Зимние причуды

Это мужчину очень смутило. Несколько дней, она ему горячо доказывала и рассказывала об их любви, а вдруг оставила все попытки, приходя в офис, перебирая документы, уходила домой, говоря, что закончит уже там.

Ещё больше его удивило, как только он пришел домой и обнаружил там Эду, которая собирала свои вещи. Сердце неприятно кололо, буквально крича, чтобы он её не отпустил. Но наговорив несколько плохих словечек, она, сдерживая слезы ушла.

Что-то Энгин говорил, что они вместе жили в том доме и планировали жить после свадьбы. Серкан же отмахивался от его слов, спокойно рассматривая свой новый дом, который он не помнил. Да он даже не помнил причину почему и переехал, однако все молчали и не говорили.

Тяжелые будни начались, когда появился Дениз. Он норовил всегда быть с этой девушкой. Постоянные напоминания о себе в виде цветов и различных безделушек, время от времени заставляли его знатно позлиться.

Пытаясь заводить разговоры с упрямой госпожой, она спокойно отвечала ему на рабочие вопросы и постоянно твердила, что больше ничего кроме работы ему говорить не будет.

Соврать, если не сказать, что его эго такое поведение брюнетки очень зацепило. Временами в голове появлялись моменты, где он, например ест суп, напротив него сидит девушка, но он не видит её лицо. Но сопоставляя истории, которые ему рассказывала Селин, Серкан думал, что та девушка и есть она.

После таких мыслей, сердце начинало болеть ещё сильнее, буквально умоляя его замолчать и не припускать таких мыслей.

Дальше было хуже. Постоянная паранойя, различные мысли из-за которых он временами, согнувшись пополам, желал умереть. Больше всего было больно, что Эда продолжала держаться отстраненно, однако её маска спала, когда ему впервые стало плохо. Но через пару минут все вернулось на круги своя. Только вода с лимоном, напоминали ему, что теплые прикосновения жгучей брюнетки к его щекам, были реальны.

День за днем Серкан Болат становился более раздраженным, срывался, кричал на многих и однажды накричал на Эду. Злостно посмотрев в его глаза, впервые за многие дни, она мягко, насколько могла, послала его к психологу и разбив несколько стаканов в их кабинете, ушла, оставляя шокированного мужчину один на один с осколками и пониманием, что она права.

Он пытался найти психолога, но придираясь к различным мелочам, Серкан оставил это дело, особенно когда к ним пришел очень богатый заказчик. Поставив свое самочувствие на второй план, мужчина пытался работать дальше.

Однако, карие глаза напротив, не давали спокойно сидеть, отчего он временами ерзал на кресле, боясь вспомнить, а встречал ли он этот взгляд раньше.

Селин же прекрасно закрывала глаза на его крики и странное поведение. Блондинку вполне устраивал её статус будущей жены Болат. Иногда она приходила, нарочно, когда и была в кабинете Эда и мило с ним пыталась выбрать, что-то к свадьбе.

Ухмыляясь, Эда любила наблюдать, как Селин 4 раза приходила к Болату выбирать салфетки. Его выражение лица Эда запомнила навсегда.

Уже когда проект был готов, господин захотел, чтобы его презентовали ещё и в Париже. Серкан признаваясь честно, радостно выдохнув, узнав, что мужчина хочет, чтобы и Эда также поехала.

Но девушка держала на него обиду. С того дня, они так и нормально не заговорили, а Серкан так и не осмелился извиниться перед ней.

Поэтому грустные глаза Эды не покидали Серкана, тем более случайно услышав, что Эда мечтала туда слетать, Серкан худо-бедно пытался перед ней извиниться.

Эда же, сухо рассматривая мужчину, молча выслушала его и сказала, что он полетит сам. Больше ничего не оставалось и он не желал бегать за её прихотями, поэтому Серкан улетел, за два часа успев предупредить Селин, которая в очередной раз хотела прийти выбирать бокалы для шампанского.

— Надеюсь вы успели привыкнуть к обстановке здесь, — женщина одета в брючный костюм в охапке держа ручку с блокнотом, вошла в кабинет, присаживаясь на кресло. Увидев взгляд Болата, который глазами спрашивал, зачем же ему привыкать, она поспешила объяснить.

