Страница 93 из 98
Оставшись втроем, мы продолжили веселье, хотя Коля вел себя развязано и некрасиво. Переболев по весне, он совсем перестал следить за своим внешним видом. Мало того, что пришел обросшим, не расчесанным, с лохматыми и грязными прядями волос, неопрятно свисающими на глаза, так вдобавок ко всему вновь с дурным запахом. Было ощущение того, что он очень давно не мылся. На замечания даже иронически не реагировал, зато в присутствии дяди Миши, пытался нарочно вставить свое «умное словцо», чуть не испортив застолье, не по делу хихикал и дурковал. Мы со Светиком понимали, что это последствия его второго инсульта, но терпеть его пожизненные выходки, тем не менее, не собирались, поэтому вовремя его одергивали и ставили на место. Коля понимал это по своему, и продолжал веселиться вместе с нами.
Светлана, как и всегда, была не заменима, неподражаема и на высоте. Ее умению грациозно плясать, можно было и позавидовать. Вечерело. Расставаться совсем не хотелось, но напряженные отношения Светланы с мужем, к тому принуждали. Коле ничего не оставалось делать, как проводить мою подругу до дома, и самому после отправляться домой, в Северск.
Впереди нам со Светланой предстояла очередная дорога, мне в отпуск в родные края, ей, в любимый Сочи, где она отдыхала уже дважды. Из ее рассказов о проведенных отличных деньках в различных поездках, я находила что-то общее и с собой. Она, как и я, очень любила романтические путешествия, и ради таких затей была готова терпеть определенные неудачи и обстоятельства семейной жизни. Маленькая, худенькая, шустрая и веселая, с красивыми чертами лица, и глазами «Валерии», Света была интересна и чудна в общении со мной и друзьями, а среди прочего окружающего мира, немного скована и замкнута. Но, в общем, она была и есть, классный и надежный товарищ!
Удачи тебе, Светик, наша забавная «Саулешка»!
Из рассказов Светланы о прошлогодней поездке в Тайланд, просмотров дисков и фотографий, на меня вновь нахлынули ностальгические воспоминания, хотелось хоть одним глазком, вновь увидеть море, ощутить качку, просто взглянуть на неизведанный мир. Есть цель и желание, значит все еще впереди, главное в это поверить! И я верю!
Вернувшись из отпуска, Руслан бодрый, довольный и загоревший, рассказывал о своих, классных чудо-похождениях по родному краю. Запечатленные на мобильник отдых, рыбалка и ночевка на «белых камнях», встреча с друзьями, похождение в горы, шашлыки, лазанье по скалам, все это радовало и воодушевляло
Через две недели родной город встречал и меня своим теплым гостеприимством.
В первый же день моего приезда, неожиданной стала весть и о пребывании в очередном отпуске, теперь уже контрактника Женьки, с которым по зиме мы не очень дружелюбно расстались. Дома он находился очень мало, большую часть времени проводил среди своих друзей, не вникая в проблемы матери. Да и та, сильно загружать и расстраивать сына своими заботами не хотела, просто очень радуясь его очередной побывке. Женька вновь взялся за рюмку, можно было сказать, что за те деньки, он практически не «просыхал», объяснением на мое мимолетное замечание, было лишь одно, то, что он устал и решил на время расслабиться. Там, на контракте этого не будет, ни при каких обстоятельствах, хотелось в это верить. Мы планировали все вместе организовать шашлыки, а Женя намечал на обратном пути заехать ненадолго в Томск, к Руслану. Но все задуманное вдруг оборвалось. Восьмого августа его срочно вызвали в часть. Провожая его, сестра сильно плакала, мы тогда еще не знали о военных событиях, спровоцированных Грузинской стороной.
- Береги себя, Женька, дорогой ты наш спецназовец, будь достоин чести и памяти своего великого деда и нашего отца!
Леша сильно изменился за прошедший год, стал более крепким, но вспыльчивым. Шолпан, как и всегда, работала не покладая рук, неся на себе все заботы и проблемы. Карина стала капризной и менее послушной. Во всем сказывалось воспитание Олеси, которая в этом году еще больше удивляла всех, своим скандальным характером.
Как-то в сердцах, сестра мне поведала, что Олеся вновь вскрывала себе вены, но на этот раз уже вдоль вен, кидалась под поезд. В обоих случаях ее спасла лишь случайность. Разговаривать с упертой и неподступной девицей было излишне и бесполезно, впрочем, и говорить-то по-человечески она, совсем не умела и не желала, вместо речи, лишь крик и ругань взбесившейся, необузданной и эгоистичной девчонки. Вот уж что по ней плакало, так это «хороший» ремень. Даже не понятно, кому больше доставалось, маленькой Карине, или все терпящей Шолпан.
Несмотря на запланированные мероприятия и активный отдых, я все же не смогла игнорировать бессовестное поведение своей двадцати двух летней племянницы, к тому подтолкнула почти бессонная прошедшая ночь, в которую Олеся устроила грандиозный скандал матери, укоряя ту во всех неудачах и грехах, высказывая ей незаслуженные обиды и оскорбления. Тут совести места и близко не было. Сестрица молча, все терпела и выслушивала, а на мой вопрос следующим днем: «Почему?», ответила тихо и просто, что боялась очередного суицида своей несчастной дочери.