Страница 1 из 63
ПРОЛОГ
Осень в этом году была по-особенному промозглой и тоскливой. Или это просто у меня вся жизнь тогда перевернулась с ног на голову. Я стояла на пороге собственного дома, дрожащей рукой держа свое немногочисленное имущество, состоящее из маленькой книги, в которой были написаны основные бытовые заклинания, теплого платка, который вязала еще матушка и нескольких монет, спрятанных от родственников. Успела достать их из своего тайника и незаметно положить в узелок. Кольцо с родовым гербом висело на кожаном шнурке, спрятанное под плотной тканью серого платья. Потом надену, когда окажусь как можно дальше от дома родителей. Дома, который отныне не был моим убежищем. Местом, куда хотелось возвращаться.
Я часто вспоминала тот день, когда будучи маленькой, семилетней девчонкой, была вышвырнута на улицу в одном простом платье и башмаках на плоской тонкой подошве. Осенью… Родственнички даже не отдали мне теплое пальто, которое за неделю до смерти, купила мне мама. Жили мы не так чтобы богато, но и с воды на хлеб не перебивались. У нас был пусть и небольшой, но уютный и чистый дом. Крыша никогда не протекала — папа следил за этим внимательно. Матушка любила готовить и каждый вечер баловала каким-нибудь простым в приготовлении, но вкусным блюдом. Наверное, вкусное оно было потому, что приготовлено с любовью…
Все изменилось в один миг. Родители, оставив меня с соседкой, поехали на ярмарку за продуктами и… не вернулись. Какой-то безумный маг, отметив удачный день в кабаке, решил показать силу своей магии и создал сферу, которую не смог удержать на ладони и она, потеряв контроль создателя, полетела в родителей, которые не обладали никакой магической силой. Все случилось так быстро, что никто находящийся поблизости и не понял сразу, что произошло. Начались паника, суета, вызвали стражей… В тот день я стала сиротой. А спустя еще два дня, которые я провела под надзором магов из отдела — именно тогда я и поняла, что осталась одна. На самом деле одна. И никому, по сути, нет до меня дела. Опека над малолетней магессой, коей я тогда являлась, упала на плечи дальних родственников отца. Они же, как только стражи покинули дом, стали вести себя на моей территории как хозяева. Накиль и Пальмира Фау были на десять лет старше моих покойных родителей. Кроме них в дом заселился и их сын, которому было, если мне не изменяет память, пятнадцать лет. Будучи намного старше меня, он не считал зазорным поддеть сироту. Насмехался над моей худобой, непослушными, слегка вьющимися волосами, большими, как у лупоглазого кнарга глазами. Вскоре терпение новых хозяев закончилось, и они вышвырнули меня из собственного дома. Я успела собрать всего небольшой узелок. Повезло, что никто не стал совать в него свой нос. Иначе забрали бы все.
Каково было маленькой девочке одной на темной улице, идущей под проливным дождем? Чувствующей, как ткань платья противно липнет к телу. Волосы превращаются в мокрые сосульки, а спустя час начинает мучить кашель. Брать у меня особо было нечего, и проходящие мимо мужчины бандитской наружности не обращали на мелкую девчонку никакого внимания. Щенок, выкинутый на улицу за ненадобностью. Лишний рот, который необходимо кормить.
Два дня я слонялась по городу, пыталась поговорить со стражами, но, как назло, не сталкивалась с ними. Шла в основном по безлюдным улицам. Да и что могла сделать одна напуганная девчонка? Я была в растерянности, на грани истерики…
Тогда-то меня, забившуюся в дальний угол тупика, образовавшегося между домов, и обнаружил Нитс: вор, шулер, актер и талантливый маг. Как получилось, что он оказался на улице, я не знала. Он никогда не рассказывал о своей судьбе, сколько бы я его о ней не спрашивала. Мужчина просто шел мимо и пожалел бездомную девчонку. И научил ее всему, что знал сам. Нитс уже был стар. Его мучили частые головные боли, временами мужчину одолевала слабость во всем теле. Моего учителя не стало год назад. Наверное, убедившись, что я окончательно готова к взрослой жизни, он успокоился, и болезнь взяла свое.
