Страница 105 из 112
Он встал, поцеловал меня в лоб, и задул свечу. Глава 7. Истина. Совесть была первой, кого я увидел после пробуждения из целого ряда кошмарных, непрекращающихся снов. Седая женщина сидела, сгорбившись на маленьком раскладном стульчике у изголовья моей кровати. Наверное, она спала, потому что ее голова была безвольно опущена, а руки свисали между колен. Она была одета в старые лохмотья, а на ее теле я насчитал множество синяков. Я повернул голову влево и поморщился от боли. Шея затекла, и мне пришлось сделать несколько поступательных движений головой, чтобы размять ее. Я оглянулся по сторонам: я лежал на больничной койке в маленькой, душной палате, большую часть которой занимал странный, огромный аппарат. Я был подключен к нему, посредством многочисленных трубок и игл, которые больно впивались мне в кожу рук.
- А! Ты снова с нами? – спросила Совесть, не поднимая головы. – Я же предупреждала тебя. Говорила: не шевелись. Ты меня не послушался, поэтому отправился на очередное испытание.
- Где я?
- В госпитале. Я – твоя Совесть. Чем больше плохих поступков ты совершаешь, тем быстрее я старею. Я очень зла на тебя, если ты заметил мое состояние.
- Я знаю кто ты. Павший говорил о Старухе. Можно мне воды? Я как будто сто лет не пил, - я прокашлялся и попытался встать. Бесполезно, я был прикован к кровати с помощью наручников, а мои ноги были связаны тугой веревкой.
Она подняла голову. Если бы я уже чуть ранее не испытал парочку отборных ужасов, то сейчас должен был бы закричать от страха. Но я уже осознал, где нахожусь, поэтому совсем не удивился тому, как выглядит эта старуха. У нее не было носа. Совсем. Вместо него там зияла огромная, двухстворчатая дырка, через которую она шумно вдыхала воздух. Левая часть ее лица была парализована, из-за чего кожа на ней свисала как спущенный парус корабля, который очень долго бороздил моря. А правая сторона, наоборот, была натянута, прямо как атмосфера в этой палате. Седой клочок волос, свисающий с макушки прямо до дыры вместо носа, прибавлял ей еще больше гротескного вида: передо мной сидела настоящая, страшная и обезображенная ведьма.
- Что? Не нравлюсь? Не моя вина в этом, а твоя, - усмехнулась она беззубым ртом.
- Сколько времени я уже здесь нахожусь? – я старался на нее не смотреть, побрякивая своими оковами об кровать.
Совесть встала, и нажала какую-то кнопку возле себя.
- И! Он проснулся. Тащи свой маленький зад сюда. Он задает вопросы. А я начинаю терять терпение.
- Иду! – послышался ответ. Голос девочки. Одиннадцать лет, плюс-минус.
Она подошла ко мне и поправила съехавшее одеяло. Когда ее костлявые пальцы случайно задели меня, я с ужасом отдернулся.
- Полгода. Ты здесь уже полгода. Но, ты молодец, выдержал все испытания. Все те сны, что мы тебе показывали. И сказала, что нашла того, кого искала целую вечность. Не спрашивай меня, что это означает, потому что, я не знаю. У нас тут, понимаешь ли, свои игры. Ты же понял, что ты умер?
- Я не дурак.
- Да... Ты дальтоник, но не дурак. И уже было начинала думать, что ты не выберешься, но я всегда в тебя верила. Ты встречал Веру? Ну, такаю неприятную особь, с крыльями?
У меня мурашки пошли по коже.
- Женщину с тремя сосками? Приходилось. В могиле...
- Погоди, сейчас я отключу тебя от аппарата. Он уже тебе не понадобится.
Она вытащила иголки и трубки из моих рук и ног. Перевязала раны марлей.
- Ну вот... Как-то так. Я не сильна в медицине, но твоя жизнь – это и моя жизнь, поэтому я, как и ты, ненавижу эту штуку. Она пищала и тарахтела все время, пока ты блуждал во тьме, - она со злостью постукала по громоздкому аппарату возле моей кровати, который занимал половину палаты. - И сказала присматривать за тобой, а сама убежала. Она считает себя главной. Что ж, может так и есть. Она видела рождение Трех Радуг. А я появилась на свет, когда родился ты.
Я ненадолго заснул, потому что, когда я открыл глаза – огромную железную машину уже выкатили из палаты, а с меня сняли наручники и освободили ноги. Слева от меня все так же сидела Совесть, а справа появилась маленькая девочка лет шести, которая держала меня за руку и что-то тихо напевала. Она сидела на высоком стуле, поэтому ее лицо было выше моего, и когда я открыл глаза, она засмеялась и подмигнула мне. Я ошибся насчет ее возраста. Она была невысокого роста с нежным, ангельским голоском.