Страница 4 из 14
- Я тоже рад вас видеть, лейтенант! Весьма рад! – Вульфман улыбался.
- Чем же мы обязаны вашему визиту?
Шутливое расшаркивание нарочито подчеркивало неприязнь между двумя профессионалами. Возможно чуть более наигранную, чем было на самом деле.
- Я представляю интересы мистера Линкольна Барроуза.
- А у мистера Линкольна Барроуза есть средства оплачивать ваши услуги?
- Я не готов обсуждать этот вопрос с вами, лейтенант!
Я с любопытством наблюдала за словесным поединком Вульфмана и Девро. Наш адвокат в действии заинтересовал и Майкла. И он тоже увлеченно слушал этот диалог.
- А мне это и не интересно! – Продолжал скрипеть Девро. - В любом случае вам следует знать, что мистеру Барроузу предъявлено официальное обвинение в предумышленном убийстве. Есть ордер о его переводе в тюрьму в Тюрьму предварительного заключения № 4206 до суда, без права освобождения под залог.
- Ай-ай-ай! Лейтенант Девро, не ожидал от вас подобного поведения. – Вульфман сокрушенно качал головой. - Как же так? Ведь вы всегда следуете букве закона с завидным рвением! И подали дело судье без участия защитника обвиняемого?
- Генеральный прокурор настаивал на срочности. У этого дела сильный общественный резонанс. А у мистера Барроуза есть государственный защитник.
- Генеральный прокурор, говорите? Этот жополиз Рейнольдс?
Лицо Девро, и без того худое, вытянулось от удивления.
- И не надо на меня так смотреть! У меня достанет смелости сказать это ему в лицо! – Вульфман нахохлился, как промокший воробей.
- Хотел бы я это видеть!
- А я хотел бы видеть обвиняемого. – Парировал Вульфман. - А также материалы дела, протоколы… Ну, вы знаете. Еще у меня есть свидетель, готовый подтвердить алиби мистера Барроуза.
- Материалы дела вы получите. А с обвиняемым увидитесь в тюрьме. Я уже заказал транспорт.
- Тогда я заказываю репортеров! – Глаза Вульфмана сверкнули недобрым блеском. Совершенно не характерным для его доброжелательной внешности. - Они устроят вам такой общественный резонанс, который даже не снился вашему любимому генеральному прокурору.
Девро колебался всего несколько секунд.
- Я прикажу привести обвиняемого в комнату для допросов.
- И материалы дела мне туда же. И два стакана кофе.
- Может еще и бутылку вина?
Пропустив колкость Девро мимо ушей, Вульфман обратился к нам:
- Присядьте. – Он указал на кресла в лобби. - Выпейте кофе. Впрочем, мистер Скофилд, вы можете быть свободны. С братом вы все равно не сможете увидеться. Приезжайте лучше завтра в тюрьму. А с вами, милочка, нам предстоят сегодня великие дела.
- Разве Линка сегодня не отпустят? У него ведь алиби. Его арест - ошибка. – Мне было необходимо убедить в этом хотя бы Вульфмана.
- Боюсь, что сегодня мистера Барроуза все же не отпустят, несмотря на ваши показания. – У Вульфмана была особая манера вести разговор. Своим тоном он убеждал собеседника, будто и вправду расстроен. - Ему уже предъявлено обвинение. Но не будем терять время! Извините. – Вульфман скрылся за дверью комнаты допросов.
Майкл, попрощавшись, тоже ушел. А я осталась в лобби одна, со стаканом отвратительного кофе из машины.
Тяжело ступая, по коридору шел Линкольн, в сопровождении двух полицейских. Оранжевый комбинезон заключенного. Руки скованы наручниками.
У комнаты допросов Линк остановился, ожидая пока полицейский отопрет дверь.
Оглядев лобби, Линк заменил меня. Удивленно поднял брови, и его лицо, секунду назад угрюмое и хмурое, стало похоже на лицо того парня, что жарил блины на моей кухне еще сегодня утром.
Как в замедленной съемке я встала с кресла. Линк дернулся было ко мне. Но один из конвоиров уловил его движение, и удержал за руку. Линк поджал губы, как бы говоря: «Вот видишь, детка, как оно обернулось…»
Полицейский подтолкнул Линка, заставляя войти в комнату. Продолжая смотреть мне в глаза, он сделал шаг к двери. Я приложила два пальца к губам, и послала Линку воздушный поцелуй, раскрыв пальцы в жесте, обозначающем победу. Линк едва заметно улыбнулся. Полицейский нетерпеливо толкнул Линка в спину, и тот переступил порог, и скрылся за дверью.
