Страница 113 из 239
На обеденном столе, на большом узорчатом блюде лежала человеческая рука. Самая обыкновенная человеческая рука, от кончиков пальцев до аккуратно отрубленного от туловища плечевого сустава. Рука была бледная-бледная, с некоторым синюшным оттенком, который замечательно подчеркивался сияющей белизной подноса из какого-то подаренного мне на свадьбу сервиза. Судя по пасторальным картинкам, на которых бодрые юноши соблазняли упитанных пастушек, наигрывая им на эльфийских дудочках и вызывая неестественные ухмылки у овец, поднос был подарен кем-то из моей половины гостей. Скорее всего, нежно любящими родственниками, ибо только они могли подарить такую ерунду, проходящую, наверное, в гномьих мастерских под ярлычком «психологическое оружие». Сотрудники Ирги подарили нам огромный сервиз черного цвета на двенадцать персон с различными жанровыми сценками из жизни городского Магического управления. Вероятно, начальство решило сделать своим сотрудникам приятное, выпустив такую замечательную сувенирную продукцию, но я совершенно не испытывала никаких лояльных чувств к Управлению, поэтому пить чай из чашки, на которой изображен целитель, со зловещим лицом делающий какую-то микстуру, я отказалась наотрез. Впрочем, над супницей, на боку которой несколько подозрительных типов расчленяли труп, я долго думала, а потом продала сервиз в тематический кабачок, специализирующийся на ужасах.
Рука вела себя прилично — не шевелилась и не воняла, но все равно мне не нравилась. Пока я рассматривала руку, пытаясь понять ее предназначение на моем обеденном столе, открылась дверь, и из душа вышел Ирга, вытирая волосы полотенцем.
Я повернулась к нему.
Последние капельки воды стекали по его худощавому мускулистому торсу к черному полотенцу, обвязанному вокруг бедер. Оно подчеркивало бледность кожи моего мужа и при каждом шаге заманчиво распахивалось, оголяя одно бедро.
Однако полгода жизни в качестве жены некроманта выработали у меня некоторую стойкость и силу воли, поэтому я подняла глаза и мрачно спросила, указывая на руку:
— Что это?
— Рука, — лаконично ответил супруг. Внимательно посмотрел на меня, голодную и уставшую после работы, и решил не рисковать семейным миром: — Моя домашняя работа.
— Почему ты припер свою домашнюю работу к нам домой, да еще и положил прямо на обеденный стол? — спросила я, напомнив себе, что я вежливая и ласковая жена.
— Я ее принес сюда, потому что это моя домашняя работа. — Голубые глаза Ирги смотрели невинно и нежно, однако меня таким разжалобить было нельзя.
— Ты не мог задержаться на работе и там все доделать?
— Нет, — ответил муж, пальцами расчесывая длинную черную челку. — Я боялся, что ее украдут.
— Ирга, — душевно проговорила я, — тебе нужно поменьше общаться с Отто. У тебя развивается паранойя. Кому нужна дохлая рука?
— Но, милая, мы сейчас проходим курсы повышения квалификации, и я действительно боюсь, что сотрудники могут эту руку подменить своей. Видишь, как она хорошо выглядит? — Он заботливо пощупал кожу домашней работы.
Я постаралась молча выразить на лице все, что думаю по поводу нахождения подобной домашней работы, пусть и хорошо выглядящей, на обеденном столе как раз в тот момент, когда я хочу есть. Ирга правильно понял мои мысли, поэтому смущенно улыбнулся.
— Милая, может, сходим куда-нибудь поедим? — и протянул ко мне руку.
Я отшатнулась.
— Ты сначала руки помой! Ты же прикасался к этому!
— Для жены некроманта ты слишком остро реагируешь, — упрекнул меня муж.
— Для жены я реагирую очень терпеливо! — окрысилась я. — Не закричала и не выкинула твою домашнюю работу на улицу! Там как раз снежок выпал, ей там будет хорошо. И вообще…
— Я все понял, — перебил меня Ирга, справедливо полагая, что «вообще» может затянуться надолго. — Так как я провинился, то с меня ужин не просто в кабачке, а в ресторане!
— О! — обрадовалась я. Вечер становился приятным. Поход в ресторан перекрывал даже наличие руки на обеденном столе. — Сейчас я придумаю, что надеть!
Конечно же муж был готов еще до того, как я вынырнула из недр шкафа, отыскав наконец ту одежду, в которой можно было показаться перед изысканным обществом в ресторане. Даже волосы успел высушить.
— Ты планировал поход в ресторан? — подозрительно спросила я, разглядывая его безупречный наряд.
— Ну-у-у, — протянул Ирга, — не то чтобы планировал, но догадывался, что ты без энтузиазма воспримешь мою домашнюю работу, поэтому думал, что я успею тебя перехватить до того, как ты вернешься домой.
— Ага, — я скрестила руки на груди, — ты думал меня подпоить в надежде, что я вернусь ночью домой, веселая и довольная жизнью, и сразу же завалюсь в кровать, не заметив наличие этого на моем обеденном столе!
Выражение глаз Ирги было слишком невинным, и я поняла, что мое предположение попало в точку.
— Ирга! Я не буду спать в одной комнате с чьей-то мертвой рукой, как бы хорошо она ни выглядела! Можешь сам с ней сегодня обниматься! Все, я иду к Отто! — озверела я, пораженная в самое сердце вероломством мужа.
— Милая, почему ты так реагируешь? — спросил Ирга растерянно, пока я напяливала на себя шубку и вставляла ноги в сапоги.
— Потому что мне не нравится соседство с мертвой рукой, напичканной магией, — сообщила я. — И тем, что ты считаешь, что это нормально — притаскивать работу домой!