Страница 141 из 239
— Сектантка! — завопили стражники. — Лови!
— Вы издеваетесь? — простонала я и рванула под прикрытие склепа. По его стене дробно застучали арбалетные болты.
— В честь тебя, Ёшка-а-а! — завыли сзади, и я вскинула руки в защитном жесте. Главаря отнесло воздушной волной и приложило о надгробие. Из его руки выпал здоровенный кривой кинжал, похожий на орочий.
Я схватила кинжал и воинственно им взмахнула.
— Нечего было молиться, — сказала я. — Убивать надо тихо!
Ёшкопророк заскулил. Я от всей души несколько раз пнула его по ребрам и побежала вглубь кладбища.
И вылетела прямо на стоящих в ярко горящей пентаграмме людей в белых сорочках. Разбираться, кто это, у меня не было времени, но мельком заметив строение линий пентаграммы, я швырнула в ее центр артефакт-деактиватор. Вот только ледяного демона-разрушителя нам этой ночью не хватало! Будете должны, мирные горожане!
Любители холодных демонов завыли и бросились за мной в погоню. Моя популярность возрастала с каждой минутой.
Я мчалась к дыре в ограде кладбища, которую мне когда-то показал Ирга. Оставалось только молиться, чтобы ее не заделали или окончательно не завалило снегом!
Когда я споткнулась о воняющую тухлятиной кучу и кубарем покатилась по снегу, то поняла, что Госпожа Удача сегодня жадная как никогда. Вероятно, одного браслета за ёшкопоклонников и пары сережек за стражников ей показалось мало.
— Наши мыши! Мы их неделю ловили! — Из-за двух ближайших склепов показались еще фигуры. Я застонала. Да что же это за ночь такая? Тут что, собрались все психи королевства?
— Вот вам ваши мыши! — Я швырнула в приближающихся мышиным трупом, который случайно оказался зажат у меня в кулаке.
— Это не наши, а Ёшкиного Кота! — обиделись очередные адепты очередного культа.
— Передавайте ему привет! — Я бодро отряхнула с шубки снег. Любители котов мне всегда импонировали, они хотя бы не бросались на меня с кинжалами. Правда, я знала, что стоило мне случайно подвергнуть их действия сомнению — например, сказать, что Ёшкиному Коту вряд ли понравятся тухлые мыши (и где они только протухнуть успели?), как тут же мирные котолюбы превратятся в разъяренных чудовищ.
Котопоклонники преследовать меня не стали. Они бережно складывали мышей обратно в аккуратную кучку.
Ага, вот и дыра в заборе! Конечно, ее завалило снегом, но я настолько была полна энтузиазма, что была готова снести всю секцию забора разом. Однако использовать магию побоялась. Прислушиваясь к крикам, которые доносил до меня ветер, я энергично прокапывала жертвенным кинжалом себе в снегу дорогу в нормальный мир, где не приносят жертв Ёшке и не складывают мышиные трупики в аккуратную башенку. Как только дыра в снегу расширилась настолько, чтобы можно было пролезть, я в нее нырнула.
Да-а-а…
Думала, что я стройнее.
Это все шуба виновата, вон какая объемная!
Барахтаясь и раскидывая снег, я все же выбралась наружу, на тихую сонную улочку. Действительно, другой мир.
Я сделала несколько шагов, прикидывая, куда лучше направиться — домой или все же не шокировать Отто своим внешним видом и пересидеть у Лиры в Доме Исцеления?
— Стоять! — раздался резкий оклик.
Я вздохнула. Буду пересиживать в камере заключения.
Мне в лицо ударил свет фонаря. Я показала патрулю свои пустые руки — даже без рукавичек. Конечно, скрюченные от холода пальцы выглядели не очень, зато в них не было оружия. Кривой кинжал я предусмотрительно зарыла около ограды — а вдруг потом пригодится.
— Что вы здесь делаете, панна? — спросил у меня стражник, пока остальные держали меня на прицеле.
— Иду, — ответила я, вовремя вспомнив, что краткость — сестра таланта.
— Куда?
— Туда, — махнула рукой.
— Зачем?
— По делам, — очень содержательно сообщила я.
— По каким?
— По личным. — Я мило улыбнулась.
— По личным делам? В эту ночь? — подозрительно переспросили стражники. — Да еще и в таком виде? Пройдемте с нами!
А какой они вид хотели? Я спаслась от трех банд фанатиков и от одного патруля стражи, избежала жертвоприношения себя, предотвратила явление ледяного демона, и камера задержания — это все, что я получаю в благодарность? Конечно, вид у меня потрепанный, и шапку я потеряла, и рукавички, и пуговицы у меня оторваны, и волосы растрепались…
— Она шла ко мне. — О, этот голос я узнала моментально! Живко обнял меня сзади за плечи. Я подавила желание прижаться к орку. Ноги после бега по снегу дрожали. Да и руки дрожали. — Она от мужа сбежала, он ее избивает. Поэтому и выглядит так.
— Вы точно ее знаете?
— Знаю, — мне в ладонь ткнулся собачий нос, — и псы мои ее знают.
— Но дежурство еще не закончено, — заикнулся один из стражников, когда Живко развернулся и потащил меня за собой. Два здоровенных орочьих волкодава невозмутимо трусили рядом.
— Я буду патрулировать другие улицы, — отмахнулся Живко. — Только отведу девушку к себе домой.
Как только мы повернули за угол, я выдернула свою ладонь из руки орка и рухнула на колени, прислонившись к стене. Меня трясло от холода и от пережитого. Живко присел рядом.
— Я не знала, что ты в городской страже, — сказала я, не открывая глаз.