Страница 45 из 58
Передовые отряды войска Всеслава Строгова уже виднелись за рекой Лумой с юго-западных башен Миргорода. Видогост готовился к худшему. Он увёл в поход тридцать четыре тысячи воинов. Вернулся же, приведя с собой меньше сотни. Настроение горожан было самое мрачное. Настроение предельного князя ещё хуже. Правда, он сделал всё что мог для предстоящей обороны города. Всё мужское население было разделено на сотни и каждой назначили своего командира. Правда, качество этих бойцов было очень низким, так как самые лучшие были записаны в войско ещё во время подготовки к походу. Тем не менее Игорь Сурин, исправник Поместной стражи, клялся Видогосту, что вверенные ему отряды боеспособны и могут отбить любой штурм. Собственно, на них и оставалась вся надежда.
Проведя более двух часов на стенах, Видогост решил передохнуть и отправился в резиденцию к своей жене. Наблюдение за войском Всеслава и проверка укреплений утомили предельного князя. Но жена не дала ему отвлечься. Мирина ходила по комнате и возмущалась. Девушки её свиты попрятались в разных углах женской половины, занимаясь делами, лишь бы не попасться на глаза рассерженной хозяйке. У кого дел не было, тот их себе придумал. Только Агата Лоскутова сидела в стороне и просто наблюдала за Мириной. Видогост тоже какое-то время просто слушал жену.
- Мой брат предал нас! Разве ты этого не видишь? Пётр увидел, что дело проиграно и сбежал к Всеславу обратно! Какая мерзость! И это после всего того, что мы для него сделали! Мерзкий сопливый прыщ! Когда державная власть зашаталась прошлым летом, он удрал к нам. Теперь когда у нас трудное время, он нас легко продал!
- Он не предатель, - заплаканным голосом прохныкала Вера, которая, оказывается, сидела здесь же. - Его убили наверное, он умер...
- Твой дружок нас предал! И тебя тоже!
- Он же твой брат, Мирина...
- После этого никакой он мне не брат!
- Ну хватит, - перебил женщин Видогост и те сразу замолкли. - Может Пётр вернулся к Всеславу, может он погиб, - при слове «погиб» на глазах Веры вновь проступили слёзы, - я всё равно никак на это повлиять не могу!
В этот момент с северной стены раздался звук трубы, возвещавший о появлении отряда союзников. Насколько знал Видогост, конница Всеслава ещё не успела обойти город с той стороны и блокировать дороги. Но кто эти союзники, дружина храма Агуна и Кесы или какой-нибудь отряд купеческих боевиков? Предельный князь пошёл узнавать в чём дело. Прибежавший вестовой сказал, что за воротами стоит Пётр Строгов с крупным отрядом. «Впускайте», - приказал Видогост.
Через четверть часа в ворота резиденции вошёл отряд численностью более двухсот бойцов. Во главе него ехал на коне младший брат державного князя. Когда они проходили по улицам, горожане выбегали и приветствовали их так, будто это было войско победителей. Хотя зрелище отряд представлял весьма жалкое. Здесь были все — ополченцы, копейщики, конники, вилушканцы. И даже с десяток бойцов Старшей дружины. Все были голодные и грязные, хотя и при оружии. Над этим жалким воинством развевался стяг Дома Булатовых.
Их вышли встречать все обитатели резиденции. Воспитанницы свиты высыпали на крыльцо. Мирина, словно забыв о своих словах радостно приветствовала брата. Вера была в восторге и бросилась на радостях обниматься с Агатой. Пётр выехал вперёд, слез с коня и обратился к Видогосту:
- Я выполнил своё обещание, князь. Вот все воины, которых я сумел собрать. Я и они готовы защищать Миргород до последней капли крови!
Видогост без слов обнял Петра под всеобщие крики одобрения.
***
В битве у хутора Бескрайний Шиш державное войско потеряло две тысячи убитыми и четыре тысячи ранеными. Потери Видогоста были более ощутимы. Войско Булатовых потеряло шесть тысяч убитых и десять тысяч раненых. Основная масса уцелевших разбежалась по окрестностям. Отлавливать их специально никто не стал. Никакой боевой силы они больше не представляли, а отвлекать воинов смысла не было.
Всеслав не спеша готовился к правильной осаде предельного города. Несколько дней ушло на то, чтобы обложить Миргород группами конников, которые перекрыли тропы и дороги. На основных направлениях были выставлены сильные отряды пехоты. Так как с трёх сторон гнездо Дома Булатовых было окружено водами рек, то штурмовать его можно было лишь с севера. Именно там и был расположен основной боевой лагерь. Отряды пехотинцев и лучников садились в лодки и плавали вокруг города, чтобы мешать его защитникам пользоваться рекой и заставлять держать на стенах вдоль рек как можно больше воинов. Князь Клыков уже послал своих гонцов вверх по Луме и в скором времени, Булатовы смогут увидеть под своими стенами не только лодки, но и боевые ладьи. В самом лагере полным ходом шла подготовка к строительству подкопа и последующему штурму.
На четвёртый день осады в шатёр Всеслава привели группу служилых людей. Их было пятеро. Государь как раз окончил военный совет и поэтому все офицеры были в сборе. Задержали служилых разведчики. Старший ратник указал на них:
- Вот, государь, пытались в Миргород пролезть мимо наших разъездов.
- Сильно таились? - спросил Всеслав.
- Нет, не очень.
- Кто вы такие, - обратился к служилым державный князь, - зачем в Миргород пытались попасть?
- Мы посланцы от Рубежной стражи. Нам нужно доложить предельному князю, важные вести... Срочные.
- На кою шишку тебе предельный князь сдался, - заговорил Лютогост и указал на брата, - когда перед тобой сам владыка Древгорода и державный князь Рустовесской земли?
Служилые не сговариваясь переглянулись и попадали на колени. Видимо, до них только сейчас дошло с кем они имеют дело.
- Прости, государь, мы... С дороги, устали зело! Совсем не соображаем. Прости, что не признали.
- Ну хватит в ногах валяться, вставайте. Что у вас за дело, зачем в Миргород ехали?
- Беда, государь! Кочевники напали. Целое войско, до двадцати тысяч. Уже сожгли несколько острогов на юге Засечной черты. С набегом идут.