Страница 114 из 150
- Моя жизнь бессмысленна, - выдавливает, кляня себя за честность Выходцева, - если не пойду на битву с ламиями. Я обречена. Это - мой рок.
- Это всё? – не унимается папаша Варгра. - Или есть ещё что-то?
- Чтобы что-то утверждать, нужно понять, что написано здесь, - машет одним листом. – Есть пара картинок в голове и только…
- Какие?
Заминка тянется мучительно долго – толковое вранье на язык не идёт. Катя собирается силами и выпаливает как на духу:
- Сражение. Нежить и нечисть друг против друга. Оборотни тоже бьются. Знаю, бред и сумятица...
- Почему бред? – отрезает Драгор, встряхивая головой.
- Слишком много невозможного, - убито мямлит Катя. - Найти сторонников, убедить в необходимости битвы с Ламией!
- А-а-а, и такие думаешь есть?
- Не уверена, но можно поговорить с Марешами. Ещё найти альвов и дварфов...
- Насчёт первых не уверен, - недовольно бурчит Драгор. - Быть иными и пойти против своих - разные вещи. А вот Торстейна найти можно… - задумчиво протягивает Драгор.
- Это кто?
- Вожак дварфов. Между нами произошло непонимание несколько сотен лет назад, и они ушли.
- Они были с вами? – Выходцева чуть не давится эмоциями.
Бъёрн старший неопределённо кивает и, допив уже из горла остатки виски, со стуком водружает бутылку на стол.
- Не то чтобы прямо с нами, но рядом. Дед… в общем, это из-за Марешей, - отмахивается папаша Варгра. - Торстейн не захотел с ними соседства и ушёл. Велита, предводительница альвов, последовала за ним.
- Шутите? – ошарашено бормочет Катя. – Они были здесь, а теперь ушли?
- Ну, как-то так… - пожимает плечами Драгор. - Думаю, если их найти, то, возможно, они прольют свет на эту нечитаемую муть.
Чёрт побери оборотней и, уж тем более, Марешей! Из-за них ушли те, кто нужен кровь из носу. Катя вскакивает. Прохаживаясь по кабинету, рассматривает лист с иероглифами:
- Есть ещё вариант, - останавливается возле столика. - Ваик… Что если спросить у семейства ламий? Может, помогут? Вы говорили, что они за мир с людьми! Для нас Мареши как туз в рукаве.
- Кровососы? – Бъёрн старший чуть не выплёвывает слово. – Повторяю: не станут они сражаться против своих! Королева их мизинцем сотрёт! Одна! Весь город! До сих пор думаю, почему он ещё стоит? – деланно чешет затылок. - Видимо, Ласгерн для неё точно муравейник для человека. Пока не кусаются – пусть живут, но если что – пощады не жди! Нет никого сильнее неё. Быстрее. Живучей. Ни единого существа! Она смертна-бессмертна, если так можно сказать! А вот ты… Нужна ей… Зачем? Хотелось бы узнать, а с другой стороны – страшно. Жизнь меня вполне устраивает! Если из-за тебя поменяется что-то в худшую сторону – нехорошо… Может, лучше не давать тебя Ламии? – одурманенный алкоголем взгляд Драгора осмысливается – графитовые глаза недобро блестят: - Что если ты умрёшь окончательно?
От страха тело словно деревенеет. Даже губы не слушаются:
- Я думала об этом… - мямлит Катя, изучая лист. – Труда не составит, но что если моя смерть окажется бессмысленной? Ламия живёт вечность. Столетием больше, столетием меньше – она уже научились терпению. Дождётся нового появления мне подобной и вновь начнётся погоня…
- Но это была бы проблема следующего поколения, а не наша.
- Сколько таких, как я добиралось до вас? – цепляется Выходцева за ускользающие мысли.
- Ты первая…
- Вот и ответ! Первая, кому удалось встретить тех, кто может победить ламий. Картинки, сидящие в моей голове; текст на листе… осталось расшифровать, и всё. В наших руках возможность изменить ход жизни. Истребить гадов…
- Слишком просто, чтобы быть правдой… - кривится Драгор. - Не боишься, что станешь вершительницей миллиардов судеб? Разозлишь Ламию и нагрянет война?
- Но она случится рано или поздно, - звучит оправдывающиеся и даже жалко.
- А ты предлагаешь ускорить?
- Раз уж я замешана, - стыдливо бормочет под нос Катя.
- Получается, планету ждёт, либо массовая гибель людей, либо очищение земли от тварей. И ты - перст божий! – злобно хохочет Бъёрн старший, но смех быстро обрывается: - Тебя жизнь не тяготит?
Щепетильный вопрос, который сама себе задавала миллион раз, но вразумительного ответа так и не нашла.
- Я не боюсь умереть, - Выходцева, поникнув головой, садится на край письменного стола. - Просто пока не хотела бы при этом присутствовать. Чёрт, - выдыхает с чувством, - я жить хочу! Хочу семью… Если бы всё было беспросветно, мы бы не разговаривали. Понимаю, что существовать оставшиеся жизни бессмысленно, постоянно оглядываясь и убегая. Но я могу начать нормальную жизнь, только для этого нужно уничтожить Ламию, – утыкается глазами в пол: - Я видела себя счастливой.
- Катья, - разжёвывает по-отцовски Драгор, - жизнь размерная у всех, кроме тебя. Мы привыкли существовать на краю земли, Торстейн в своём городе, Вилета в своём, Оанассис – в воде, люди как крысы – везде. У каждого есть, чем дорожить. И плевать, что кровососы могут напасть. Пока этого не случилось, сдвинуть с обжитого места трудно. Это ты ищешь выход. Тебя прижимают и гоняют, а мы…
- Вы правы, у меня ничего нет! – чеканит Катя. - Я теряю всех, с кем знакомлюсь. Вернуться домой не могу, там поджидают ламии. Моя жизнь по наитию… Но я хочу перемен!
- Ты готова рисковать жизнями всех живых существ ради спасения собственной шкуры? – очередным вопросом ставит в тупик Бъёрн старший.
- Это грубая трактовка, но… суть вы уловили верно, – Выходцева стыдливо умолкает. Чёрт! Сколько ещё бояться? - Да! Я готова рискнуть, но непросто, чтобы спасти собственную шкуру. Проблема куда глубже – порабощение грозит всем. Уже есть люди, которых используют как скот! То же с нечистью и нежитью. Битва не только моя - всех… А вы? Для чего живёте? Вам дана сила противостоять! Значит, она должна чему-то служить!