Страница 11 из 153
- А где в вашем уставе записано, что вы принимаете только девочек? Что мальчиков запрещено?
Вновь молчание. В последнем заявлении я рисковал, такой пункт запросто мог существовать. Но, судя по словам Хуана Карлоса, по поводу их попыток когда-то брать мальчиков на обучение, вероятность этого невелика. А ему я доверяю, не знаю, откуда у него вся его информация, но то, что он говорит, всегда верно или близко к истине.
Я угадал, так и есть. У сеньоры не нашлось аргументов возразить.
- Парень, - майор усмехнулась не сулящим мне ничего хорошего тоном. – Вставай и двигай отсюда. Я делаю вид, что тебя не видела, ты делаешь вид, что сюда не приходил.
Грубо, очень грубо, сеньора! Последний аргумент - крайний, за неимением более весомых. Я отрицательно покачал головой.
- Нет? – в её тоне вновь скользнуло изумление. И раздражение. – Тебе помочь?
То есть, меня не воспринимают всерьез. Её даже не заинтересовал мой навигатор.
Всё, сейчас вышвырнут. Посмеются, поглумятся и забудут о моем существовании. А там, за спиной, осточертевшая школа с осточертевшими Бенито Кампосом, Эммой Долорес и кучей иных осточертевших персонажей. И Бэль, девочка аристократка, потерянная навсегда. Я не смогу смотреть ей в глаза, даже если она меня найдёт. Она ничего обо мне не знает, но для таких людей поиск – лишь вопрос времени, захочет – найдёт обязательно.
Вот только зачем ей какая-то тряпка?
- Знаете, сеньора, мне кажется, кадровый вопрос такой организации, как корпус телохранителей, не входит в компетенцию дежурного офицера, – огорошил я её и почувствовал, как глаза мои зло сверкнули. Всё, ва-банк, отступать некуда. Наверняка наша беседа, записываются, и если сеньора майор меня вышвырнет после этих слов… У нее могут возникнуть проблемы. Могут и не возникнуть, но других точек давления у меня просто нет.
Улыбку сеньоры ветром сдуло. Она прищурилась и вновь посмотрела на меня, но уже по-другому. Что-то во мне увидела новое и весьма для себя неприятное. Наконец, нехотя выдавила:
- Сиди здесь. Жди.
Затем забрала у меня папку с документами, навигатор, потребовала снять браслет и тоже забрала.
- Сам напросился! – бросила через плечо, после чего люк открылся, выпуская её на свободу, а затем встал на место, отрезая меня от внешнего мира.
Я остался наедине с собой. В наш век виртуала, космоса и глобальных информационных сетей люди с рождения привыкают к информации, как верному спутнику жизни. Сейчас трудно представить, что когда-то люди жили без браслетов, ведь они такая же необходимость для человека, как рука, нога, печень или почки. Без него человек как без любого жизненно важного органа. Идентификационный чип, заменяющий паспорт. Банковский модуль, на котором можно хранить наличность. Устройство связи. Простейшие проги, типа словарей, ориентировщиков на местности, вычислителей и убивалок времени. Книги. Фильмы. Игры…
Браслеты – наше ВСЁ, и оставшись без своего - части себя, я банально не знал, чем заняться.
Больше всего скучал по убивалкам времени – простейшим тупым игрушкам без чёткой цели, занимающих всё внимание. Конечно, без навигаторов, виртуального интерфейса, они смотрятся слабенько, но играть можно.
Думать о чём-то сейчас бесполезно. Я не узнаю, что решили сеньоры королевские телохранительницы, пока они сами об этом не сообщат. Оставалось сидеть и ждать, ничего не делая, ни о чём не думая
Это оказалось довольно тяжело – сидеть и ждать. Mierda, да когда же они меня, наконец, проверят?! Вроде в моей персоне нет ничего экстраординарного. Родился, жил, учился, сошёл с ума, решив явиться к ним – вот и вся биография. Ах да, «школьное» дело, как окрестили его СМИ. Странно, но моё имя не попало в программы новостей, будто кто-то специально дал установку этого не делать. Оно расходилось по планете, но медленно, неофициально, от знакомых к знакомым, при этом теряя романтику. Для миллионов венериан я так и остался безликим школьником.
Я догадывался, кто это сделал. Но не до конца понимал мотивов. Зачем ЕЙ покрывать и отмазывать какого-то школьника? Именно отмазывать, слава – не то, о чём я мечтаю. Во всяком случае, не о такой славе. Наверняка она не хочет, чтобы в другой такой же школе появился «мститель», подобный мне, который, глядя на мою физиономию, направо и налево раздающую интервью, захочет сделать то же самое. А может более мощное и смертоносное, заранее спланировав и срежессировав порядок действий.
Иначе говоря, чтобы никто из моих сверстников в других школах не устроил кровавую бойню, желая прославиться так же, как их кумир, сеньор Шимановский из школы генерала Хуареса. Она ведь королева, должна думать и об этом. Но всё равно не понимал, не вязалось это действие с образом безликой пофигистской власти, плюющей на народ в целом и особенно на конкретных его представителей, если ей (власти) они не нужны. Скорее бы понял, накажи меня вместе с отморозками Толстого, за хулиганство, ношение оружия и боевых систем. Но что есть – тому и рады, могло быть хуже.
Почему мне не нужна слава? Интересный вопрос, раньше как-то не задумывался над ним. Наверное, потому что человек если чего-то хочет, должен поступками доказать, насколько он достоин своих притязаний. Иначе превратится в трепло, которое жизнь быстро поставит на место. Это сродни последнему эпизоду с Толстым: безусловно, я доказал в школе, что при стечении обстоятельств могу выстоять против него и его шоблы, но суббота ясно продемонстрировала, что это единичный случай, серьёзное противостояние я проиграю. А значит, не стоит строить из себя супермена, способного одной левой побить целую банду.