Страница 123 из 207
- Ой, вот не нужно передергивать. Я вчера как-то не очень заметил, что ты против. Вернее, вообще не заметил. - Я тоже начал психовать: без сомнений, в чем-то она права, но не надо на меня все складывать. Не хватало еще обвинений, что я охмурил, соблазнил или, хуже того, изнасиловал. Вот здесь я буду спорить до хрипоты, и доказывать, что она не права, пока не докажу. Хоть словами, хоть действиями...
- Где это я передергиваю? Я тебя звала вчера, в гости просилась, в постель тебя укладывала? Если бы тебя не принесло в мою квартиру, замечательно встретила бы Новый Год, сегодня утром проснулась бы одна, в своей кровати, сама себе хозяйка. На кой, скажи, тебя принесло?
- А тебя нисколько не смущает факт, что я о тебе беспокоился, нет? Потому и приехал. Решил, что тебя нужно срочно спасать...
- А кто тебя просил беспокоиться? Кто дал такое право? Это же снова ты решил, что мне помощь требуется. А оно мне нужно было? Спросил у меня? Нет. У меня, вообще, все было прекрасно... - Неуверенность на последних словах проскользнула. Однако, Лена старательно ее спрятала.
- Угу. Поэтому ты ревела, да?
- Ничего я не ревела. Просто позволила себе погрустить. Имею полное право. И вообще, тебя это не касается. Нечего лезть в мою жизнь. - Забурчала, губы надув, словно капризный, обиженный ребенок...
- А если касается? Если я хочу в нее лезть?
- С какого это хрена тебя касаются мои проблемы? И снова: "Я хочу". Мое мнение здесь вообще не важно? Не слишком ли много твоего "я" в нашем общении?
- Не тараторь. Слишком важные вопросы задаешь, и все валишь в одну кучу. Меня касается все, что относится к тебе... - Хотел по порядку ответить на все, обстоятельно, да кто же мне позволит?
- Ого, как интригующе звучит! Это, с какого такого перепуга?
- С такого. Я тебе, кажется, вчера все объяснил. Забыла? Могу повторить. Или не слушала? Я не ленивый, с какого места начать, что у тебя в памяти осталось?
- Слушала и слышала. Привычка такая, дурацкая... Только зачем, Паш, эту игру продолжать? Ты получил от меня все, что хотел. Даже секс, хоть я и зарекалась... Месть совершилась, по полной программе. Если очень хочется, могу даже подтвердить Вадиму, что ты выиграл, на сто процентов. Зачем дальше притворяться?
- Выходит, что не все услышала. Только про месть. А остальное - мимо. Какая у людей память, однако...
- Ты сейчас о том, как много я для тебя значу? И какая находка в твоей коллекции? Да брось ты, Паш... Вчера это сработало. Результат очевиден, и я не настолько идиотка, чтобы отрицать... Но зачем, сегодня-то продолжать эту канитель? - Она поморщилась, то ли брезгливо, то ли снисходительно, как в разговоре с неразумным ребенком, когда не понимаешь, какой каприз надумало дитятко...
Мда... Я знал, что будет сложно... Но не предполагал, что самое трудное - это с утра, на ясную голову, глядя в сердитые глаза, повторить все, что вчера говорил... Себя ломать придется... Что скрывать - теплилась, хоть и очень слабая, надежда, что поверит, с первого раза, и снова убеждать не придется... Надежда, она такая - даже если повода никакого нет, все равно не покидает...
Тяжкий вздох вырвался сам, без моего желания... От Ленки, черт бы побрал ее внимательность, не ускользнул...
- Ну, что вздыхаешь? Паш, чего ты добиваешься? Чтобы я неожиданно поверила в твою безумную любовь и преданность?
Помолчала немного и добавила, совсем грустно:
- Если ты на это рассчитываешь, ты меня оскорбишь...
Тут уж я не выдержал, вскинулся:
- Чем? Что оскорбительного в том, что ты мне небезразлична? Понимаю, сложно поверить... Но обидного не вижу ничего...
- Обидно, когда тебя считают дурой, которая ведется на пару нежных слов. Паш, мне давно уже не восемнадцать, в этом возрасте еще легко верится в чудо... Но я с тех пор прожила уже много лет, и в чудесах разочаровалась... Ты, кстати, в этом тоже немало помог, вместе с братом....
- Знаешь, Лен, что бы ты себе ни думала, но обижать тебя у меня даже мысли не было. Никогда. Наказать-доказать-завоевать-получить, еще что-то - возможно. Но обидеть - точно не хотел. И никогда не считал тебя дурочкой или слишком доверчивой, в этом даже не сомневайся. А если произвел такое впечатление - извини. Мне такое и в голову не приходило, если честно...
Ну, и каков эффект, вызванный моей тирадой? Да фиг его разберешь: сидит, молчит, разглядывает меня, словно в зоопарке экзотическую зверушку. Долго ничего не говорила. Я тоже молчал. Ждал, что скажет.
- Знаешь, в чём твоя беда? - Наконец, заговорила, я уже перестал надеяться хоть слово услышать. Тягостное молчание слишком затянулось...
- В чем? Просвети. - Выдавил с опаской.
- Ты вообще никогда ни о ком не думаешь, кроме себя. И даже в голову тебе не приходит, каково другим людям рядом с тобой. Как ты их задеваешь, обижаешь, делаешь больно... Откровенно плевать. Если вы с братом устраиваете такие игры, от которых нормальные люди могут с ума сойти, и вовек не оклематься... Что тогда говорить о посторонних, если вы родных не жалеете и даже не пытаетесь беречь? Я тебе даже верю, что ты ни о чем таком не задумывался. И обижать меня не хотел. Просто делал то, чего в тот момент извращенная душа пожелала. А на меня и Вадима просто внимания не обращал. Выводил на эмоции, которые тебе были нужны. То, что вместе с ними будет еще масса других, негативных - тебя не интересовало. Да и зачем бы об этом волноваться? А я вот, представляешь, обиделась и расстроилась. И больше тебе не верю. Даже не так. Верю. Потому что вижу, что ты искренний, вдумчивый, откровенный, махровый эгоист. Но это ничего не меняет. Сегодня ты стараешься убедить меня в благих намерениях, потому что хочешь, чтобы мне было хорошо. А завтра передумаешь и снова начнешь издеваться. Ну, например, потому, что я тебе надоела. Или просто что-то сделала не так, как тебе хотелось. И ты снова начнешь меня ломать. Чтобы проучить или снова отомстить. Ведь в семье у вас так принято? Ну, и зачем это мне нужно, скажи? Я не хочу даже близко находиться рядом с людьми, для которых ничего, кроме собственного "Я" не существует. Так что, извини, Паш, но нам не по пути. Однозначно.