Страница 22 из 88
Рука опустилась на орущий квадрат, выключая кнопку, блондинке понадобилось время, чтобы вспомнить, какой сегодня день, что произошло вчера и почему такой болью отзывается голова. Откинув одеяло прочь, Маша ступила на холодный пол и сонно пошагала в гостинную, где вчера оставила ночевать свою подругу на диване.
Приблизившись, блондинка услышала тихий шорох и, осторожно приоткрыв дверь, увидела Рию. Та сидела на подоконнике и задумчиво смотрела в окно.
— Уже что-то задумала, да? — заговорщически спросила Маша, врываясь в комнату.
Рия замерла на секунду, и Маша заметила, как она явно боролась с желанием ответить: «Ничего», но будучи пойманной, как кот, крадущий сосиску, Рия повернулась и несмело произнесла:
— Маша, помнишь, я тебе показывала бумажку со словом «Знаки»? Я и подумала, что должно же быть какое-то объяснение всему, что мы вчера увидели. Вот я сижу…, все думаю и думаю, а объяснений нет…
И, придав взгляду такое выражение, какое бывает у того же любимого, но все же укравшего сосиску кота, она протянула Маше записку с одним единственным словом «Знаки».
— Ладно уж, — снисходительно произнесла Маша. — Хочешь, вместе посмотрим, что там у тебя.
Рия благодарно улыбнулась и резво соскочила с подоконника. Машка вышла, ничего не объясняя, и мигом вернулась, притащив свой рабочий блокнот и карандаш. Она удобно уселась на полу и со знанием дела стала внимательно смотреть на Рию, сосредоточенно прикусив кончик карандаша. Рия, в свою очередь, неотрывно глядела на Машку, не моргая, боясь спугнуть вдохновение. Она терпеливо ожидала, чувствуя, как терпение закипает, грозя окончательно сорвать крышку. Так она и сверлила Машку взглядом, не шевелясь и стараясь не выдавать своего любопытства.
Маша поморщилась, явно почувствовав вкус ластика во рту, и что-то коротко чиркнула в блокноте. Машка с отличием закончила исторический факультет, а работала журналистом. Подумать только, такой привлекательной девушке стоило бы писать статьи о моде, красоте или диетах, но Мария относилась ко всему этому как к той части жизни, к которой не следует прилагать особых усилий. Красавица от природы — Машка презирала диеты, отдавая предпочтение бутербродам с горячим сыром или сладостям с чашечкой ароматного какао и, обладая отличным вкусом, с легкостью подбирала себе модную одежду.
Мода мало интересовала её, но вот что поистине влекло ее — это история: убежавшее от нас прошлое, тайны времен и народов, зданий и их архитекторов, учений и их создателей. Она получала удовольствие от постоянного поиска информации и никогда не могла насытиться полученными знаниями. Оттого, что ей приходилось так часто готовить длинные статьи на исторические темы для своего журнала, девушка знала все о сборе информации, к тому же по праву гордилась своим умением приводить в систему, казалось бы, разрозненные факты.
— Сейчас я покажу тебе, как подводить итоги профессионально, — победным тоном произнесла Машка, сжимая карандаш крепче.
— Ура! — радостно воскликнула Рия, подпрыгивая на месте от нетерпения. — Ты же наш гений сортировки.
— Ага, надеюсь, не мусора, — саркастически подметила Маша, поджав под себя ноги, чтобы удобнее пристроить свой блокнот на коленях.
— Не-е-е-ет, что ты! Исторических фактов и знаний, — заверила Рия, выжидающе глядя на Машку.
— Все ясно. Вопросы буду задавать я, — пробормотала себе под нос Маша с лицом следователя из сериала и задумчиво посмотрела в блокнот. — Итак, гражданка, почему вы поехали на кладбище?
Рия, которое все это время боялась шелохнуться, приняла вопрос как сигнал к действию и тут же зачастила:
— Потому что мне нужно было приехать на могилу своего отца, к которому я никогда не приходила. А он погиб…14 февраля. Я вчера, значит, просыпаюсь…, включаю телевизор, а там в Америке чёрт знает что…
— Достаточно, гражданка. Спасибо, — прервав эмоциональный поток слов Рии, Машка с серьезностью журналиста колонки расследований сделала запись в блокнот.
Рия даже не подумала обижаться на то, что её перебили, слишком уж сосредоточенно выглядела её подруга.
— Рия, а теперь серьезно. Когда ты нашла могилу, что ты делала? Что ты помнишь?
— Маш, ты совсем издеваешься, что ли?! Мне даже повторять вслух страшно… Бррр. Помню, как налетела огромная стая ворон бордово-красного цвета, исклевала мне все ноги, — тут Рия обиженно потерла колени, — ранила тебя и преследовала нас весьма долго и настойчиво, пока мы не добежали до статуи ангела. Ой, Машка! И вспоминать не хочу! Как представлю эти окровавленные перья, клювы, когти… Сверкали, как ножи… Эти птицы метались повсюду. Кошмар!
Машка зажмурила глаза от ужаса, понимая, — у нее не хватило смелости даже обернуться назад и взглянуть на приближавшуюся стаю. Она напряженно нахмурила брови и вновь вернулась к своим записям, отстраненно черкнув что-то карандашом.
— Рия, это я тоже прекрасно помню, — призналась Маша, потирая все еще ноющую голову. — А что было до того, как налетела стая? Меня же не было рядом с тобой. Что ты делала?