Я воровала, чтобы выжить. Жульничала, чтобы немного заработать. И мучилась угрызениями совести, тратя чужие деньги на хлеб или булку. Выхода, увы, у меня все равно не было. На работу оборванку никто не брал. Ни помощницей в лавку, ни просто уборщицей. Стучалась в двери состоятельных людей и все заканчивалось тем, что очередной дворецкий или управляющий морщились и захлопывали дверь перед самым носом. Если же удавалось нарваться на хозяев, те поступали еще жестче — подкрепляли действие заклинанием. Меня просто отшвыривало как можно дальше от дома. Один раз я даже чуть было не попала под копыта лошади, что тянула за собой дорогую, отполированную до блеска карету. Я была неудачницей. Впрочем, теплого приема от богатеев и не ждала. Как и от булочника, молочника, мясника, библиотекаря… То ли вид мой их пугал, то ли просто не нужна была девчонка на побегушках. Ей как-никак еще и платить надо.
Жестокость людей научила меня никому не доверять. Я была сама по себе. Единственный, кто отнесся ко мне с отеческой теплотой, был Нитс. Но и его уже не стало.
Я могла уже сейчас обратиться к стражам и попытаться вернуть себе дом родителей. Могла… но не хотела. Воспоминания медленно уничтожали меня. Я старалась не появляться вблизи места, в котором выросла. Не хотела нарваться на тех, кто в свое время так жестоко со мной поступил. Велико было искушение обчистить семейство Фау. Отныне моим домом была улица. Ночевала же на чердаке одного из не самых благополучных домов. Того и гляди балка какая-нибудь отвалится и по голове стукнет. Но за столько лет я уже привыкла к таким условиям. Самое главное, чтобы были деньги на еду. Ну и еще не желательно попадаться тем же стражам на глаза. В этом заключалась еще одна причина моего нежелания обращаться к ним за помощью. Если кто-нибудь из них сообразит, что я занимаюсь не очень честными делами… Провести минимум год в тюрьме не хотелось. Уж лучше продолжать жить на улице. Тем более, я здесь была далеко не одна такая. Все как-то выживали и особо не жаловались.
Сейчас я удобно устроилась на крыше двухэтажного дома и внимательно следила за прохожими, что прогуливались по дороге, рассматривая яркие витрины лавок и магазинчиков. Выбирала очередную жертву, в карман которой суну руку, дабы «позаимствовать» содержимое кошелька. Заметила щуплую фигурку в мальчишеской одежде. Рита снова вышла на охоту. Никто и не обратит внимания на бедно одетого мальчишку и не подозревая о том, что это девушка. Лишь маг мог это определить. Но им не было до таких как я никакого дела.
Жертва была мною выбрана, и я заспешила к лестнице, приделанной сбоку дома. Надо поторопиться, иначе опять придется отбирать «счастливчика».
Глава 1
Народу в это время на ярмарке было много. Настолько, что пробираться приходилось, в наглую распихивая зевак локтями. Сегодня я предпочла особо не выделяться. Черная курточка не по размеру, жутко велика. Штаны, опять же, если бы не прочный ремень, где-нибудь точно бы уже потеряла. На голове теплая вязаная темно-синяя шапка, скрывающая волосы, которые я закрутила на макушке и закрепила одним из бытовых заклинаний. Лицом я вполне могла сойти за смазливого парнишку, одетого в вещи с чужого плеча. Ботинки растоптанные, зато удобные. Рукава куртки немного засучены, чтобы удобнее было шарить по карманам. Воровство я не любила. Спустя столько лет продолжала мучиться от чувства вины каждый раз, когда мои пальцы оказывались в кармане зазевавшегося горожанина. Выбирала я их тщательно. Он должен был быть хорошо одет, беспечен, и желательно либо слишком худ, либо жутко неповоротлив. Лишь бы на мага не нарваться. Вот с ними было сложнее. Некоторые мастерски скрывали свой потенциал и понять, сильный маг передо мной или нет, подчас было сложно.
Я слонялась по ярмарке уже часа два, не меньше. Смогла обогатиться на три золотые монеты и шла дальше. Зачем? Этих денег вполне бы хватило на неделю, если использовать по минимуму, тратясь на хлеб и тонизирующее зелье. Протянуть можно, но мне еще пригодятся силы, чтобы снова выйти из укрытия, расположенного под протекающей в нескольких местах крышей и опять идти воровать. Или жульничать. Я легко могла разуть любителя азартных игр в карты. Или броситься под карету, а потом требовать деньги за нанесенный моральный ущерб. Иногда удача отворачивалась от меня и платить приходилось еще и за физические повреждения. Ничего, знала я одного хорошего целителя, который, так же, как и я, был вынужден коротать дни на улице. Найти его иногда бывало сложно. Но он никогда не отказывал в помощи. А уж если ты подмажешь его монеткой, то и с собой мог что дать. Этот маг ловко лазил в целительские лавки за нужными составами, не тратясь на создание своих зелий. Да и варить их было негде.