Страница 19 из 76
Иллюзия была сделана качественно, в уменьшенном масштабе, но без динамики. Да и не нужна она была здесь.
— У них странное понятие о чести, мэтр Фарсер, — спокойно ответил орк. — Лучше умереть, чем попасть на рынок рабов. Приграничье. В светлых землях темными магами и некромантами до сих пор пугают детей.
— Ими всех детей пугают, вне зависимости от цвета земель и их географического местоположения, — пробурчал карла, недовольно посмотрев на мага.
— Объяснитесь, мастер Гримр, — с холодом в голосе приказал мэтр Фарсер.
— А что мне нужно объяснять? Это всем известно. В народе такие истории о вашем брате ходят…
— Народ может думать и говорить, что ему вздумается. Но зачем вы повторяете это вслед за ними — непонятно. Но… — прекратив трансляцию иллюзии взмахом руки и сняв кристалл со стола, маг продолжил: — я не для демонстрации этого вас позвал. Это то, во что все мы должны были поверить. А вот это… — и на столе появился новый кристалл.
На этот раз иллюзия была гораздо хуже, менее четкой — но динамичной. Правда действие, которое там происходило, заставило нахмуриться и орка, и карла.
— … происходило тогда, когда наши войска окружали лагерь светлых и готовились к штурму. Не правда ли, интересный факт?
Взяв паузу, мэтр Фарсер посмотрел поочередно на орка и карла — и лишь потом продолжил:
— Установить количество групп и их состав — первостепенная задача. Светлые научились приподносить сюрпризы темным — и это Властелину не понравится. Все светлые должны быть пойманы или уничтожены. Быстро — и без лишнего шума.
Наринэль передвигался по лесу, внимательно прислушиваясь и присматриваясь к окружающему. Если те, кто спас его, были не единственным отрядом светлых — то стоило поискать их и объединиться. Возможно, тем повезло больше, чем его спасителям и они не потеряли половину своего состава в стычке с темными. Возможно, с ними идет нормальный маг, может даже не один. Это было бы кстати, учитывая нынешнее состояние чародейки. Да и его состояние, тоже.
Эх… Если бы не те оковы… Если бы не тот злосчастный ритуал… Он мог бы попытаться спасти барона и его оруженосца. Магистру жизни это было по плечу. Он не раз вырывал своих товарищей из лап смерти. Но сейчас… В чем-то людям проще: они оперируют плетениями, наполняя их своей силой. И если надо лишить мага силы — на него всего лишь вешают амулет-пиявку, выпивающую всю его силу. Убери амулет — и маг уже через несколько часов сможет пользоваться магией. Со стихийниками же все проще и сложнее одновременно: он может, используя лишь кроху своей стихии наворотить дел. Лишать его силы с помощью амулета практически бесполезно. Подловив тот краткий миг, когда крупица силы зародилась и ещё не впиталась амулетом, стихийник может дотянуться до любой частицы нужной стихии и… освободиться. Именно поэтому магов-стихийников заключают с помощью зачарованных амулетов-оков в своеобразный кокон из вакуума, не дающий прикоснуться ни к одной частицы ни одной стихии. Теперь же, когда кокон снят, Наринэлю требовалось время для того, чтобы вновь восстановить свою связь со стихией. Неделя в плену кокона для стихийника — что месяц тяжелой болезни для обычного воина: на тот же уровень обладания силой стихии придется выходить долгими упорными тренировками.
В любом случае, пока он восстанавливается — у отряда нет ни лекаря, ни мага. Чародейка слаба и неопытна, воины хоть и из приграничья — но довольно посредственны. Значит, выжить на вражеской территории и дойти до своих у них просто не получится. В принципе, люди смогли бы раствориться в местном населении, воины стали бы наемниками, чародейка… Чародейки пришлось бы срочно переучивать все свои ритуалы или отказаться от использования магии вообще. Но последнее не выберет ни один маг, а вот воины… Возможно, стоит предложить им этот вариант, может, и согласятся. Для Наринэля же в темных землях не было возможности остаться на свободе. Любой эльф на территории темных автоматически становился преступником, а после поимки — бесправным трофеем, живой вещью, рабом. Ну уж нет, лучше умереть, чем вновь испытать такое. Интересно, что было бы с ним в темнице, если бы темный маг не отдал приказ не трогать его?
