Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 159 из 207

Я так и не дождалась никаких вестей от Пашки. Телефон перестал издавать даже короткие гудки, абонент был "вне зоны действия", почта - как черная дыра. Честно говоря, хотелось позабыть про него, просто вычеркнуть из памяти существование этого человека... Но совесть не позволяла: для отца неожиданно появилась квота на лечение в областном научном центре, о которой мы даже не мечтали. Мама была на седьмом небе от радости, отец, как обычно, искал подвох и бурчал, но не смел сопротивляться. А я... Точно знала, что не бывает этих квот, якобы специально для сложных случаев. Я эти квоты два года изучала и не могла найти хоть одну, подходящую для нас. А тут - скажите, пожалуйста, как повезло! Какое совпадение. В общем, необходимо было Пашку поблагодарить, напоследок.

     Да и работа, которую предложил Артём, явно непросто так, была очень кстати...

     Единственное, что расстраивало - реакция Алины. Её мой уход, мне кажется, просто убил. Такой подавленной подруга не была с момента... Даже не помню, когда она такой была. Это омрачало мою радость и предвкушение от того, что займусь интересной, любимой работой, без всяких походов по чиновникам, налоговым и прочих гадостей. И сумма, которую Артём обещал, должна была решить массу моих проблем.

     Оттого было странно, что подруга так это восприняла. Думала, что обрадуется... Чем-чем, а эгоизмом она не страдала никогда.

     Решила не усугублять выяснением отношений, лучше приехать и лично поговорить, чтобы не осталось никакой обиды. Понятно, что девчонкам без меня может быть не очень-то легко, так ведь и я их бросать не собираюсь. Даже оговорила с Покровским этот момент: сначала подберу себе замену, а потом уже к нему полностью перейду, а пока поиграю на два фронта. Справлялась и не с таким. Тем более, что Артём соглашался на все условия (это ж как ему Павел меня расхвалил, что крутой бизнесмен стал таким сговорчивым).

     Канитель с устройством отца в медицинский центр затянулась до пятницы, в субботу вечером я ввалилась в квартиру, измученная тяжкой дорогой на поезде. Нет, конечно, РЖД стремится к прогрессу, но только на центральных магистралях. А между небольшими городками до сих пор курсируют составы, которые выпущены до моего рождения. Фанерный дом на колесиках, в котором, если не умрешь от холода, значит, задохнешься от жары, устроенной проводником... Снова пришлось помянуть добрым словом Павла, который избавил меня от этих радостей, доставив к родителям на машине. И быстрее оказалось, и комфортнее...

     Добрые слова закончились почти сразу, как только я переступила порог. Дверь открыла Света (Алинка на выходные куда-то усвистала, отодвинув серьёзный разговор еще на один день). Радостные объятья (шутка ли, почти две недели не виделись), восторженные причитания о чем-то, известном только ей, а следом - жалостливо-успокаивающее:

     - Алёна, ты не переживай. Этот козёл к тебе не приблизится больше, даже на пару километров. Не рискнёт.

     Я, как стояла в одном расстёгнутом сапоге, так и села.

     - Ты сейчас о чём? Или о ком? - Где-то под ложечкой весьма ощутимо засосало...

     - А что, у тебя много козлов в окружении? - Это прозвучало подозрительно и вызывающе одновременно. Ох, не нравятся мне такие вопросы, тем более - в Светкином исполнении. Алинка тоже хороша, но та хоть думает, а потом уже делает. А эта боевая торпеда сначала натворит, а потом еще и отстаивает свою правоту, до последнего. Что они здесь без меня творили?!

     - А это, Света, как посмотреть... Кто из них козёл, а кто - просто чёрт бородатый...

   Ты мне, все-таки, скажешь, о ком идёт речь, и что здесь у вас происходило?

     - Алён, я не знаю других, кроме этого... Паши... - Имя выскочило у неё каким-то плевком.

     Нехорошее предчувствие только усилилось.

     - Так, предположим, что он - главный. И что?

     Светка, глядя на меня, вдруг стушевалась. Видимо, новость, которой она хотела меня порадовать, уже не казалась такой светлой.

     - Короче, подробностей не знаю, но Игорь сказал, что больше он к тебе не подойдёт. Я у него пробовала выспросить, но он сказал, что это - не моего ума дело.

     - Японский городовой! Твою ж мать, Света, понимаешь ты, что он мог натворить?! И ты мне только сейчас рассказываешь?!

     Игорь, при всей своей кажущейся доброжелательности мог наворотить... Два года в спецназе что-то ему там перекоротили, да еще оставили в наследство компанию друзей-сослуживцев...

     - Ой, как-то я не подумала вообще... - Теперь, похоже, до неё начало доходить.

     - Я балдею, Света. За кого мне теперь прикажешь переживать? Одного хоронить, а второму носить передачки?

     Вот именно по этой причине я боялась о чем-нибудь говорить подругам. Знала же, хорошим это не кончится, определённо.

     - Что же теперь делать? - Замечательно, теперь она запричитала. Осталось, до кучи, выводить подругу из истерики.

     - Ничего. Сидеть дома и сушить сухари своему драгоценному. А я поеду к Пашке, попробую выяснить, что там у них приключилось. Может быть, обойдёмся лёгким испугом.

     - Леночка, ну как же? Он же такие гадости творил... - Светка причитала надо мной, пока я снова натягивала злосчастные сапоги. Черт, надо было купить бурки: накинул и побежал...

     - Света, пожалуйста, помолчи! А лучше - позвони Игорю и скажи, чтобы сидел и боялся. Я его сама, между делом, нечаянно пришибу.