Страница 56 из 95
Отправив всех навстречу мягким кроватям и таблеткам аспирина, антипохмелина или чего-то подобного, Аврора не с первой попытки выудила телефон из сумочки и с ужасом обнаружила, что ее мобильный не подает признаков жизни. Она быстро сообразила, что можно вернуться в бар и вызвать такси с местного телефона, но буквально перед ее носом на дверь повесили табличку «Закрыто».
– Черт, черт, черт! Вот неудачница, – ругала себя и ненадежный мобильник Аврора.
Невдалеке она увидела силуэт мужчины и готова была испугаться, но узнала в нем одного из соседней компании – тех самых, которые создавали красочную рекламную кампанию холостяцкой жизни для одного незадачливого друга. Аврора даже не видела его лица – в баре свет концентрировался на сцене, поэтому в зале было темно – но узнала по белой рубашке, которая при переменчивом освещении танцевального шоу переливалась всеми неоновыми оттенками, и множеству гремучих браслетов на левой руке. Улица, где Аврора досадовала на очередную подлянку судьбы, также не радовала достойным уровнем освещения. Наиболее подходящая атмосфера, чтобы подумать: «А вдруг он маньяк!», но Маркова почему-то решила, что «немного знакомый» маньяк не так страшен, как «совсем незнакомый». Поэтому…
– Молодой человек, простите, но вы не могли бы дать мне позвонить. Телефон разрядился, не могу вызвать такси.
«Черт, почему в этом городе по ночам ни зги не видно?! Я даже лица его разглядеть не могу. «Лицом к лицу лица не увидать» - это ведь про что-то другое, правда?»
– Позвонить-то вы, конечно, можете, только у них какая-то чехарда то ли в парке, то ли в диспетчерской. Я машину заказал еще полчаса назад, так мне уже четыре раза перезвонили: то ли у них запрос не на тот адрес пошел, то ли водитель в аварию попал, то ли они попросту решили, что отправлять их лакшери Жигули к стриптиз-клубу не комильфо. Хрен разберешь! Короче, только что позвонил оператор, сказал, что наконец-то полетела моя ласточка, минут через пять будет.
– И что же мне делать? Пешком домой добираться не вариант…
– Прыгнете со мной в машину. Операторы косячат, так что водитель лишним деньгам однозначно не воспритивится. Да и кто откажется от прибыльного левака?
И действительно, ровно через пять минут они садились в автомобиль, а водила довольно заулыбался при мысли о дополнительном заработке. Аврора всегда ездила на заднем сиденье – долгая жизнь в городе с извечно высокой криминальной активностью вносит свои коррективы. Ее «немного знакомый маньяк» беззастенчиво приземлился рядом.
Для Авроры остался загадкой тот факт, всегда ли в Сочи так лихачили на дорогах, или эта мода появилась после проведения в городе Формулы-1? Аврора с трудом привыкала к высокоскоростным маршруткам, а к такси, по-видимому, ее должен был готовить психотерапевт с тазиком валерианки. Водитель сильно вдавливать педаль газа в пол, вызывающе шел на обгон и перестраивался из одной полосы движения в другую. Аврорин невольный сосед нервозности не выказывал. «Либо он привыкший к такой манере езды местный, либо по натуре невпечатлительный». При резком торможении на светофоре пассажиров заметно тряхнуло, так, что Аврора немного завалилась на мужчину под боком.
Дальше все как в тумане…
Кто кого поцеловал первым – вопрос.
Кто первым начал расстегивать чужую рубашку – вопрос.
Кто в нелицеприятной форме послал таксиста, когда тот приехал по названному адресу и эмоционально выказал раздражение по поводу отмены одного заказа, – вопрос.
Как они поднимались на лифте и умудрились попасть ключом в замочную скважину – вопрос.
Как удалось не порвать Аврорину юбку и колготки – вопрос.
Как у него в руках не оказался клок ее светлых волос, а у нее под ногтями остатки его кожи – вопрос.
Кто громче и яростнее стонал – вопрос.
Как имена друг друга – вопрос.
Нет, кажется, он все же называл свое имя… То ли Миша, то ли Леша, то ли Паша… Ее он называл неизменно «девочка». А Аврора отказалась от полноценных слов, отдав предпочтение отдельным звукам.
Все вопросы теряли свою значимость под взрывным утверждением ощущения теплого и потрясающе пахнущего тела рядом.
Все вопросы заиграли яркими красками, когда Аврора проснулась первой – в неизвестной квартире, с неизвестным мужчиной, чьего лица опять не получалось разглядеть из-за тяжелых плотных штор на окнах. Лишь очертания.
Она сбежала. Не из-за стыда за ночные приключения, а из-за стыда от отсутствия стыда. За все предыдущие тридцать лет жизни она целовала-то по собственному желанию одного-единственного мужчину! С одной стороны, Аврора имела право уйти в полноценный загул – она больше не связана обязательствами. Но, с другой – переспать с первым встречным, не зная о нем ничего, кроме того, что можно оценить на ощупь, слишком резко для столь неразвращенной персоны, как Аврора.