Страница 108 из 134
– А вот с этого места поподробнее, – перебил меня Тациратус.
– А что подробнее? Так и сказал, – я пожала плечами и отхлебнула их чашки. – Вот потому у меня и закралась мысль, что ритуал не будет никоим образом связан с жертвой. Ведь если нужна была жертва, меня могли сразу же распять в любом жертвенно круге, или положить на любой из жертвенных алтарей. У них их оказывается очень даже много, в подземельях. Но ведь могли же прямо у оврага, где меня скрутили. А что? – я невинно хлопнула глазами на порицающий взгляд архимага. – Причем на мне в тот момент висело проклятие, гадкая какая-то штука, и по словам моего пленителя, штука весьма опасная, – теперь архимаг ловил каждое мое слово крайне внимательно. – Кроме того, он меня избавил от этого самого проклятия. Не мне вам рассказывать, что это требует немалых усилий и изрядное количество магической энергии. Если проклятие смертельно опасное. А оно таковым и было, – я невольно вздрогнула, вспомнив, как меня корежило и выворачивало от дикой всепоглощающей боли.
– Да, действительно. Странно... – кивнул Тациратус на мои доводы. – И что дальше?
– Был кто-то еще рядом. Я не могла рассмотреть, но думаю, кто-то из старших жрецов. Он то и сказал, когда будет ритуал и что мной можно распоряжаться до ритуала, как угодно, но я обязательно должна остаться жива и без видимых увечий, – архимаг нахмурился еще сильнее.
– Меня не собирались убивать, меня собирались отдать в чертог богини живой, – выставила вперед указательный палец, добавляя эмоциональный окрас своему умозаключению, и принялась за пирожок, который все никак не могла начать есть, потому что бесконечно говорила.
– Вот как. Это плохо. Если отдать в чертог тебя живую, и ты последняя из многоликих... Как-то это связано, не находишь?
– О, шовшем жабыла, – пробурчала я с набитым ртом и скорее проглотила его содержимое. – Да-да. Так как ритуал особый, я думаю, с этим связаны и какие-нибудь ожидания величайшего благословления, просветления и прочей лабуды, а так же их собственный сакральный смысл. Но это я еще выясню. То, что меня беспокоит: если они ожидают благословления от луноликой этой ночью после ритуала, то все кто связан с культом, будут считать, что благословлены. Я думаю, сегодня будет еще одно покушение на Диметрия. Ковен не упустит такой шанс, будучи благословленным самой Сиатой, – я быстрое доела остаток пирожка и схватила чашку.
– Ну, это они хорошо придумали, там мы их и поймаем, – угрюмо проговорил Тациратус, задумавшись. – Как я упустил этих мерзавцев... Ну да ладно, с этим уже ничего не поделаешь, только переловить и казнить, – взгляд архимага наполнился болью, я на секунду подумала, что ему будет тяжело привести приговор в исполнение над Катариной. – Чем будешь занята ты? – поинтересовался архимаг. – Ты ведь главная виновница торжества, так сказать. Тебя постараются забрать в храм всеми силами.
– О да, уже думала об этом, – я кивнула и отставила чашку. – И у меня уже назрела масса вопросов. Мне надо бы спросить кое о чем Сейгара, потом я планировала забежать в гости к Ургу, а уж потом снова посетить Дариана, – на упоминании имени демона я почувствовала, как щеки налились румянцем. – Вот тут, кстати, мне бы камешек телепорта...
– Значит, все же невеста демона? – уточнил маг, взглянув на брачный браслет.
Невеста демона... Повторила я про себя эти слова. Сиата ведь тоже была невестой демона, подумалось мне. Так же, как и я. Это мысль. Мне кажется, я даже просветлела лицом. Все взаимосвязано, насовсем, накрепко, только бы успеть найти все эти ниточки. Я должна все понять. Если Сиата отдала часть своей души на перерождение, а часть ее осталась во мраке тюрьмы, в которую ее заперли жрецы. Нужен тот, кто принял в себя осколок ее души. Я же многоликая, я могу узнать. Мне бы только добраться в Лес Времен. Вот только времени ждать нет. Все равно к Ургу собиралась с вопросом. И все с тем же. Могу ли я зайти в Бездну физическим телом? Теперь мне не просто надо знать, мне надо войти. И если найду воплощение одного бога, тот почувствует другого. Кто-то мне это уже говорил. Или что-то подобное. Точно, многоликая может помочь отыскать Тамерлана. Есть такое поверье, значит, не с пустого места...
– Милейна, я уже боюсь твоих рассуждений, – рыкнул обеспокоенный кирин.
– Грев, мне кажется, что я брожу где-то совсем рядом с разгадкой, – я поставила чашку и потерла щеки, не обращая внимания на мага, что внимательно следил за каждым моим движением.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Тациратус.
– Рассказывать и объяснять это очень долго, – протараторила я, все еще цепляясь за свои размышления. – Я последний ребенок, рожденный многоликим. Даже не знаю, радоваться этому дару или нет, вот правда... – я хмыкнула сама себе. – Провидицы не видели на много лет вперед появление подобного ребенка, и потому решили, что я могу стать последней. У жрецов Сиаты была одна из сестер – Марея. Значит, они все знали. Они думали, как решить свою проблему, и ничего лучше не придумали, чем отдать меня заживо в ту же тюрьму, где томится их богиня. Чтобы я, так как и она, не могла переродиться. Только вот богиня смогла отдать осколок своей души, а я не смогу. Поэтому есть у меня идейка одна, может и выгорит. Но к алтарю мне все равно надо – Грева освободить я смогу только там.