Страница 71 из 155
Линтон скосил свои голубые глаза в сторону помоста, продолжая разговор со своим собеседником справа и замер. Хорошо хоть не на полуслове, а то был бы ещё больший конфуз. На постамент вывели девушку. Рыжие волосы струились по её плечам. Прямая осанка, говорила о действительной непокорности. Цепи-наручники, на руках и ногах говорили о том, что насчёт дикости ведущий не соврал. Бледная, маленькая, точёная красавица, но не это поразило достопочтенного банкира, а бирюзовые глаза. Он прекрасно знал эту девицу. Вызывающий взгляд и улыбку. Правда сейчас девушка в коротеньком балахоне кремового цвета, открывающим вид на её фигурку, не выглядела той, с которой он провёл отличную ночь некоторое время назад в одной из элитных домов увеселений. Помнится, после её вредного замечания, он тогда пожаловался на неё главной даме того заведения и… больше эту девушку он не видел. Немного расстроился, но не придал этому значения, другая девица быстро усвоила его аппетиты, а оказывается вот, что происходит с девушками, просто сказавшими не то слово клиенту…. Что-то странное проснулось внутри мужчины. Давно он не ощущал муки совести. И тут свет осветил лицо вышедшей на постамент. Нижняя губа Прянни была разбита, синяки от цепей можно было тоже легко заметить на кистях рук и лодыжках…. Она шла босиком, хотя пол представлял собой мозаику из камней, только сам постамент был из деревянных панелей. Девушка упрямо вздёрнула подбородок, поднимаясь по ступенькам в углу «сцены». Мужчина, шедший позади неё, толкнул рабыню в спину, но рыжая умудрилась устоять на ногах. Она поднялась на «сцену» и, встав рядом с ведущим, посмотрела свысока на всю достопочтенную публику из-под полуопущенных ресниц. Кулаки Столецита сжались сами собой. В этот момент Прянни, маленькая девочка из салуна как нельзя напомнила ему другую девушку. Наверно такая непокорность свойственна всем рыжим.
- Как видите, девушка непокорна и будет сопротивляться, - завещал ведущий, - и кто же захочет укротить эту прекрасную принцессу? Начальная ставка тридцать золотых!
- Пятьдесят, - брюзглый мужчина плотоядно усмехнулся справа от банкира. Он сидел за три сидения от Линтона, но тот явственно мог разглядеть первого покупателя.
- Семьдесят, - с лёгкой улыбкой произнёс Столецит, как бы включаясь в игру. Ни в коем случае нельзя было показаться, что ему необходимо выкупить эту маленькую негодницу, поэтому приходилось выжидать и не сказать сразу, что он готов за неё выложить и тысячу золотых. Ведь тогда торги начнутся нешуточные, а зачем тратить большие деньги, если можно потратить гораздо меньшие. Всё же Линтон был не просто графом, получившим свой титул за заслуги перед его величеством, но весьма приспевающим банкиром.
- Вы же сказали, что ничего не собираетесь приобретать, - с улыбкой упрекнул Линтона его собеседник, отвлекая от торга.
- Да, не собирался, но иногда внезапно хочется чего-нибудь диковинного, согласитесь? – улыбнулся Столецит краешком губ и поднял руку, принимая очередную ставку.
- Не думаю, что она стоит таких вложений, - не согласился собеседник, когда прозвучала ставка на сто пятьдесят золотых. – К тому же девушка явно не… первой свежести, хотя красива, не спорю.
- Ваше право, - улыбнулся уголком губ мэтр Столецит и поднял руку для ставки снова.
- Двести золотых! Кто предложит ещё? Нет?! Тогда двести золотых раз! Двести золотых два! Двести золотых три! Продано уважаемому банкиру из пятого ряда! - проголосил ведущий и щёлкнул пальцами охранникам, чтобы «товар» увели со сцены.
Прянни пыталась разглядеть, кому её продали, но из-за света, слепящего глаза, чтобы лучше её показать со всех ракурсов, она не смогла увидеть лица того морайского выродка, которого уже ненавидела до глубины души. Прошлый раз её продали за пятьсот золотых, а в этот всего за двести, как ни странно, но это тоже опускало настроение на несколько градусов ниже.
Девушку грубо, но, тем не менее, более бережно, чем до этого схватил под локоть и вывел из зала всё тот же надзиратель, что и привёл. Далее, к первому надсмоторщику добавился второй и они вместе провели Мелиссу по коридору в специальную комнату, где ей нужно было дожидаться, когда её заберёт новый хозяин. От одного этого слова сводило зубы от злости и бессилия. И всё же Мелисса переживала больше не за себя, она сможет выбраться, не первый раз в своей жизни попадает в такую заварушку, а вот Сюзи… что же ждёт бедняжку по окончанию этого морайнского аукциона. Неужели Майосотис ничего не сможет поделать?…. Почему-то Мелисса верила в неё, не для своего спасения, а для спасения Сюзи Обсидиан и других одиннадцати девушек, которых в этом здании принято было называть «товаром».
Достопочтенный банкир и граф Линтон Столецит не стал дожидаться, когда закончится аукцион. Вначале он хотел, но сейчас решил, что это будет неразумно. Так, во всяком случае, он себя успокаивал, когда спустя всего два «лота», перед первым из них почему-то произошла правда небольшая заминка, он не спеша двинулся в сторону выхода. Подойдя к одному из официантов, он потребовал подозвать свою охрану. Говорить пришлось немного громче, так как торги за его спиной разошлись нешуточные. На постаменте в порванной рубашке и мужских штанах стояла высокая брюнетка лет семнадцати. Её чёрные глаза сверкали, как угли. Интастанское происхождение было явным, черты лица, упрямый нос, подбородок, красота скул, высокая грудь, видная сквозь вырез порванной рубашки, прямая осанка. Девушка была прекрасна и очень зла. Ведущий её расхваливал, а она плюнула ему прямо под ноги, вызвав улюлюканье разгорячённой толпы. Бокалы с игристыми винами и напитками покрепче сделали своё дело.