- Имя. Фамилия. Номер карточки социального страхования. Дата и место рождения. – Лейтенант Девро допрашивал меня лично. – Опишите события предыдущего вечера. Где были? В какое время? В центре города? Где именно? Встретили Линкольна Барроуза? Где? Когда? Что было дальше? Куда поехали? Поехали домой? К вам? Вас видел кто-нибудь из соседей? Когда вы заходили в дом, например? Нет? Сколько времени вы пробыли у вас дома? До утра? Мистер Барроуз отлучался? Нет? Вы точно помните? Весь вечер и всю ночь вы находились в вашей квартире? Это точно? Вышли от вас только утром? В какое время? Куда пошли? Домой к мистеру Барроузу? Зачем? Чтобы мистер Барроуз переоделся?
Девро монотонно задавал вопросы, повторяя некоторые из них несколько раз. Видимо хотел поймать меня на лжи. Иногда он повторял мои ответы, перефразируя их в вопрос.
Внезапно он оживился, будто ухватившись за какую-то ниточку. И спросил меня совсем другим тоном:
- Как давно вы знакомы с мистером Барроузом?
- Со вчерашнего вечера. – Я чувствовала, как теплеют щеки от румянца смущения. Точно так же, как при разговоре с Майклом.
- Не понял…
- Познакомились вчера вечером. – Сказала я совсем тихо.
- И что же, он просто подошел к вам на улице, и вы сразу поехали к вам домой?
- Вообще-то, это я к нему подошла. – Я зачем-то посмотрела на Вульфмана, будто ища у него защиты.
Худое лицо Девро выражало немой вопрос, который он не решался озвучить.
- Мы живем в одном районе. Знакомы мы не были, но я несколько раз видела Линкольна. А в тот вечер увидела его в центре, и подошла. Было уже поздно, мне не хотелось возвращаться одной домой. Район то у нас – сами знаете.
- А как он попал к вам домой?
- Я его пригласила на чай.
- И часто у вас такое бывает?
- Девро, прекратите! – Подал голос до сих пор молчавший Вульфман. – Это не имеет отношения к делу.
- Да. Извините. Вырвалось.
- Вы, наверно, никогда не подходили на улице к понравившейся незнакомой женщине. – У меня тоже вырвалось.
Девро изобразил на лице кислую улыбку, но мне показалось, что его холодные глаза цвета грязного снега потеплели.
И снова монотонные повторяющиеся вопросы.
- Что мистер Барроуз делал, когда вы к нему подошли? Говорил по телефону? С кем? Не сказал? Он заходил на автостоянку? Нет? Выходил? Тоже нет. А что же он делал? Говорил по телефону, стоя под фонарем? Он говорил вам, что делал в городе?
- Я поняла, что у него должна была быть встреча, но его приятель не пришел. Лучше вам спросить у него самого.
- Прочтите. И подпишитесь, что с ваших слов записано верно.
Я взяла в руки протокол, написанный корявым почерком Девро, тщетно пытаясь разобрать буквы.
- Я не понимаю, что написано.
- Вы не читаете по-английски?
- Я читаю по-английски. Я не читаю ваш почерк.
- Я могу отдать секретарю, чтобы отпечатал. Но это займет время.
- Мы подождем! – Вульфман ответил за меня.
Туалет в Полицейском Управлении оставлял желать лучшего. Пожелтевший от времени кафель, треснувшее зеркало. Острый запах моющих средств. Посещение дамской комнаты добавило раздражения к моему и без того плохому настроению.
Уже взявшись за тронутую ржавчиной дверную ручку, я услышала голос Девро:
- Чертовщина какая-то! - Он разговаривал с кем-то в курилке.
- Ты же все дела вмиг распутываешь! – Говорил его собеседник. – С твоей-то интуицией!
- Не понимаю я ничего! Наверно первый раз в жизни не понимаю! – Голос Девро скрипел, как несмазанные петли. – Вроде парень виновен. Орудие убийства у него дома. Окровавленная одежда в ванной. Мотив опять же есть…
- Так что тебе мешает?
- У парня есть алиби.