Страница 2 из 78
Вера повернулась к нему.
– Не сочти за труд. Мне в глаз что-то попало, болит жутко. Я промыл. Все равно болит. Посмотри, нет там в глазу чего?
– Наклонись, я отсюда не вижу.
Кирилл сел на колени. Вера приподнялась, взяла его голову в руки и внимательно рассматривала левый глаз, поворачивая лицо то в одну сторону, то в другую. Чувствовалось идущее от Веры тепло. Ощущался ее аромат. Легкий запах пота и чего-то мягкого, сладкого, то ли дезодоранта, то ли крема для загара, то ли духов.
– Ничего не вижу. Сильно болит?
– М-м-м? Только жжется. Я думал, может, мушка какая, или опилки попали. Но видно просто пот.
– Ну он у тебя красный, сильно красный, и набух весь, – Вера, видимо, поняла двусмысленность произнесенной фразы, и Кирилл почувствовал, как напряглись ее руки, но убирать их она не стала.
– Ну глаз я растер сильно, – сказал Кирилл. – Ладно, пройдет. Спасибо. Уже легче. У тебя нежные руки.
Кирилл улыбнулся.
– Да не за что, – Вера улыбнулась в ответ.
На секунду они замолчали. Кирилл голый по пояс, в одних шортах. Вера в весьма открытом купальнике. Воздух даже в тени был обжигающе горяч. Тяжелый запах полыни дурманил голову. Близко друг к другу, они очень близко друг к другу, так близко, что чувствовалось горячее дыхание другого. Руки Веры у него в волосах. Кирилл смотрел ей в глаза. Вера не отводила взгляд и не убирала рук с его головы. Кирилл положил руки Вере на талию и притянул ее к себе. Ее грудь прижалась к его груди. Их губы встретились.
– Кирюха! Как голова, как глаз? – голос Аркаши прозвучал совсем близко.
Вера оттолкнула Кирилла. Аркаша появился на опушке, в одной руке бензопила, в другой противовесом два топора.
– Мы то дерево допили…
Вера осматривала глаз. Пару раз повернула голову Кирилла в одну и другую сторону.
– Ну я ничего не вижу, видно просто пот, – сказала Вера.
– Спасибо. Я был уверен, что это так, но перестраховаться никогда не мешает, – прозвучало глупо, тут любой поймет, что к чему. Вера убрала руки с его головы, и Кирилл поднялся.
– Хм. Простите, что помешал… Мы с Захаркой решили: а ну его, жарень невыносимая, лучше просто поваляться в теньке, вздремнуть чуток, – сказал Аркаша. – Сейчас бревна в грузовик закидаем и отдыхать.
О том, что человечество погибнет, Кирилл узнал за двадцать три минуты семнадцать секунд до того, как это собственно произошло.
Было начало октября, пятница. Солнце радовало последним теплом засыпающий на зиму мир. Кирилл полудремал-полугрезил на скучнейшей лекции по античной философии: Сократ, Платон, Аристотель – три гения, определивших современный образ мышления, и проч., проч., проч. Уф, ну и скукотища.
Ксеня была его подругой. Училась она в том же университете, но Кирилл был студентом журфака, а Ксеня – худграфа. Так же как и Кирилл, осенью она перешла на второй курс. Ксеня была творческой личностью, и Кириллу нравилась ее естественность и открытость. Встречались они чуть больше месяца, но секса еще не было. Собственно, в эту пятницу они и планировали им заняться. Родители Ксени уезжали куда-то на все выходные, и Кирилл был приглашен на ужин с продолжением. Об этом вечере, или, точнее, ночи, он и грезил под усыпляющий голос лектора.
С задних рядов к Кириллу за парту ловко пересел Богдан, одногруппник, коего он на дух не переносил. От Богдана несло заматерелым запахом пота, пива и дешевых сигарет. Богдан придвинулся вплотную, дыхнул убойной дозой перегара Кириллу в лицо: «Слушай», – и вставил, не церемонясь, засаленную пуговку наушника в его ухо.
– Повторяем, несколько минут назад кремлевская пресс-служба сообщила, что в сторону Земли движется астероид, массой и размером достаточный, чтобы уничтожить все живое на планете. Последние несколько недель делалось все возможное, чтобы сбить астероид или отклонить его с курса. Все оказалось напрасно. Столкновение произойдет через двадцать три минуты семнадцать секунд. Давайте послушаем обращение президента Российской Федерации: «Дорогие россияне, друзья. Скорбный час настал для всех нас. Человечество погибнет, и гибель неминуема. Остается только молиться и встретить смерть достойно…».
Кирилл выдернул наушник и глянул на Богдана:
– Это что шутка такая?
Богдан никак не среагировал, а вновь зашептал, дыша перегаром:
– За последние пять минут сообщение прокрутили уже три раза. На всех радиостанциях одно и тоже. Может и шутка, только не я над тобой шучу.
И Кирилл поверил. В голове стало пусто, он смотрел на Богдана и ничего не понимал. Почему-то казалось, что Богдан сейчас рассмеется и закричит, тыкая пальцем: «Обманули! обманули! обманули!». Но Богдан не смеялся.
– Думаешь, и вправду конец? – спросил одногруппник.