— Нам с вами здесь работать, вы должны чувствовать себя уютно, — заметив, как мужчина немного скривился от последнего слова, она незамедлительно открыла блокнот, что-то быстро записывая.

— Я думал, что психологи не пользуются блокнотами, — хмыкнул Серкан, наконец решившись сесть на диван напротив. Ему не особо приносило удовольствие быть здесь. Сначала, он думал, что все будет хорошо. Но почему-то сейчас волнение пробралось под каждую клеточку его тела.

— У вас уже был опыт? — поднимая свой взгляд спросила женщина, успев рассмотреть его. Она и так знала, что он довольно статен, и была уверена, что от него харизмой так и веет, однако что-то было в его душе, не давая покоя и именно это Серкан далеко прятал, стараясь забыть.

— Да, я был у психолога в подростковом возрасте, — немного подумав, ответил Серкан и вновь с раздражением увидел, что женщина начала что-то писать в блокноте.

Сложив руки и откидываясь на диван, он насуплено следил, как женщина его временами изучала и продолжала излагать мысли в той чертовой тетрадке.

— Что вас вновь привело к психологу?

Настороженно рассматривая женщину, подмечая, что она приблизительно старше его на лет 5, безупречный костюм, глаза, которые за время работы, осознавая жестокость работы, стали как камень. Серкан не знал, как правильно начать, его жизнь перевернулась вверх дном, и он этого не ожидал.

— Я потерял память. Точнее я забыл год своей жизни.

Стараясь не упускать зрительный контакт, женщина вновь быстро что-то записала.

— Вас тревожит, что вы забыли что-то важное, или то, что вы забыли именно год своей жизни?

Серкан не знал ответ, точнее он скрывался где-то далеко, однако мысль о девушке с мягкими волосами преследовала его все это время. А с другой стороны Селин. Также красива, но временами она казалась очень неподходящей. Будто что-то притягивало его к другой и ставило перед фактом, что вот та, которая для тебя действительно нужна.

— На это трудно ответить, — не находясь, ответил Серкан отводя взгляд к окну. В последнее время он ещё чаще стал туда смотреть. Однако, он чувствовал, что чего-то не хватает.

— Как только я вернулся, мне многие начали рассказывать о том, что я пережил. Но до этого, я не чувствовал необходимости об этом знать.

— То есть, если бы вам не начали рассказывать о событиях, вами же пережитых, вы бы даже не пытались их вспомнить? — щурясь спросила женщина. А вот это уже было интересно.

— Да. Мне было все равно.

Легко откинувшись на кресло, она вновь рассмотрела его, но уже под другим углом. Такие люди как он, любили жить в умеренности. Обычно их жизнь протекала несколькими событиями, которые повторялись и обычно не вызывали раздражения. Им и так было хорошо, зачем же менять свой ритм жизни?

Но не они меняют свой ритм, а люди, которые появляются перед ними.

— Если бы вы и сейчас так думали, то вы бы легко ответили на этот вопрос, — заметила женщина, заставив Серкана задуматься. Приподняв бровь в ожидании, она стала ждать, когда Серкан соберётся и ответит на вопрос.

— Мне рассказали, что я собирался поженится на другой девушке. Но её не помню, — начал Серкан, думая, как подобраться к сути. Женщина ожидающе смотрела, отмечая каждые движения мужчины.

— Она будто из сказки. Я не верил, что меня что-то могло связывать с ней. Непослушная, волевая. Я считал, что мы абсолютно не подходим друг другу.

— Сейчас вы считаете, что должны все вспомнить?

— У меня появлялись некоторые отрывки в голове. Я бы хотел вспомнить, но не могу. Это трудно.

— В тех воспоминаниях, вы счастливы? — этот вопрос заставил Серкана прикрыть глаза, пытаясь возродить хоть одно из воспоминаний. И получилось. Прекрасная девушка с рубашке, стояла на веранде, рассматривая ночное небо. Она не догадывалась, что за ней следят. Приподняв голову выше, она тихо что-то шептала себе под нос. Но, когда она решила обернуться к нему, воспоминание исчезло.