Страница 136 из 207
На этот раз, сборы прошли очень быстро: я больше не прикидывалась улиткой, а Пашка уже давно был готов. Он только молча наблюдал, как я с трудом распутываю волосы, которые превратились в колтун, потому что уснула с мокрыми. Задал только один вопрос:
- У тебя ведь не родной цвет сейчас, не черный, правильно? Зачем красишься? Или была слишком рыжей?
- Нет, скорее - темная медь. Надоело в юношестве, что все, кто меня в первый раз видит, называли ведьмой. Долбанный стереотип. Не представляешь, как я мучилась от этого. Все комплименты - только про волосы и глаза.
- А что в этом плохого? Мне казалось, все девушки комплименты любят...
- Ага. Помнишь, у Чехова? "Если девушка не красивая, ей говорят про глаза, про руки, про сердце". Точно не процитирую, но смысл - именно в этом. Сейчас понимаю, что глупо, но тогда это меня искренне бесило.
- А что сейчас мешает?
- Ничего. Я уже привыкла к своей внешности и не хочу ее менять.
- Зря. Ты и так красивая, а было бы еще лучше...
Кхм, это что было? Новый способ заработать дополнительные очки? Не прокатит. Все эти мужские сказки меня давно не трогают. Очень давно. Хотя - что врать-то? Все равно, приятно...
- Счастья мне это не прибавило, так что и париться не стоит. Забудь.
Ехали, на удивление, спокойно. То ли Павел решил не докапываться до меня со своими подначками, то ли мне надоело реагировать на них. Но общение оказалось на редкость мирным и не напрягающим.
Заскочили в придорожное кафе, перекусили (оказалось, что я на редкость голодная, да и Пашка от меня не отставал). Единственное, что меня беспокоило - то, что долгая дорога предстоит по темноте. Однако, и тут он оказался готов ко всем вопросам:
- Ночью по трассе ехать легче - движение слабое, не нужно никого обгонять и пропускать. А то, что темно - не страшно. У меня фары хорошие. С нашими дорогами, что днем, что ночью - большой разницы нет.
По пути он ненавязчиво расспрашивал, что за беда со здоровьем родителей, что делали, что собираюсь делать... Как ни странно, советов не давал, не осуждал, а все больше помалкивал, на долгое время погружаясь в какие-то свои думы.