Страница 17 из 98
Вечерами и в свободное время, как и обычно мы сидели на берегу, иногда покуривая сигареты с ментолом, обязательно пели, купались и загорали.
Рядом с лагерем находилась войсковая ракетная часть. Ребята каждый вечер спускались с сопок к нам в гости. Кое-кто нашел там и свою судьбу…
Подруга Гуля Ишимбаева, встречалась с Володей Алисовым, и как я узнаю позднее, они уедут вместе к нему на Родину, после появится дочь Владислава, и у них будет счастливая, крепкая семья.
Валентина с Натальей - цыганочкой за время практики успеют сильно повздорить, так как Валя любила, как и обычно общество мужчин, а Наташа, ее просто по-дружески ревновала. Из-за этой причины мы с Натальей в то время, напротив, сильно сдружились. В свободное время ходили по нескольку километров до остановки, чтоб съездить в Находку, просто пройтись по магазинам, сходить на почту, в кино. А вечерами, в тишине любили по пустынным дорогам делать пробежки, любуясь красотой ночного, звездного дивного края.
Однажды в лагере вдруг появилась мама Натальи, из Иркутска. Это теперь я знаю, что не вдруг. Человеком она была не старым, но видать предчувствовала свою кончину, вот и приехала, якобы просто навестить свою дочь, на деле, конечно же, попрощаться. Пробыв несколько дней в одном с нами бараке на 20 человек, она собиралась в обратную дорогу. Мы с Наташей пошли провожать ее до станции Угольная, что рядом с Владивостоком. До отправки поезда оставалось время, и нам предстояло целый день развлекаться, знакомясь с городом, от которого все были в полнейшем восторге. Построенный среди сопок, он блистал старинными живописными зданиями и постройками, очень понравилась набережная с многообразием кораблей, патрули, чистота и порядок закрытого города. Нагулявшись за целый день, уставшие, мы пошли на морской вокзал ждать утреннего поезда. Проводив маму Натальи, вновь поехали в свой лагерь, через Находку, от усталости я просто засыпала на ходу. А на следующий день наша смена. Но девчата не подкачали, подменяя нас безо всяких разговоров.
Как-то в один из вечеров, точно так же, как и в предыдущий раз, будучи наслышанным о моих достоинствах, а для девчат я представлялась человеком интересным, общительным и незаурядным, пришел служивый паренек с намерениями для серьезного знакомства, родом он был с Кавказа. Выйти к нему на встречу, наверно, не хвалило храбрости. Я избегала любых встреч, не зная и не понимая сама, почему? Наверно на тот момент все-таки где-то внутри была трусость, забитость, нерешительность. И до сих пор, называя себя частенько заядлым раком, думаю, что причиной тому мой очень сложный характер.
Вот уже середина лета, скоро закончится второй сезон в лагере, и нам всем пора сдавать заключительные экзамены, что собственно для меня было не проблемой. Тогда я считала свою профессию не призванием, а так, мол, в жизни пригодится, просто надеялась и мечтала повидать моря - океаны. Скорее всего, это была просто моя судьба.
По окончании работ в Пионерском лагере мы все вновь, по осени встретились вместе в своей общаге, но расселяли нас, как второкурсников кого - куда. Жили, как солдаты в окопах, много суеты, забот, неизвестность, уверенность и неуверенность в завтрашнем дне. Учеба мне давалась легко, в отличие от других, которые почти ничего не понимали в кулинарии, организации и оборудовании, и очень страдали от этого. Я готовилась к долгожданным зимним каникулам, собираясь съездить домой, в свой любимый Серебрянск.
В один из вечеров к нам в комнату вошла комендант, как все ее звали Марго, взглянув печально в сторону Натальи, она ошарашила всех протянутой телеграммой. Мамы нашей Наташи - цыганочки больше не было, надо было как-то ей помочь, поддержать. Вот, тогда-то, безоговорочно, молча, без слов, словно смирила нас чужая беда, находившиеся еще в ссоре я и Наталья из Элисты, что в Калмыкии, просто взглянув друг другу в глаза, словно ничего-то и не было, ни какой ссоры, просто собрались и поехали проводить свою горемычную подругу до аэропорта. Сначала ночь в общем вагоне, затем целый утомительный день в ожидании билета, слезы и отчаяние цыганочки. Проводив Наталью, вернулись обратно в училище, где нас обеих лишили частично стипендии за один день прогула... Чужая беда ни кого не интересовала.
Прошло еще немного времени, и все мы разлетелись, кто куда. Авиабилет в те времена было достать трудновато, но вот как-то именно из Владивостока я всегда и запросто могла улететь до Новосибирска. Впервые, сев на самолет, мне понравилось ощущение полета, хотя на душе было страшновато. Я больше года не была дома, очень скучала по всем и всему.
По приезду в Серебрянск, вместе с сестрой, вечерами ходили в гости к ее подругам в общежитие, Вале и Оле. Там очень весело и забавно проводили время. Как-то пошли в больницу навестить их знакомых ребят, служивших в местной войсковой части. Одного из них я сразу заприметила. Родом он был из Дагестана, и звали его Абдурахман. Парень он был веселый, сразу смело и решительно подошел ко мне, пытаясь установить контакт, завязался небольшой разговор. Чуть смущаясь, я, как и обычно, почти замкнулась в себе, лишь изредка молча улыбалась, хотя понимала, что этот человек мне симпатичен, но какая-то сила словно замыкала и удерживала меня. Наступала та самая пора ломать барьер своих непонятных опасений. Незаметно пролетели каникулы.
Шура и Нуртай к тому времени уже разошлись, а я с удовольствием навещала маленькую Алию. У Амантая с Катериной родился второй ребенок, сын Тулеген. Оба моих братца постепенно спивались.
Как и всегда, провожать меня до поезда пошли мама и сестра Шолпан. Вот тогда-то я впервые, переступив свои страхи и пороки, сделала первый, решительный шаг, написав письмо Абдурахману, которое передала через сестру. Так завязалась переписка, обмен фотографиями, желанный интерес. До Владивостока я доехала слишком уставшая и грязная, оставалось сделать последнюю пересадку до Находки. Сдав вещи в камеру хранения, решила немного привести себя в порядок. Зайдя в туалет, лицом к лицу встретилась с Наташей - цыганочкой, недавно похоронившей свою мать. Мы обнялись, как два самых близких человека, потом вместе ехали поездом, общаясь всю ночь.