Страница 9 из 89
Вскоре из кабинета работодателя вышла со справками на руках Марина, а следом за ней и Ирина, закуривая на ходу сигарету, с видом, ни сколько не обращающей на меня внимания. Маришка молча, протянула, как и обещала два готовых листа, а Ирина добавила с сарказмом,
- Ну, все Галя, забрала, и иди от сюда, нечего здесь делать посторонним!
Меня это конечно несколько задело, но все - же мне не хотелось реагировать на провоцирующие эмоциями выходки. Вновь внимательно просматривая справки, я обратилась к Марине,
- Вы это нарочно делаете, опять ошибки, исправления, ведь прекрасно знаете, что такие документы просто не примут!
Теперь мог сорваться на грани эмоций любой из нас.
Марина, быстро сделав исправления от руки, заверив их и проставив дополнительную печать, постаралась разрешить назревшую ситуацию. Но грубость неуемного работодателя меня все - же «под завела».
Ближе к вечеру, девчата с пищеблока, одна за другой, стали названивать мне по сотовому телефону, жалуясь на свое незавидное положение. Надя не удерживалась от слез и обид. Нурия и Марина З. просили о помощи и возможности содействия, заявляя, что Люся, Галя, Оля и Наташа, все они хотят обратиться с жалобой в соответствующие инстанции, и подпишутся, что больше так нельзя, «она» весь день на всех орет, как на рабов, материт и обзывает. Что оставалось делать мне? Я призадумалась.
А Светланка, на дружеской ноте отметила,
- Галя, ты ушла уже от них, забудь и не связывайся, они сами все хороши – пусть и разбираются! Тебе это надо?!
- Думаю, что да! Ирина сама надавила на больной мозоль, сама спровоцировала положение. Она обещала ни кого не обижать и нарушила свое обещание. В солидарность обиженным, я ушла с работы, в столь сложное время, и поэтому выполню то, что считаю нужным! Время нас рассудит.
Днями позже уже были подготовлены, как это бывало и раньше, обращения в инспекцию по труду, налоговую службу, Роспотребнадзор и Департамент образования.
Как и следовало ожидать, особых мер по нашим обращениям принято практически не было. Единственно, со стороны инспекции труда пришла копия постановления, направленного работодателю, с указанием возмещения ею положенных начислений всем уволившимся, согласно Закона о Труде, которому Ирина особого внимания не предала, относясь к этому весьма не серьезно.
Что меня потрясло и поддержало морально, так это вполне серьезное внимание и понимание руководителя Департамента образования, за которыми последовали незамедлительные, четкие и вполне реальные действия. В наших заявлениях и обращениях в первую очередь излагалась суть бестактного и несоответствующего отношения работодателя к подчиненному, нарушения условий труда и факты хищения.
Уже следующим днем, директора школы и нашего бывшего работодателя пригласили на беседу в вышестоящую структуру образования. Руководителю школьного учреждения было объявлено предупреждение, за не своевременное внимание и не серьезное отношение к ситуации на пищеблоке, а также массовое увольнение людей, в столь сложное положение, на момент кризиса по стране. А после последовал незамедлительный ответ на мое имя, в лице директора школы, с уведомлением о разрыве договорных отношений с индивидуальным предпринимателем – Ириной Евгеньевной, по причине ее неправомерных действий к персоналу. Чуть позднее пришел ответ и из Департамента образования, где четко указывалось, что по фактам обращения проведено расследование, директору школы предложено расторгнуть договорные отношения с работодателем столовой, по причине не корректного поведения и унижения ею работников цеха. Девчата, которые уже были уволены, несколько ликовали, другие немного приуныли, но не из жалости к Ирине, а просто оставались теперь без работы, по стечению обстоятельств. Новый предприниматель принял столовую, но со своим сформированным коллективом, так что кое-кто остался не у дел, здесь было, над чем подумать. Возможно, этот вопрос можно было решить только лишь на юридическом уровне.
Что касалось меня, то я не прыгала от радости и не ликовала. Тем более уже зная, что Ирина в последнее время из - за переживаний и собственной глупости слишком много курила и увлекалась спиртным, чего, она впрочем, не скрывала, вот и результат – с сердечным приступом ее увезли в больницу, а работу свою она потеряла. Тут уж не раз подумаешь – мысль действительно материальна. Вспомнились некогда брошенные ею слова – «пусть мне будет плохо, пусть я сама потеряю работу, но этих сучек – всех уволю, они еще попрыгают!». Вот и сбылась пророческая мысль, она сама желала этого не осознанно…
Время шло, хотелось все забыть, мои поиски в работе были пока безуспешными. Некоторые из уволенных работников принципиально собирались судиться с бывшим работодателем. Я устала от проблем, но ежедневно выслушивая жалобы названивающих мне девчат, все же сходила проконсультироваться к весьма зарекомендовавшему себя и сильному юристу, о котором, не мало, была наслышана. Виктор Николаевич, как он представился, аргументируя, стопроцентно убедил меня в выигрышном процессе, хотя бы по факту унижений подчиненного персонала работодателем, и в том, что последовавший в силу обстоятельств разрыв договорных отношений предпринимателя с директором школы – вполне правомерны, со стороны Департамента образования все законно, дело стоит того, чтоб им заняться! Все же подумав и поразмыслив, мне не хотелось далее «добивать» уже и без того наказанную жизнью за свои проступки Ирину. Бог ей судья. Сейчас пора подумать и о себе. Все, что я смогла – сделала. По крайней мере, теперь, в своем лице, кое-кто из девчат все же почувствует себя, прежде всего человеком. И это, главное! Здесь к месту вспомнить очень точные и верно сказанные слова Сергея Острового: