорк. Устроишься барменом, будешь жить, как добросовестный налогоплательщик и горожанин, действовать по моей команде «мафия просыпается». Лебезить передо мной не надо, любить меня тоже не обязываю, но без доверия и уважения у нас с тобой отношения не сложатся, парень. В нашу систему въедешь по ходу, на все вопросы отвечать тебе пока буду вряд ли. Если они есть, конечно.n - Да, Дохи – моя девушка…n - Возьмёшь с собой, ей тоже работу найдём. Вставай, я не намерен торчать в Сеуле долго. В зале не раздалось ни одного возмущенного голоса. Даже Шуга молча принял вердикт Гука, он был только рад, что Бобби улетит подальше. Намджун был недоволен, но не стал препираться и ссориться, лишь жаловался лично Хоупу, когда они поднимались из подземных лабиринтов, где прошло совещание. Чживон шёл к лифту между Ёнгуком и Ёндже. Ему ещё не до конца верилось, что его помиловали, что его выпустят из-под заключения, что он поедет в страну, где живут его родители, и будет свободен. Настолько, насколько позволят эти люди, но всё же…n - А… - начал Бобби, но как только на него посмотрели слева и справа, несколько растерялся. – Я могу хотя бы теперь узнать… кто вы? И кем я должен стать? Что я должен буду делать?n - Кем ты должен стать – это одно, кем ты сможешь стать – это другое, - заметил Ёнгук. – А мы… мы, парень, золотые. Слышал когда-нибудь?n - Да ладно? – отвисла челюсть бывшего наёмника. Лифт открылся и ученый с юристом вышли, пока Чживон отходил от шока. – Твою мать… ты серьёзно? – опомнился он и успел выскочить между закрывающихся створок. – Кроме шуток, золотые? Они же… они же не существуют, нет? Вы же… Золотые! Нет, правда, это розыгрыш?n Ёнгук остановился и, достав руку из кармана чёрных кожаных штанов, указал на них.n - Кстати, тебе придётся пройти примерку и обзавестись вот такими. Добро пожаловать в команду, Эвр. Кличку менять не обязательно, но начинку надо. Не заставь меня пожалеть о решении, сделай так, чтобы через некоторое время я обнаружил в тебе цельный слиток высшей пробы, а не позолоченное говно.n - Золотые… - повторил себе под нос Чживон, идя следом за Ёнгуком. У него в детстве была книжка про древних воинов, там был рассказ о герое из славного воинства золотых, которые якобы когда-то существовали. Или были выдумкой, легендой. Тот герой был сильным и смелым, подражая ему, Бобби увлёкся борьбой, а потом вовсе забыл об этих сказках. Но, может быть, подсознание привело его в альтернативу благородному воинству – вольное братство. И вот, перед ним люди, утверждающие, что они – золотые, и он очутился среди них! Хоуп догнал его, хлопнув по плечу.n - Ну что, Бобби, Гук тебя спас.n - Я понял.n - Готов к подвигам?n - Пока ещё не очень. Вы… действительно каким-то образом спасаете Корею?n - Корею? Нет, мы спасаем мир.n - Как?n - Избавляемся от таких, как ты, как верно заметил Эн.n - И всё?n - А много ли ещё надо? Нет плохих людей – нет плохих событий.n - И как вы определяете, кто плохой? Тот, кто вам не нравится, кто перешёл вам дорогу?n - Нет, мы сами по себе народ не обидчивый. За себя мы не загоняемся. Вот за детей и женщин – другое.n - А если я первый, принятый таким образом, то как золотыми стали остальные?n - Ну… - загадочно протянул Хосок, - золотыми не становятся – золотыми рождаются.n - Значит, у меня не получится? Ваш главный сказал, чтобы я не покрывал говно позолотой, но я же не родился золотым!n - Кто тебе сказал? – просиял Хоуп. – А ты попробуй не лепить на себя позолоту, а отряхнуться от говна. Кто знает, возможно, под ним всегда было что-то другое? – подмигнув новому соратнику, Хосок посерьёзнел: - Мне кажется, что в очень многих есть драгоценное и правильное, но, к сожалению, большинству, чтобы откопать это в себе, надо потерять работу, друзей, руку…Только обездоленные умеют ценить, только потерявшие – плакать.n - Только умершие – жить.n Чживон ухмыльнулся, намекая на себя, но он говорил всерьёз.n - Хорошо, что эта смерть была постановочной. У тебя есть шанс начать всё заново, Бобби. Воспользуйся им.n - Я постараюсь, Хоуп.n И золотые, в увеличившемся на одного человека составе, покинули подземелье, отправляясь каждый по своим делам, по своим домам. Кто-то наконец-то праздновать Новый год, а кто-то отмечать новую жизнь. Золотую жизнь.n