Страница 6 из 28
— Успокойся, ревнивец, — молодая женщина провела сложенным веером по его щеке, — твоя триада согласилась, что я очень красивая и мне идет платье больше, чем форма.
— Они тебя еще без ничего не видели, — усмехнулся Петр.
— Поручик, что вы говорите? — тонко улыбнулась дама.
— Правду. У мальчишек есть чувство прекрасного. Все в меня! — мужчина запечатлел легкий поцелуй на ее запястье. — Когда ты уже согласишься стать моей женой?
— Ты же знаешь... — она прикрыл глаза.
— Твой дар, а скорее проклятье! — мужчина с силой сжал кулаки.
— Любимый, не начинай снова. Зато, возможно, у меня скоро будет ученик.
— Кто? Откуда?
— Вестар, я чувствую в нем что-то близкое.
— Мне начинать ревновать? — усмехнулся Петр.
— Да, — Наталья наигранно закатила глаза и облизнула губы, — такой молодой и неопытный...
Пара негромко рассмеялась.
Доехав и выйдя из автобуса, осмотрелись. Изящное здание в три этажа, вокруг разбиты роскошные цветники. Точно девичий пансион и значит бал. Слова напутствия от куратора и они пошли.
Хорошо, что в чью-то голову пришла мысль, и он сбросил всем мальчишкам на браскомы карту, с обозначением, где их ждет спутница! Иначе…
Изящная зала сверкала сотнями огней. Они путались в хрустале люстр, отражались от начищенного до блеска паркета и больших настенных зеркал, скользили по дамским драгоценностям. Зазвучали первые аккорды вальса. В противоположном конце зала также гостеприимно распахнулись двери и в зал прошествовали курсанты СИБ со своими парами.
Да, побывать на балу и потом забыть о нем невозможно. Яркая феерия. И если целиком не запомнишь, то глубоко врезавшимися отрывками — точно. Особенно, если — это твой первый бал. Звуки музыки, шорох ткани платьев и мундиров. Поскрипывание кожаных сапог, начищенных до зеркального блеска. Легкие искры в глазах и тонкие нотки женских духов. Ее рука на твоем плече. Невесомые прикосновения, улыбка, вызванная твоими шутками. И в заключение этого праздника жизни — фейерверк! И она, доверчиво прижимающаяся к тебе. Нет, такое невозможно забыть!
На коммуникаторы приходит одинаковое сообщение: «Всем собраться в холле через двадцать минут».
Поцеловав руку спутницы, Марк провожал ее хрупкую фигурку взглядом, пока она поднималась по лестнице.
— Ну что, — его сзади хлопнули по плечу, — домой?
— Ага, в наш милый морг.
— Э-э, почему? — удивился Илья.
— Все белого цвета, — пояснил Марк. — Ты Влада не видел?
— Он вроде в холл уже спустился.
— Давай догонять, а то без нас уедут.
И он был прав, почти все уже погрузились в автобус. Хмурый капитан что-то с ожесточением набирал на коммуникаторе. Наталья Семеновна, бледнее, чем обычно, сидела прикрыв глаза и откинувшись на спинку кресла. Троица заняла привычные места в конце салона.
— Как вам бал? — негромко поинтересовался Влад.
И мальчишки принялись за обсуждение...
— Марк, ты о чем задумался? — тихо осведомился Влад, Илья же уже задремал, привалившись виском к окну автобуса. — Неужели влюбился за эти пару часов?
— Может быть, но все же нет. У меня никак не идет из головы сегодняшний рассказ этого очевидца.
— Почему?
— Массовая пси-обработка, да еще и бескровная революция меньше чем за сутки до этого, никакой гражданской войны, странно это… — посмотрев по сторонам, еле слышным шепотом ответил мальчишка. — Хотя во всех книгах написано так же!
— Может это просто чудо, вон про набат мифического Китеж-града сказал!
— Нет, Влад, чудо — это чья-то напряженная работа, только так и никак иначе.
— Так недовольных было много, явный цугцванг старой власти, а первый император, видимо, был яркой личностью, настоящим лидером, прирожденным вождем, да и подготовились хорошо, скорей всего корпорации имели хорошие СБ, да и ЧВК уже тогда имелись. Есть деньги — есть войска, можно подкупить, чтобы закрыли глаза, много чего можно, простая схема. Такое уже бывало в истории и не раз.
— Может ты и прав, но мне почему-то не верится в это. Что-то мне подсказывает, что это не вся правда. Ладно, давай лучше еще сыграем в шахматы…
— Равняйсь! Смирно! — раздалась команда капитана, после того, как первокурсники вышли из автобуса. — Оценки вы узнаете завтра, занятия начнутся как обычно. Вольно! Разойтись!
— Спать, спать, спать! — тараторил всю дорогу до комнаты рыжий.
— Ты так в хомяка превратишься, — поддел его Марк.