Страница 40 из 108
Мне кажется, я ещё не встречала настолько упёртого человека. Что и говорить, если за всё это время выражение лица у него ни разу не менялось. Он по-прежнему изображал безразличную кирпичную стену, которой на все мои потуги было, откровенно говоря, наплевать.
Хотя я немного преувеличиваю. И так тяжёлый взгляд с каждой минутой становился всё более пронизывающим. Наверное, мне стоит восхититься терпением этого человека. Как по мне, такая ситуация должна хорошо так выводить из себя, но герцог ни единым мускулом не показывал, что его что-то раздражает или же бесит.
Хм, а может, ему самому интересно, насколько меня хватит? Не думаю, что у такой большой шишки как глава тёмного клана нет совершенно никаких дел. Тем более, раз он ни на грамм не изменяет своего решения, значит, и впредь менять его не собирается. Тогда почему мы до сих пор стоим и никуда не едем? Неужели у него есть время, чтобы тратить столько лишь на то, чтобы выслушивать меня?
Хотя что я знаю о работе герцогов и прочих влиятельных людей? Может быть, они целыми днями только и делают, что плюют от безделья в потолок, изредка попинывая других, чтобы работали.
Мельком глянула на жениха. Нет, что-то мне подсказывает, что такой человек точно не станет перекладывать свою работу на других.
– У тебя закончились идеи? – спросил он, когда молчание стало совсем уж длительным.
На самом деле да, идеи закончились. Да и, как я поняла, толку от них не было никакого. Он уже всё решил и, судя по всему, что бы я ни сказала, решения своего не изменит. С одной стороны, меня это расстраивало, бесило и злило. А с другой, я была восхищена такой стойкостью. Не сказать, что я сама часто меняла свои решения, но точно знаю, что была более гибкой в этом плане. Если мне предлагали что-то более выгодное, то я вполне могла что-то поменять или же переделать.
Отвечать не стала, отвернувшись в сторону окна.
– Если ты закончила, то, думаю, мы можем ехать, – сказал НордБерг.
– Мне надо отдать книгу, – быстро нашлась я. – Нехорошо будет, если травник её не получит.
На мгновение у меня внутри всё дрогнуло от короткой мысли, что я могу сбежать. Мне всего лишь стоит выйти из кареты.
Будто уловив мои мысли, герцог вздохнул и постучал по потолку.
– Отдай её Гвену, он отнесет, – тут же разрушил мои планы НордБерг.
Я уже открыла рот, чтобы возразить, сказав, что должна сама, но быстро его захлопнула, наткнувшись на еще более тяжёлый и явно усталый взгляд. Всё-таки терпение у него громадное. Кажется, я совсем не хочу знать, что происходит, когда оно у него кончается.
Присутствие Абсолона я ощущала отчётливо, поэтому мне в голову закралась мысль, что можно использовать демона, чтобы попробовать уйти отсюда.
«Даже не думай», – тут же услышала я в голове.
Ну конечно, как я могла подумать, что демон станет мне помогать. Наивная.
«Почему?» – всё-таки спросила, поворачивая голову в сторону открывшейся дверцы.
Абсолон ничего не ответил, но никуда не делся. Судя по всему, его что-то заинтересовало во всём этом, раз он не хотел мне помогать с бегством.
Ладно, сейчас не хочет, мало ли, вдруг потом захочет. Или же мне удастся его уговорить.
– И когда свадьба? – спросила, провожая глазами книгу, которую в данный момент забирал мужчина. Гвен, кажется.
Герцог слегка поморщился, чем тут же привлек моё внимание. Надо же, его лицо может хоть что-то изображать. Интересно, что его так не устроило, что он не вытерпел и показал слабую, но всё-таки эмоцию.
– Через десять дней будет полнолуние. Пару дней меня не будет. Затем сразу сыграем, – ответил он. Почти сразу после этого карета качнулась. Я даже не поняла, когда он отдал приказ трогаться. Не мысленно же он общался с возницей?
– Значит, у меня есть двенадцать дней, чтобы переубедить вас? – спросила, воодушевляясь. Столько времени… Да я десять раз сбежать успею. Я уж думала, мы прямо отсюда сразу в церковь поедем.
Похоже, перемена в моём настроении не осталась незамеченной. Меня просканировали так, будто хотели увидеть все внутренности. Кажется, в серых глазах на мгновение вспыхнул интерес, который, впрочем, очень быстро затух, погребённый под железной волей, словно хрупкий подснежник под слоем льдистого снега.
– Не стоит, – просто сказал он, а я едва успела прикусить себе язык, чтобы не начать жалеть его вслух.
Мельком глянув на руки, заметила, что они слегка дрожат. Понятно, почему мне так сложно следить за своим языком. Я, когда волнуюсь, могу и ляпнуть чего-нибудь не того. Пусть я храбрилась, но всё-таки не каждый день ко мне в мужья набивался подобный мужчина.
Если говорить начистоту, то я очень сильно понимала Эволет. Алан НордБерг был одним из тех редких экземпляров мужского пола, за которыми по жизни волочатся все женщины неважно какого возраста. Было во всём его облике нечто настолько притягательное, что взгляд сам по себе приковывался к нему. И дело было не только в красивом лице и стройной фигуре. Сама его аура притягивала, даже несмотря на то, что холод в его глазах порой становился вполне осязаемым.
Я опять задумалась над тем, везёт ли мне в этой жизни или всё-таки не везёт. С одной стороны, как ни посмотри, но все мои планы медленно, но верно разрушались. Конечно, за двенадцать дней будет куча времени сбежать, но ведь всегда остаётся шанс, что не получится. С другой стороны, а надо ли бежать? Вот в чём вопрос.
Если так подумать, то для этого мира как девушка, незамужняя девушка – я стара. Еще год, максимум два, и я вовсе не смогу выйти замуж. Удачно выйти замуж, я хочу сказать. В этом свете НордБерг казался идеальным вариантом. Богатый, красивый, при власти, терпеливый, как мы уже выяснили, с твёрдым характером.