Страница 29 из 32
- В смысле? – оторопела я. – Ивановне сказала. Ну… той, которая из нашей палаты, у окна.
- Та, - скривилась девушка, махнув рукой. – Ты бы еще дворнику карту нарисовала. Пошли! Там к тебе приехали!
- Кто? – недоумеваю я. - По-моему, еще вчера со всеми аудиенциями управилась, - тихо смеюсь.
- Ну… видимо одного из виду все же упустила.
- «Одного»? – в ужасе повторяю за ней.
- Ага, - ироническое, дружеской издевкой. – Хорошенький такой. Был бы на пару годков старше, точно бы у тебя увела!
Мурашки по телу.
«Неужто Иван? Ну… ну не может же быть!» - возмущается разум.
А душа разрывается. Душа вопит… немо взывая, моля о том, что не смеет произнести вслух.
Зато грохочет смело сердце, отбивая своими стальными колесами по жилам такт: «Федор. Федя. Феденька…»
И вот оно, еще один шаг – и узнаю. У двери застыл в растерянности мой личный Инкуб.
Стоит, мечет взгляды по сторонам, что-то… кого-то высматривает, выискивает, нервно сжимая пакеты в руках.
Обмерла, встала я, как вкопанная.
- Ты чего? – запнулась и Алёна. Уставилась на меня.
А я молчу. Пропали звуки. Пропали вдохи. Сверлю Его взором.
Почувствовал. Увидел. Вперил и Он в меня взгляд.
Миг – и добрая, проказливая улыбка озарила его уста.
- А-а-а, понятно, - протянула девушка. – Ну, не буду мешать. Потом в палату. И найди меня, маякни, что вернулась. Хорошо?
Не сразу соображаю, а потому повторное ее, одернув меня за рукав:
- Хорошо?
Испуганный взор на нее – и поспешно закивала я головой.
- Чудики… - тихо рассмеялась та. Разворот – пошагала прочь.
Шорох – взгляд на Федьку. А Он - еще пару шагов – и уже замер подле меня.
- Привет, - громом… разрывая вперед мое сердце молнией на части. – А я тут тебе… это… покушать привез. А то мало ли… - тихо рассмеялся, отведя очи в сторону. Покраснели щеки. – Может, голодом морят.
- Морят, - невнятно мямлю.
- А? – дернулся.
Дрогнул и мой взгляд – глаза наши встретились, но тотчас мы, смущенные, осеклись.
- Морят, - выдавливаю из себя чуть громче.
- А, - рассмеялся.
Колкая, жалящая пауза…
Как много хочется сказать, но сил… духу не хватает. Да и не высказать всё… словами.
- Может, - внезапно отозвался, - пройдемся… по скверу? Ну, там… на скамью… присядем?
Робко закивала я головой, разворот – и пошагала.
Обнял вдруг, несмело… несколько раз замявшись, задергавшись, но всё же переборов себя. Сжал за плечи – притискиваюсь в ответ.
Еще ход, еще шаги – и обмерли. И снова задергались, как дураки, на месте, пытаясь уступить один другому, не мешать присесть.
Опустились на лавку. Почти вплотную друг к другу.
Зажатый, взволнованный Федя – а потому не сразу даже решается отставить в сторону свою поклажу. Но миг – выдох – и рядом с собой, по другую сторону взгромоздил пакеты на скамью.
Тихо, нервически рассмеялся. Взор на меня. Прокашлялся:
- Ну… - выстрелом звук, отчего в момент устремила взгляд на него (глаз коснуться не решаюсь). - Расскажешь… как ты до такого докатилась?
Виновато опускаю голову.
Острым лезвием самобичевания полосонуло по горлу.
Немотствую.
- Ну, чего молчишь? – и снова смущенно, сдавленно смеется. – Вань…
Пронзил звуком в самое сердце.
Решаюсь – отчаянным смертником: тотчас бросаюсь, прижимаюсь к Нему.
- Ты чего? – нервический смех. Обнял несмело за плечи, прижал к себе в ответ.
А слезы… позорные, выкрывающие слезы уже градом покатились по моим щекам.
- Вань, ты чего? – испуганно.
Попытка отстранить меня от себя, взглянуть в очи – но не поддаюсь. Сопротивляюсь – покорно уступает.
Миг – и еще крепче сжал в своей хватке.
- Что-то произошло, да? – цепенящая, пугающая тишина. – Ванесса, что случилось? – дрогнул, просел его голос от ужаса.
- Федя… если бы ты только знал… как я рада тебя видеть, - несмелым, запойным шепотом, молясь.
Обмер ошарашенный. Но секунды – и шепнул в ответ:
- Я тоже очень скучал.
Поднимаю очи. Немного отстраняюсь – поддается. Выдерживаю взгляд – но ровно настолько, чтобы сполна наполниться ядом… ненавистью к самой себе. Чтобы наполниться порохом для залпа.
- Федя… - горько, глотая слезы. Лицом к лицу.