Бойтесь своих желаний

Господи, как же свет режет глаза... Так и хочется зажмуриться, и снова провалиться в сон... вот и веки слипаются обратно... Точно, с какой стати проснулась? Ведь столько времени свободного - отсыпайся впрок, и никто не беспокоит... Сползла обратно на подушку, поудобнее голову пристроила, и практически снова выключилась, только вот, одна нестыковка заставила опять продрать глаза, хоть и с большим трудом. Что здесь делает Пашка? Может быть, он тоже - часть тяжелого сновидения? Сидит, смотрит на меня так, что я должна бы превратиться в прах и пепел. Что ему нужно-то? Нет, точно снится: губами двигает, а слов не слышно. Только музыка - что-то из тяжелого рока, точное название не помню... Чудеса. Ладно, главное, когда проснусь - не забыть, что видела, потом обдумаю, что мне подсознание пытается сказать...

     Или, все-таки, Павел мне что-то говорит, а до меня звук не доходит? В мелодии возникла пауза. Точно, я же в наушниках! Значит, все наяву. Тогда совсем непонятно... Выдернула одну "капельку" из уха:

     - Паш, что ты здесь делаешь?

     - Что?! Ты меня, вообще, слышала? - Господи, да зачем же так громко? Свет мешает, Пашка орет... Добро пожаловать в неприглядную реальность...

     - Нет. Видишь - наушники. - Вздохнула. Как же трудно общаться с недогадливыми людьми...

     - А где твой телефон? - Черт, почему он такой злой? Чем я снова не угодила-то?

     - Где-то лежит. А что, твой сломался, нужно позвонить?

     - Мать твою, Лен!!! Ты знаешь, сколько там пропущенных вызовов?! - Это что, он сюда явился специально для того, чтобы я проверила список входящих? Какая невиданная забота... Ну, хорошо, проверим...

     Начала оглядываться. Странно, не вижу, где моя трубка... Действительно, где?

     - Можешь на него позвонить, чтобы найти? Я не помню, куда положила...

     Странный, очень недоверчивый взгляд под изогнутой бровью... Что ему здесь, все-таки, понадобилось?

     Нахмурился, потыкал кнопки, нажал, приставил свою манерную "лопату" к уху (не поворачивается язык это убожество телефоном назвать)... Откуда-то, в районе кухни, запиликала трель мелодии, поставленной на Павла. Ничего особенного - обычный рингтон. Но он снова как-то резко дернулся...

     - Паш, у тебя все нормально? Ты как-то странно себя ведешь... Вообще, все странно...

     - Это я себя не так веду? - Ой, опять рыкнул... Голова и без того болит, вся налита какой-то тяжестью, и невозможный стук в висках, а еще - этот... Не сдержалась, поморщилась... - Лен, да что с тобой происходит? - Надо же, звук убавил...

     - А что не так? Все со мной хорошо.

     - Хорошо, говоришь? Ну, ладно... - Снова кинул непонятный взгляд, и ушел на кухню - в сторону, откуда звенел телефон. На ходу обо что-то споткнулся, наверное - об мои сумки, которые были собраны, да так и остались стоять в прихожей... Нужно бы разобрать, чтобы не мешали.

     Вернулся в комнату, сунул мне под нос телефон. Встал надо мной разгневанным монстром: брови нахмурены, глаза сверкают, губы поджаты... Пипец, я уже боюсь. Прямо до дрожи в коленках.

     - Сколько у тебя пропущенных? Посмотри. Ничего объяснить не хочешь?

     Сколько у меня пропущенных... Много. И еще - несколько смс. Все - от Павла и от Алинки. Так, подруге нужно ответить "Привет. У меня все хорошо. Заснула, звонков не слышала. Позже перезвоню". Знаю, что потом влетит, но лучше не сейчас - попозже.

     - А что я должна тебе объяснять? И с какой стати?

     - Лена, ты охренела совсем? Я несколько часов места себе не нахожу, не знаю, что и думать - куда пропала, что случилось, может, помощь нужна? Ты зачем подруг обманула, и меня заодно?

     - Тебя я не обманывала. Неправда. А с подругами сама разберусь, не твое дело.

     - Очень даже мое! Я два дня тебя разыскивал, а потом оказалось, что ты, якобы, со мной. Что тут можно было подумать?

     - Значит, ты Алинку переполошил? Зачем? Какого черта ей жизнь портить?

     - Будет нужно - весь город на уши подниму. Лен, я за тебя переживал. Понимаешь ты это, хоть немножко?

     - Понимаю. Убедился, что жива? Достаточно? Все, можешь идти домой. Разрешаю, а меня в покое оставь. - Улеглась обратно на диван, отвернулась к спинке.

     - Ален, может быть, объяснишь мне, что с тобой происходит? - Нажал на плечо, развернул на спину и навис надо мной. Снова. Да сколько можно висеть-то? Пусть. Просто глаза закрою.

     - Ничего. Голова болит, и вообще - хреново.

     - А глаза почему красные и опухшие?

     - Ты совсем больной? Я спала. Какими они должны быть, тем более - без косметики?

     - Не ври. Я несколько раз видел, как ты просыпалась. Ничего такого не было и в помине. Плакала? Почему? - Обалдеть. Даже в этом я должна ему отчитываться...

     - Книжку грустную прочитала.

     - Это какую? Что-нибудь, типа этих, "Сумерек"? Вроде бы, над ними все плачут...

     - Нет. Ремарк. "Три товарища". Не могу ее спокойно читать. Каждый раз расстраиваюсь.

     Отпустил, уселся на пол рядом с диваном. Хорошо, наверное, смотримся со стороны. Великолепная пара... Вздохнул.