Страница 173 из 203
– Наказание не соразмерное минутной слабости, – согласился Амутар.
– Каким же чудовищем должен быть тот, кто сотворил все это? – продолжил Нетфёр. Итирон посмотрел на бездыханное тело брата.
– Хотел бы я увидеть его, да всадить клинок поглубже в то, что находится у него на месте сердца.
В тот момент покосившаяся деревянная дверь со скрипом отворилась. По другую ее сторону ничто не виднелось в темноте. Повеяло короткими порывами горячего воздуха. Шум нарастал, но это не ветер дул, – кто-то злобно смеялся.
– Люди, вы такие забавные, – донесся из темноты голос низкий, звучный и проникновенный. – Добровольные изгнанники и охотники наживы, безродные и отрекшиеся от семьи, полные страхов и заблуждений. Не вами оставлен Аштагор, не вам его и забирать.
– Мы все-таки попробуем, – ответил Амутар.
– Попробуйте. Но помните: до вас приходили другие – умнее, сильнее. Никто не вышел победителем. – На противоположной от выхода стене появилась другая дверь. Она приоткрылась, в щель проскользнул солнечный луч, пахнуло лесной свежестью. – Последняя возможность избежать встречи со мной.
Голос умолк, путники равнодушно наблюдали, как лучится, подбираясь к их ногам, свет. Нетфёр, покусывая нижнюю губу, сделал робкий шажок, но лишенный поддержки не осмелился на большее.
– Это выход? – спросил Граниш.
– Выход из жизни, – короткий и без мучений.
– Вот так щедрость! – усмехнулся Итирон. – Как заманчиво!
– Почему вы не обманули нас? – удивился Дъёрхтард.
– Мне незачем плутовать, лгать, разделять вас. Придите, и я вас убью, ибо у вас нет силы, чтобы сразить меня. Щедрый ли я? – возможно. Я предлагал великое оружие, но вы горделиво отказались.
– О чем ты говоришь? – не понял Амутар.
– Вновь и вновь я преподносил вам могущественное оружие, в первой же зале, из груды сокровищ вы могли выбрать нечто, дарующее хоть крошечный шанс на победу. Но вы упрямо закрывали глаза и шли вперед! Бесспорно, решившись принять мой дар, один из вас должен был умереть, но смерть одного дала бы надежду другим, ибо дарованное однажды я бы не стал отнимать. Единственное же в этих чертогах, что глупо полагать заполучить – это Аштагор, ибо его стражем я поставлен. Так подумайте еще раз: прошли вы испытания или нет? – Все обдумывали его слова. Они вносили сомнения, но никто не предпочел свет тьме. Новая дверь исчезла. – Тогда идите, я жду.
– Хотя бы скажи, кто ты? – запоздало спросил Амутар. Гулко лязгнули цепи вдалеке, но горячий ветер не поднялся снова.
Путники шагнули в темноту, дверь позади сменилась каменной стеной. Они очутились в полуразрушенной зале. Далекие своды утопали в темноте, под их тяжестью раскрошились массивные колонны, многие обвалились и засыпали пол осколками. Тусклый свет создавали красные бутоны нестареющего огня, плещущегося в чашеобразных нишах, размещенных вдоль стен перед горельефами. Сцены на камне рассказывали о существах подобных зверям и подобных людям, больших и маленьких, многоруких и многоголовых, с крыльями или хвостами, они сражались или мирно беседовали, некоторые из них повторялись в сюжетах многих картин. Скульптуры сопровождали подписи альгаром, но, когда Дъёрхтард попытался сосредоточиться на них, от обилия нахлынувших образов, звуков и ощущений голова закружилась.
– Не нужно этого делать, маг, – вернулся голос из темноты. – Признаю, мне не ведомо, как можешь ты собирать осколки гласа Аяра, но вопрос этот я задавать не стану, ибо вижу, ответ неизвестен и тебе самому. И все же, доверь озвучить слова Синей книги тому, кто был свидетелем многих ее историй.
– Синие книги, зачем они нам? – перебил Дъёрхтард.
– Бросьте их в огонь, они вам не понадобятся. Вы же не рассчитываете победить меня?
– Расскажи нам о событиях, запечатленных в этих стенах, – попросил Граниш. В голосе его не было злобы, неприязни или страха, только интерес к новым знаниям.
Огонь в чашах затрепетал, воздух похолодел, а затем наполнился новым теплом. Путники дрогнули от резкого выдоха привратника. Они двинулись вдоль стен по вырезанной в полу, уводящей вдаль прямой дороге и, рассматривая горельефы, слушали голос из темноты:
– «Росло и процветало Древо,
Как анияра волей велено.
Под сенью Яргулварда зрело
Все сущее – здесь было рождено.
И вот раскрыт цветок Семурьи,
А с ним Хрдару красный плод поспел,
И воспылал Семурья чувством,
И восхотел себе иной удел.