Страница 74 из 108
От этой мысли я распахнула глаза.
– Что происходит? – спросил Этьен, нервно осматриваясь по сторонам. Тьма и правда откликнулась. Вот только почему? – Это твоих рук дело?
Подскочив ко мне, он размахнулся и ударил наотмашь по лицу. Кожа на губе лопнула, и по подбородку потекла кровь, но я не обратила на это внимания, наблюдая, как подвал погружается во тьму и со всех сторон к нам приближаются мелкие демоны.
Их уже немного позабытый шёпот усиливался с каждой секундой. Они на все лады спрашивали, говорили со мной, смотря прямо мне в глаза.
Тот, кто должен был пытать меня, как-то испуганно попятился, и от неловкого движения инструменты свалились на пол.
– Ты всё равно отсюда не выберешься, дрянь! – орал мне в лицо Этьен, хватая сухими руками меня за шею. – Издохнешь тут вместе с нами.
– Ешьте, – прошептала одними губами, при этом не мигая смотрела на то, как жалобно трепещущий огонь полностью затухает под гнётом тяжёлой вязкой тьмы и подвал полностью погружается во мрак.
Я моргнула, зрение тут же прояснилось. Всё вокруг стало серым, кроме по-прежнему тысяч и тысяч красных глаз. Демоны, словно под гипнозом, облепили Этьена и Боромиса. Так, кажется, звали этого дядьку с картофелиной вместо носа.
Этьен что-то ещё кричал, но потом как-то резко охнул, отступил, отпуская моё горло и хватаясь за сердце. Боромис же, насколько я могла видеть, схватил какие-то слишком уж громадные кусачки и пошёл в мою сторону.
– Его, – прошептала, видя, как мужчину облепили со всех сторон. Он сделал всего два шага и упал на колени. Вытаращив глаза, словно рыба на суше, он смотрел перед собой и хватал ртом воздух, пока не упал на пол, раскидав в стороны руки.
Выпущенный им инструмент тоже упал, и почти в полной тишине резкий звук показался слишком громким.
– Немного, – сказала, позволяя некоторым мелким демонам попробовать моей энергии. Абсолон внутри молчал, но я ощущала его недовольство. – Хватит. Можете идти.
Тьма медленно стала отступать, а вместе с ней и мелкие демоны. Я понятия не имела, почему эти крохи не высасывают людей по ночам досуха, но была даже рада этому. Если бы они могли, то от человечества сейчас не осталось бы никого. А ведь этим мелким было плевать на все барьеры.
Оказывается, огонь не погас, как мне казалось сначала. Его просто накрыло тьмой, заключая в непроницаемый кокон. Именно поэтому пришлось резко закрывать глаза, когда тьма освободила камин и в помещении резко стало светло.
Я не знала, нормально ли это, что я смогла вот так позвать тьму. Ведь это не просто какое-то заклинание, это нечто большее.
Осмотревшись, опустила взгляд. Этьен лежал на полу и явно был мертв. Кажется, у него остановилось сердце. И не ясно, то ли оттого, что демоны слишком много взяли энергии, то ли от банального испуга. Боромис тоже выглядел мертвее некуда. Где-то на краю сознания шевельнулась вяло мысль, что это вообще-то я виновата в смерти этих людей. Мне, как бы, положено сейчас убиваться, расстраиваться, и всё такое. Вот только ничего подобного не было. Я не скажу, что имела право отнимать жизни у этих людей, но плакать по ним я точно не собиралась. И тот, и другой сами выстроили свою жизнь таким образом, что в итоге я убила их. Это ещё один грех, за который я обязательно отвечу в будущем. Знаю это и принимаю.
Своего спасителя мне пришлось ещё немного подождать. Снимать веревку я не стала, да и не знала как. Отвлекать Абсолона не хотелось. Честно говоря, я немного побаивалась, что он будет слишком злиться на меня. Да и, как мне показалось, я весьма живописно так висела. Вернее, стояла.
Когда дверь с размахом открылась, а в подвал буквально влетел взбешённый дальше некуда Алан, то я едва не пискнула от радости. Висеть уже чертовски надоело, да и руки онемели.
– Эволет! – подлетев ко мне, он глянул на меня вполне знакомыми красными глазами, чем очень сильно меня удивил.
– А.. бсолон? – спросила, взглядом пробегаясь по лицу. От него так и пахнуло жаром и приторным запахом крови. На лице заметны были красные брызги, но видно, что кровь не его.
– Нет, – Алан резким движением разрезал веревку, освобождая мои руки. – Он тут, со мной, – сказал он, как-то слишком уж остервенело отбрасывая в сторону остатки веревки.
Это как это они вдвоём? Полностью слились, что ли? Интересно, а такое вообще возможно?
– Со мной всё нормально, – сказала тихо, пытаясь убрать руки за спину. Просто на запястьях были видны небольшие следы, и они явно очень сильно раздражали то ли Алана, то ли Абсолона. Когда на тебя смотрят красными глазами и при этом скалятся, невольно начнёшь сомневаться.
А потом меня сгребли и поцеловали так, что я едва не задохнулась. Алан слизывал с моего подбородка и губ кровь, урча при этом, чем ещё больше уверил меня, что там внутри сейчас заправляет всё-таки Абсолон. Он обнимал, а я боялась, как бы мои кости не переломались от такого натиска. А ещё этот невменяемый был возбуждён, и доказательство этому я отчетливо ощущала.
– Никуда больше не выйдешь, – отлипнув от меня, сказал он. А я же подумала, что это было ожидаемо.
Алан отстранился, и красный цвет глаз медленно сменился знакомым холодно-серым. Недавняя страсть медленно остывала, а черты лица принимали спокойное и строгое выражение.
– Поговорим об этом дома, – ответила, бросая взгляд на выход, где уже собралась целая толпа, которая рассматривала меня так, словно не видела до этого девушек никогда.