Мгла

10

Вход в клуб сиял желтой подсветкой. На улицу, как из пещеры, доносились густые ритмичные звуки, от которых дрожали стеклянные двери. Прыгающие огни отражались в полировке припаркованных автомобилей.

- Я здесь не была, - сказала Настя.

Когда они проходили рамку, их встретили охранники: парень и девушка. Их одежда была похожа на форму американских полицейских. Уже в фойе музыка долбила так, что надо было кричать, чтобы тебя услышали.

- Добрый вечер!

Девушка подошла к Разлогову, парень – к Насте. Видимо, здесь было так принято. Девушка присела, провела рукой по его бедрам до самого верха, поднялась, прошлась по поясу. Она встала очень близко, почти касаясь козырьком форменной бейсболки подбородка Разлогова.

Он видел, как парень присел перед Настей.

- Не надо, - она сама подняла край платья.

- Спасибо, - пробормотал охранник.

- Круто, - сказала Настя, когда они прошли рамку. Было видно, что ей понравилось такое начало.

Разлогов провел ее узким плохо освещенным коридором, потом по лестнице, и они оказались в огромном зале, оформленном под пещеру. С высокого потолка свисали импровизированные сталактиты, на стенах были изображены первобытные люди, гоняющиеся за мамонтом, сидящие вокруг костра, совокупляющиеся. Сверкали огни. В подвешенных под потолком клетках танцевали полуобнаженные девушки. Музыка долбила так, что заглушала даже собственные мысли.

Он вел ее в самую гущу, где гремело техно, как первобытный там-там, и вспышки страбоскопов вырывали из тьмы изогнутые силуэты танцующих. Ультрафиолет мягким сиянием подсвечивал все белое: рубашки, блузки, улыбки. Разлогов был в узких черных брюках и приталенной бордовой рубашке, расстегнутой на три пуговицы. Они смотрелись красиво и ярко, парни отворачивались от своих девушек и смотрели на Настю.

- Куда ты меня ведешь? – крикнула она.

- Туда, где можно выпить!

Бармен почтительно кивнул Разлогову. За стойкой яркие вспышки не резали по глазам. Разлогов и Настя повернулись друг к другу.

- Что будешь пить? – спросил он.

- А ты?

- Не знаю, водку или виски!

- Я хочу Пина Коладу!

- Пина Коладу и апельсиновый сок!

Бармен взял две бутылки, стал жонглировать, подбрасывая перед собой и из-за плеча; они вертелись, сверкая бликами на закругленных краях, и шлепались ему в ладони.

- Браво! – Настя хлопнула в ладоши.

- За такой трюк - без сдачи! - Разлогов положил деньги.

Бармен наполнил высокий бокал из нескольких бутылок, добавил взбитые сливки, лед, кусочек ананаса и вишню. Настя подвинула к себе коктейль, потянула из трубочки.

- Я думал, ты предпочитаешь мохито, - сказал Разлогов.

- Надоело. Хочется чего-нибудь новенького!

Они смотрели друг на друга, улыбаясь ослепительными улыбками.

- Тебе идет эта рубашка! – прошептала она, дотронувшись губами до его уха.

- А тебе - это платье!

- Оно классное!

- Не дает покоя один вопрос!

- Ты о чем?

- Тот парень на входе, охранник, - он видел, какие у тебя сегодня трусы, а я еще нет.

- Ты меня и без трусов видел.

- Но вот так, чтобы такая красавица ни с того ни с сего показала…

- Он каждый день видит сотню женских трусов.

- Думаю, тебя он долго не забудет. Я видел его лицо.

- Ну, что мне сделать, хочешь, я задеру перед тобой платье прямо здесь? – ее глаза заблестели, Разлогов почувствовал, что она это сделает.

Настя провела по бедрам и взялась за край платья. Ее плечи двигались в такт музыке.

Сзади протиснулся молодой парень, Настя подалась вперед, пропуская его. Он вытянул шею, чтобы увидеть ее лицо и грудь. Разлогов метнул в него свирепый взгляд и парень исчез.

- Хочешь потанцевать? – спросила она.

- Попозже.

- Я хочу сейчас!

Он пожал плечами.

- Тебе не нравится здесь?

- Почему же, этот клуб сейчас популярен!

- Здесь классно!

Он не сводил с нее глаз.

- Ты не сердишься на меня из-за Яны?

- На что я должен сердиться?

- Из-за нее мы уехали от твоих друзей.

- Мне и самому уже хотелось свалить.

- Ты не против, если я допью и пойду потанцую?

- Конечно, нет!

Настя залпом осушила бокал, улыбнулась и пошла, двигая бедрами, как будто ей жутко хотелось секса. Разлогов тут же пожалел, что отпустил ее одну. Кавказец с горбатым носом проводил ее выразительным взглядом. Настя ушла в самую гущу, утонула в охваченной судорогами человеческой массе. Разноцветные вспышки фиксировали словно кадры обрывки движений. Разлогов видел копну золотистых волос и как Настя рукой убирает их от лица.