Страница 10 из 115
Когда меня наконец отпустили, я намеревался направиться к кафе, или бар, в общем, к заведению напротив этого, в котором меня уже ждала Виолетта, со своей дочерью Мирой. Я был у них на виду, так что мне ничего не оставалось, кроме как сразу пройти туда. Пробираясь сквозь постоянный поток жителей, меня чуть не унесли в неизвестном направлении, когда я споткнулся о чью-то ногу, и чуть не упал, рискуя быть растоптанным, но успел удержаться о проезжающую мимо повозку, уцепившись за нее так, что та почему-то со скрипом накренилась, чем привлекла внимание лишних глаз, в том числе, разумеется, и девушку, которая как раз и сидела на этой повозке. От такой неуклюжести я почувствовал себя неловко, ибо скорее всего, все сочли меня за напившегося в хлам алкаша, но, когда я все же добрался до противоположной стороны улицы, зевак, что на меня так пялились, поубавилось.– Ну вот, наконец ты выглядишь так, как подобает мужчине. – удивила меня комплиментом Виолетта, когда я наконец подошел к ним.– Что ж, спасибо за все вам, Виолетта, но у меня есть один вопрос: почему на меня все так подозрительно смотрят?Довольно массивный зал освещался приятным, мягким светом, множество забитых людьми столов, и небольшая сцена, откуда мелодично звучал рояль, дуэтом с гитарой. Вопрос лишь в том, что мы тут забыли, и для чего вообще все эти прелюдии? Все слишком подозрительно, и по всей видимости я еще долго не пойму, что именно у этих занятных людей на уме, и что они ожидают от меня.– А теперь вернемся, скоро прибудет Елеваний… – проигнорировала мой вопрос Виолетта, то ли из-за шума, то ли специально, и поднялась из-за стола, на котором скучал недопитый стакан какого-то напитка.Если честно, мне уже надоело бегать за ними по пятам, как маленький мальчик, но все же все эти недосказанности и нудности могут быть необходимы для чего-то интересного, или не совсем…В любом случае мне больше хотелось дочитать ту книгу о мана-контроле, чем бегать по таким заведениям, и привлекая внимание окружающих, по еще не понятной мне пока причине. *** Постепенно наступил и вечер, а я так же сидел перед камином, с ненастоящим огнем и дочитывал, а вернее пролистывал уже последние страницы книги. От окна приятно светили в спину лучи вечернего, почти чисто-красного солнца. Все же теория не очень по мне, основу я уловил, но в мелкие подробности вдаваться не стал, моя тема – это практика, вот в практике и добывается опыт и умения. Но, пока что, я только и могу сидеть и тупить в камин: семейка разошлась по комнатам, и я так понял, что Елеваний уже должен был вернуться, но он до сих пор не появился.Уже хотелось насладиться ужином, но семья так и молчала, и запах еды до сих пор не достиг моего носа - вот так я, не заметно для себя задремал, просто отрубился.Проснулся от неприятного чувства в желудке. Живот уже требовал еды, и я решил прогуляться в зал до стола, проверить почему вообще тут такая тишина, которая за последние несколько секунд начала давить на голову.Аккуратно поднявшись, я побрел по коридору. Немного кружилась голова, еще не до конца отошедшая от внезапного сна, а затем, уже спускаясь и по лестнице вниз, я наконец услышал еле слышный шорох внизу.За окном было темно, солнце село примерно час назад, а внизу были потемки, и только слабый свет звезд из окна хоть немного освещал зал.Неприятное чувство заставило мою кожу покрыться мурашками, когда под ногой, только что ступившей на очередную ступеньку, и очередной приступ головокружения чуть не обрушил мое тело вперед, но вовремя удержавшись за перила, я лишь сделал пару шумных шагов вниз.– Ничего себе, он на ногах еще держится, похоже серьезный малый… – звонкий женский голос донесся из-за спины, –… Я думала уже зря всю эту бурду месили, но мужик правду сказал.– Да… – донесся второй голос, но в этот раз мужской.Я хотел обернуться, но резкий удар в висок, поднимающий меня от пола, толкнул вниз параллельно лестницы, от чего моя спина, хрустнув в двух местах, ударилась о стол, сбивая дыхание.Звон в ушах, как от взрыва петарды на голове, заглушил продолжающиеся переговоры злоумышленников. Неудачные попытки опереться локтем на стол не увенчались успехом, постоянно соскальзывая на чем-то скользком.Да, от такого удара хребтом любой бы прокряхтел минут десять, если вообще бы не сломал ничего. Несмотря на бешеное сердцебиение, голова все же мыслит спокойно и я в первую очередь пытаюсь рассмотреть лица двух темных силуэтов, не спеша спускающихся по лестнице в мою сторону, все так же переговариваясь между собой, не сводя глаз с меня, но мой взгляд ведет, и голова снова падает назад, задевая что-то холодное и мягкое, что скатывается с края стола и глухо падает на пол. Слишком темно, чтобы разглядеть что это.Рука одного из парочки быстро стягивает меня на пол со стола, снова больно ударяюсь затылком о пол, зажмурившись от полетевших из глаз искр. Та же рука срывает с меня верхнюю одежду, оставляя с голым торсом, и горячая ладонь касается сначала груди, а затем и спины, резко повернув меня на бок.Наконец звон в ушах стихает, и слух все же приходит в хоть какую-то норму, донося до моего ведома обрывки переговоров пары мудаков:–… Так он без метки даже… Еще бы он не сопротивлялся…– говорит женский голос. Снова звон в ушах.–… ну а это я быстро исправлю… – эхом доносится уже мужской голос.Руки сдавливают меня с двух сторон, и точка под ладонью на спине начинает стремительно нагреваться постепенно, переходя в нестерпимую боль, перебрасываясь на полспины. Краем глаза замечаю отскочившие от меня ноги злоумышленников, когда жжение на спине оправдывается ярко вспыхнувшим светом пламени, освещая значительную часть комнаты.Здесь моей выдержки уже не хватает ни на что, когда в свете огня на спине, я вижу голову Виктории, отрешённо глядящую мне в глаза своими серыми глазными яблоками, словно специально выжженные ярким светом. А кровь все еще капает с обрубка шеи на пол, когда за ней я замечаю и ее невинное тело, и такие же безголовые тела Виолетты, и ее дочери.