Страница 72 из 108
«Сама как думаешь? Нашли твоего охранника и карету. Возница мёртв, а охранник полуживой. Недалеко от дома той ведьмы нашли. Алан едет следом за нами», – ответил Абсолон.
Спрашивать о том, как они узнали, в какую сторону мы направляемся, не стала, понимая, что их ведёт сам Абсолон. Всё-таки если он и во мне и в Алане, то просто обязан ощущать, где его часть.
Через некоторое время повозка наконец затормозила. Меня снова закинули на плечо. Руку тут же закололо. Слишком отлежала. Прикусив губу, смолчала.
Шли долго. Сначала по улице, потом явно вошли в помещение, затем куда-то спускались по лестнице. Подвал? Ну, классика жанра.
– Она? – спросил второй у кого-то.
Послышался шум металла, потом шаги. Я буквально каждой клеткой тела почувствовала чужой пристальный взгляд.
– Она, – взгляд пропал. Голос третьего был ещё более грубым, хриплым, басовитым и явно прокуренным и пропитым. Принадлежал зрелому мужчине. – Разденьте её.
Меня тут же принялись сноровисто освобождать от одежды. И если поначалу я думала, что снимут только плащ, то очень ошибалась. С меня сняли и платье, оставив в одной нательной рубашке. Сняли даже сапожки и длинные чулки вместе с бельем.
Я думала, будут лезть своими руками куда не следует, но нет, лишнего ничего не делали, просто раздели и оставили лежать на скамье.
Оставаться безвольной куклой с каждой секундой становилось всё сложнее. Не выдать своих эмоций - задача просто сверхсложная. И Абсолон на мои внутренние крики лишь посмеивался, говоря, что это нужно для дела.
После я снова услышала звук металла. На этот раз поняла, что это. Цепи.
– Подними её и держи прямо, – заговорил третий.
Сильные руки одним махом меня подхватили, словно я была легче пушинки. Наверное, это второй.
Мои руки подняли, затем я ощутила, как на запястьях затягивается верёвка. Что-то висеть на ней у меня не было никакого желания.
Когда они отпустили меня, то я завалилась немного вперёд, повисая на руках. Запястья тут же прострелило болью. И не только запястья. Руки неестественно вывернулись назад, отчего в плечах заныли суставы. После этого снова загремели цепи и я ощутила, как меня поднимают. Явно верёвку тянули вверх, отчего я принимала более вертикальное положение. Пришлось стискивать зубы и терпеть.
После того как я повисла почти прямо, меня оставили в покое. Зато послышался звон, словно кто-то перебирал инструменты. А ещё с одного бока веяло чем-то горячим. Меня пытать, что ли, собрались?
– Можешь идти, – сказал третий.
Почти сразу послышались удаляющиеся шаги.
Я висела и ждала, что будет дальше. Секунды складывались в минуты. Руки болели, ноги замёрзли, отчего я начала мелко дрожать. Или же это нервы?
– Пора, – тихо пробормотал третий, но так как в этом месте стояла полная тишина, то я его услышала. Он подошёл ко мне, схватил за волосы, поднимая мою голову, и что-то сунул под нос.
«Сделай вид, что очнулась», – последовала инструкция от Абсолона.
И хорошо, так как дышать этой дрянью и не показывать эмоций было попросту нереально. Я дёрнулась, замычала, медленно открывая глаза.
– Очнулась? – передо мной стоял здоровый дядька лет сорока. Шатен, на голове небольшие залысины, лицо потное, полное, в шрамах. Тело грузное, невысокий, немного выше меня. Руки непропорционально большие, как и нос, который больше смахивал на картофелину. – Отлично. Только не ори, иначе засуну тебе вот это в глотку. Будешь орать?
Я покосилась на тряпку у него в руках. От неё так и веяло какой-то отравой.
Я отрицательно покачала головой, таращась так, что даже глазные яблоки заболели.
– Молодец. Повиси пока что. Скоро придет тот, кто пригласил тебя сюда. Он будет задавать вопросы, а ты честно отвечай, иначе, посмотри, – он отошёл чуть в сторону, давая мне отличный обзор на стол, полный всяких железяк, которыми очень удобно калечить человека, – мне придётся немного испортить твое красивое тело. Мы ведь этого не хотим?
Я смотрела на мужчину перед собой и видела, что ему совершенно безразлично, что совсем скоро ему, вполне вероятно, придётся пытать девушку. Это была для него привычная работа, которая, наверное, вызывала скуку. Словно продавец в магазине, который проработал на одном месте не один и даже не два года. Полностью безразличный, отрешённый, бесчувственный взгляд карих глаз пугал сильнее, чем все железки вместе взятые.
Я помотала головой, совершенно искренне заплакав. Слёзы лились из глаз тихо, я даже всхлипывать не стала. Сама не поняла, как это у меня получилось. Я знала, что Абсолон со мной, что скоро тут будет Алан, но сердце в груди всё равно испуганно колотилось.