Мгла

19

Она проснулась с тяжелой головой, как это бывает, когда нарушается привычный режим - конечно, сказался перелет на другой конец света. Когда Ольга раздевалась, она была такой уставшей, что совершенно забыла о мужчине, пусть и не чужом, который был рядом. Она натянула простыню до подбородка и огляделась. Двери и окна были распахнуты, по комнате гулял морской ветерок, пропитанный незнакомыми запахами.

Было слышно, как где-то рядом плещется море и шумят пальмы, словно вздыхают. А где же он? Она поглядела на себя под простыней. Выпуклый лобок, обтянутый мягкой голубой тканью, и холмы грудей, поднявшиеся над линией живота и бедер. Ольга была уверена в своей внешности и все-таки волновалась. Она удивилась, что разделась до трусов, когда Роман был поблизости. Может, он уже всю ее видел? Где же он?

Постель явно была помята ей одной. Вторая подушка лежала ровно, гладкая как сугроб. Ольга взяла очки, встала, потянулась, надела шорты и повертелась перед зеркалом. Да, попа - что надо, с этим не поспоришь. Не очень большие круглые груди целили из зеркала как боеголовки. Она собрала волосы на затылке и сделала пару пружинистых танцевальных движений. Да, она не просто хороша, а очень хороша! Так от чего же тогда это волнение?

Подойдя к зеркалу, Ольга сняла очки и тряхнула головой. Темно-каштановые локоны упали на лицо, рассыпались по плечам. Черные глаза смотрели иначе, со страстью. Она чуточку раскрыла губы и испугалась страстной дивы, которая смотрела на нее из зеркала. Сердце забилось, и она отвернулась.

Ольга уже бывала там, где пальмы, море и песок, и ей это, конечно, нравилось, но не сводило с ума. Чудом казалось не то, что она видела, а то, как неожиданно она сюда попала.

Ольга вышла на веранду, которая походила на балкон без перил или широкий мостик в метре над водой. Справа возле стены была лестница. Рядом с дверью стояли два шезлонга. Взору открылось море, чудное, бескрайнее, необыкновенно красивое. Вблизи оно было прозрачным, потом зеленело, вдали делалось голубым, и затем у горизонта синим, словно постепенно становилось самим собой. Глазам Ольги предстала маленькая бухта, слева и справа в море уходили две каменистые гряды. Над крышей нависала пальма, словно тянулась к воде.

Из комнаты донеслись какие-то звуки. Она обернулась и увидела Разлогова. Он был во всем белом, в майке и просторных штанах, и улыбался. Прядь смоляных волос упала на бровь, взгляд и улыбка были переполнены нежностью. Ольга тоже улыбнулась.

- Как спалось? – спросил Разлогов.

- Отлично, - сказала она, продолжая смотреть ему в глаза.

- Прекрасно. Как тебе наше бунгало?

- Это бунгало? Я думала, бунгало - это что-то наподобие шалаша. А это дом со всеми удобствами!

- Дом, шалаш – не важно. Главное, что на эти дни он наш. Ну что, пора завтракать.

- Дай мне чуточку времени, я еще не умывалась.

Разлогов подошел, посмотрел на нее, потом на море. Ему безумно шли эти белые штаны, когда он стоял и смотрел вдаль, щурясь от солнца. Он был не загорелый и не бледный, на его матовую, немного смуглую кожу хорошо приставало солнце.

- Умыться можно здесь, – он кивнул на море.

- Мне нужно переодеться, - пробормотала она, пряча лицо, еще не освободившееся от сна.

Разлогов скрылся в прохладной тени бунгало, Ольга проводила его взглядом, с удовольствием отметив, как широкие плечи едва уместились в дверном проеме. Она достала купальник, разделась и посмотрела на себя в зеркало. Она еще не надевала этот черный купальник, он был очень открытым, как раз к месту. Ольга надела его, поправила резинки. Четыре черных треугольника, наполненных ее тяжелым как капли телом.

Она убрала волосы, надела солнцезащитные очки и спустилась по лестнице в море. Волна лизнула ее теплым языком. Ольга чуть не завизжала от радости, как в детстве, когда они приезжали на море. Хотелось кричать, плескаться, беситься. Она поплыла. Снова вернулось ощущение чуда.

Отплыв метров тридцать, она встала на песчаное дно. Вода доходила до плеч. Она видела свои ноги с накрашенными ногтями, камешки, мелких рыбок. Вдали по синей глади скользили яхты. Она вернулась к бунгало и хотела повторить свой короткий заплыв, но вдруг услышала топот по дощатой веранде-мостику, и через секунду ее окатило каскадом брызг. Могучая спина вынырнула как субмарина и руки-лопасти взмыли над водой. Разлогов стремительно удалялся, оставляя позади бурлящие волны.

Ольга смотрела, как сверкают мускулистые лопатки, унося его вдаль. Он вернулся так же быстро, как удалился. Подплыл, поднялся из воды, как морское чудовище, фыркая и отряхивая воду с волос. Желание принадлежать ему и страх смешались в ней. Ольга тоже встала, расправив плечи, и выставив грудь, свое оружие, и смотрела на него сквозь темное стекло очков.

- Если бы мухи были такими же большими, как люди, я бы сказал, что ты самая прекрасная из них, - он сверкнул белозубой улыбкой и показал пальцем, что имеет в виду ее очки.

Ольга не знала, обидеться или нет.

- Ах ты, хам! – воскликнула она и рассмеялась.

Она взвизгнула и окатила его, еще и еще. Сначала Разлогов закрывался, а потом тоже стал поднимать каскады брызг, обливая ее как из ведра. И вдруг схватил, прижал к себе и поцеловал в соленое от воды лицо, в открывшиеся губы и Ольга затихла, только прерывисто задышала. Потом провела руками по его плечам и обхватила за шею.