Страница 25 из 36
– У Призрака мой фатер. Я не знаю, что делать… – слова перемежались приглушёнными всхлипами.
– Я обязательно защищу тебя. Мы всегда будем вместе, что бы ты не решила.
От таких слов, сказанных уверенным сильным голосом, буквально мурашки по коже.
– Да, – горько и грустно.
И я провалилась в пустоту.
Светлая красивая комната. Высокая темноволосая женщина вышивает у камина. В комнату влетает ребёнок – белые волосы и резко тёмные глаза.
– Мама! Я не хочу быть невестой Адрэйна, – капризно, надувая пухлые губы. Казалось, готовясь разреветься.
– Странно… Ты же все уши мне про него прожужжала, какой он хороший. Что-то произошло? Он тебя как-то обидел? Скажи мне, ты же знаешь, что ты можешь мне всё рассказать.
Саласия качает головой.
– Нет, – она чуть тянет это «нет», как будто раздумывая. – Он задавака и зануда, весь в книжках своих, – и совсем по-взрослому махает рукой в сторону. – Мне теперь нравится… ой!
Вопрос в глазах матери, приподнятые брови.
– Ты его не знаешь… Это Лларк.
– Почему не знаю? Это сын мастера Эйдена, с которым ты занимаешься, правильно?
– Да… Он тоже тренируется с нами, – и испуганно: – Ты теперь запретишь нам видеться и отменишь занятия?
– Нет, почему же. Но я обязательно поговорю с твоим Лларком.
Твоим. Саласия, к удивлению мамы, совсем не спорит. Только довольно усмехается.
Лларк темноволосый как мама. Высокий и сильный, всегда готовый прийти на помощь. Даже жаль, что наследницу клана никто не задирает, Лларк бы обязательно её защитил.
Только на самом деле он защитить её не сможет.
Отец Саласии принадлежит Призраку, и на Саласии остался след этой принадлежности. Её белые волосы, которые она ненавидит. И выставляет, показывая всем, чтобы не показывать своей слабости.
Это ничего не значит. Белые волосы – не повод для обвинения. Её отец может быть, как слугой, так и жертвой. А некоторые её одногодки даже не верят в Призраков, считая их сказками.
Но Саласия знает правду. Отец поклялся Призраку в верности за весь их клан. И однажды Призрак придёт стребовать эту клятву.
Если только он вернётся.
Мама боится и дрожит, но Саласия предпочитает действовать. Лларк поклялся её защитить. И поклялся быть всегда на её стороне.
Эта клятва утащит его в бездну.
Но на самом деле любые узы рвутся, и Саласия предпочтёт отказаться от клана, выйти замуж за Лларка и выжить. Как хорошо, что Эйдены не принадлежат к клану.
Клятвы защитят её.
Но больше всего Саласия верит словам и серьёзному взгляду, который когда-то утянул её в свои глубины.
Разговор с Адрэйном даётся тяжело. Но тот только кивает, погружённый в свою очередную книжку. И вообще нечего завидовать! Саласия по крайней мере наследница, а не второй ребёнок...
Чужой клан был бы лучше. Саласия привыкла принадлежать к клану и ей будет грустно терять все преимущества, которые она получила по праву рождения. Но всё это не имеет значения.
Адрэйн, хороший книжный мальчик, не защитил бы её. Лларк талантлив, в боевке ему нет равных.
Драконы могли не согласиться принять её после демонстративного отказа от клана.
И Лларк маме понравился. Серьёзный, хоть и не такой галантный, как Адри.
Но всё это оправдания. Саласия знает, что не могла поступить по-другому после того, как встретила Лларка.
И влюбилась. Совершенно по-глупому. Ей не нужны были уже никакие клятвы. Просто чтобы он снова и снова обещал быть на её стороне, защитить.
Защитить.
Защитить.
Меня зовут Франческа. Не Саласия. И я вовсе не люблю Лларка, я…
Я открыла глаза, – когда я вообще успела их закрыть? – понимая, что уже несколько минут стояла, не реагируя ни на что. Эдвин обеспокоенно развернул меня к себе за плечо, его вторая рука крепко поддерживала меня. Чужие губы шевелились, но я не слышала ни слова.
Я крепко зажмурилась, а потом несколько раз моргнула. Зрение окончательно прояснилось. Теперь я почувствовала, что затекли ноги. Как будто сквозь вату в уши начали пробиваться звуки.
– Франческа, ты в порядке? – обеспокоенность, страх…
– Да, я в порядке, – губы непослушно выталкивали слова.
– Я… если я чем-то могу тебе помочь…