Страница 31 из 89
Если грянет беда – крепись!
Если радость на сердце – пой!
И во всем – будь сама собой!»
Шестого июня, выходным днем, я поднялась, как не обычно, спозаранку. Спать совсем не хотелось, как в будние дни. Тут уж мысленно подумаешь – закон подлости. И, тем не менее, слегка позавтракав, с удовольствием присела за компьютер, планируя все же скинуть через электронную почту вновь свою рукопись в очередное издательство. Что-то у меня в этот день не получалось. Хоть я и была уверенным пользователем ПК, но не всеми навыками владела, не все умела. Ни чего не оставалось, как обратиться к уже проснувшемуся сыну. В последнее время у нас с ним были немного натянутые отношения. Он, то грубил не по делу, то, напротив, при хорошем настроении, звал меня в кино или кафе. Я удивлялась его разностороннему настрою, но все же с удовольствием составляла ему компанию, и мы с удовольствием увлекались на обратном пути из кинотеатра великолепными шашлыками.
Руслан в последнее время был словно сам не свой. Отношения с подругой как-то резко оборвались, я не понимала причин, а он совсем не хотел говорить на эту тему, делиться своими личными житейскими делами и проблемами, уперто замкнувшись в себе.
Светлана не раз бывала у нас в гостях. Эта миловидная, белокурая девушка, произвела на меня весьма позитивное впечатление. С ее стороны я не предполагала ни какого подвоха, напротив, мне казалось, что Руслан для нее далеко не безразличен. Хотя в силу его сложного характера, удивляться, особо не стоило. Хотелось лишь обратить его внимание на совет, быть проще, пересмотреть себя, впрочем, что я и пыталась сделать не однократно. Ответной реакции, как и ожидалось, пока не было, он был далеко безразличен, жил, как считал нужным. А иногда просто отвечал: « Я такой, какой есть».
В такие минуты хотелось достучаться до него, помочь, посоветовать. Но я была почти далека от его понятий, а он для меня, совсем не доступен. Иногда мне казалось, что это последствия разрыва его отношений со Светулькой, как ранее ласково он ее называл.
…В попытке делать очередную команду по работе над файлом, возникла необходимость обратиться к сыну с тихой просьбой: «Русик, у меня что-то не получается, помоги…» Докончить начатую мысль уже не пришлось. Резко подскочив с постели, присев рядом на мой диванчик, он грубо и дерзко меня оборвал,
- Давай, показывай, чего там у тебя, нервно добавив - как же ты меня достала….
Притупив обиду и боль, я попыталась вновь простить ему очередную выходку, продолжая сидя рядом, лишь объяснить свою задачу. И уже совсем не ожидала очередного поворота его действий. Раздраженный и обозленный, он резким движением и совсем не красиво двинул подо мной кресло, продолжая не обдуманно и скверно в мой адрес,
- Б…, как же ты меня бесишь, ты мне …, мне … сидеть с тобой рядом…!
Мгновенная мысль пришла на ум - если бы это был стул, то наверняка я бы упала.
Наверно, это было последней каплей моего терпения, тупиком, в наших сложных отношениях. Я чувствовала, что теряю сына. Боль обиды, словно комом застряла в моей груди, не хватало воздуха. Слов больше не было. Резко поднявшись, я ответила,
- Садись, тебе нужен компьютер – пожалуйста, работай, продолжай! Обойдусь без твоей помощи.
- Да по фиг вообще, добавил он, грубым движением руки смахнув со столика все мои записи.
- Я твои вещи не кидаю и не швыряю!
- Да по херу все!
На этом диалог был исчерпан.
Больше мне ни о чем с ним не хотелось говорить, да и зачем. Быстро собравшись, я вышла на улицу, прочь от своего дома. Было горько и больно находиться рядом с ним, наверно для этого нужно время.
С поникшей головой, разбитыми мыслями, тоской и обидой, я медленно шла, пока еще по тихим улочкам, а по щекам непроизвольно стеками ручьем слезы.
- За что же ты так, сынок? Ведь мы, столько лет вместе, шли рука об руку, вместе. Сдувая с тебя пылинки, мечтала и думала, лишь о твоем счастье! Может прав тот, кто сказал некую фразу – « иногда надо пожить и для себя».
Это больно и обидно, когда самый близкий человек вытирает об тебя ноги. Ведь я всегда умела и могла за себя постоять, а он знал, он единственный, кому можно все, и которого можно простить за все.
Как-то при его очередной выходке я отметила – «зачем ты так со мной?», а в ответ легко и уверенно: «да настроение такое, а на ком еще сорваться!».
…Ни чего не оставалось, как позвонить своей подруге, Светлане.
- Светик, мне плохо, можно я приду?!
- Какой вопрос, конечно, я скоро буду дома, приходи…
Как и в былые времена неудач, руки вновь потянулись за сигаретой. Ноги не уверенно шли по направлению берега Томи. Ничего и никого, не замечая, тихо переживала в себе боль, затягивая сигарету, а слезы все катились из глаз нескончаемым потоком скорби и горечи. До прихода Светланы к себе домой еще оставалось какое-то время, и я решила для себя – «ну что ж, дорогой мой, ты уже давно взрослый, крутись сам, все что могла – дала, чему смогла – научила, мешать не хочу и не буду». Пока мне необходимо побыть одной, переосмыслить все, остыть. Может и в правду, время лечит раны, но сейчас нам, как никогда, быть вместе нельзя. Два негативных настроения и отношения в едином целом, это почти катастрофа! Значит, тому и быть, мы пока на время разойдемся, а там жизнь покажет.