Ого… А вот и убитый из арбалета Черный Всадник… Значит, не врал темный. Действительно за ним погоня была. Что же такое надо совершить темному, чтобы за ним послали отряд Черных Всадников? Но Наринэль не стал задерживаться, пошел дальше. Павший темный хоть и был хорошим воином, но похорон не заслужил, это точно. Светлые небеса!
А на этой поляне задержаться придется. Отряд светлых не был единственным. Вот только ни наличие магистра магии, ни присутствие десяти воинов, трое из которых были стрелками, не помогло. Скорее всего, отряд Черных Всадников был ещё в полном составе, мага убили первым, как всегда, а потом вырезали и воинов, одного за другим. Да уж… Один он не справиться, надо будет позвать Ларена и Шарда… Услышав слабый отголосок родной стихи в одном из тел, эльф удивился. Что? Кто-то среди них ещё жив?
Прислушавшись к ощущениям, Наринэль понял, что ошибся. Лучников было не трое, а двое. И одна лучница. Присев рядом с ней, Наринэль рассмотрел повреждения. Удар копьем в торс, металлические пластины, вплетенные в кольчугу на груди, слили удар вверх, но кольчужное плетение не выдержало. Копье вырвали из тела и оставили умирать. Ну да, с такими ранами не живут. Только вот у лучницы был амулет исцеления средних ран как минимум, который и позволил ране немного зажить. Крови она потеряла предостаточно, но при должном уходе… И лук у неё хороший, явно эльфийских мастеров… Светлое небо! Да она квартерон! Четверть эльфийской крови как минимум! Шансы на успех увеличиваются…
Сосредоточившись, Наринэль попробовал ощутить в окружающем мире те крохи стихии жизни, которые он мог бы использовать. Есть! Получается! Теперь нужно было направить их в тело лучницы, позволяя им залечить рану. И ещё немного… Ну, давай же, ещё чуть-чуть! О… как же это оказывается тяжело… Стоп. Если он продолжит — то до лагеря со своей ношей уже не дойдет.
— Помощь не требуется, остроухий?
Наринэль, чувствуя прилив адреналина в кровь, медленно развернулся к сказавшему.
***
На лес постепенно опускаются сумерки. Надо же, уже и день заканчивается. Как-то тут я теряюсь во времени. Лето, тепло, день должен быть долгим — а тут… всего восемь здешних часов. Это сколько по-нашему? Двенадцать. А у нас летом сколько? Около шестнадцати плюс минус пара часов в зависимости от месяца? Ну да, где-то так. Отсюда и потерянные в ощущениях четыре часа. Костер чуть слышно потрескивает, от вещей, развешанных по кругу над ним идет пар, в небольшом котелке варится похлебка, Шард то и дело помешивает варево ложкой, Ларен сторожит, Наринэль одолжил у Шарда лук и ушел в лес, на охоту. Хотя кого он поймает после переполоха, устроенного лесным пожаром на той стороне реки — я не представляла. Что делала я? Разбиралась в том, что я там на поляне зарисовала и что из этого может находится в справочнике. Эх… мне бы сейчас пару учебников по теории чарования… Разобраться, что какая закорлючка означает. Вот этот кусок, вроде и похож на рисунок для ритуала универсального щита, но слишком сложен. А вот это? Нет, мне явно не хватает знаний. Интересно, нормальный чародей, с настоящим дипломом, насколько быстро бы расшифровал записи? Другое дело — что сейчас мне неоткуда взять этого чародея.
— Эй, Шард, смотри, — сказал Ларен, показывая на просвет между кустами, служивший входом на поляну.
Шард отвлекся от готовки, я отвлеклась от рисунков. И не зря. Наринэль и тот самый темный, который убил из арбалета троих всадников. На руках у эльфа был кто-то, темный вел на поводу своего коня, на спине которого лежало ещё трое. Ничего себе, сходил на охоту. Я поднялась. Скорее всего, Наринэль нашел кого-то из других групп светлых. Видимо, тем тоже не повезло, нарвались на темных. Значит, они ранены. Значит, о них надо позаботиться.