Страница 34 из 140
Паша побежал вперед, надеясь добраться до двери раньше зараженных. Внутрь как раз заходила троица. Из-за того, что они помогали идти Степану Александровичу, через проем они проходили неимоверно долго. Паша уже был у двери, но не мог войти. Дверь загораживала спина мужчины, что держал учителя физики.
Вот наконец он подался вперед, освобождая проем. Паша поднял ногу, собираясь войти в банк, когда почувствовал, как множество рук вцепилось в одежду сзади.
Паша схватился за косяк двери и напряг руки, пытаясь втянуть себя внутрь. Но руки сзади держали крепко и с неимоверной силой тянули назад. Пальцы разжались сами собой, и Паша почувствовал, как проваливается, падая куда-то назад.
Падение остановилось. Оторванную от косяка руку перехватил охранник и теперь тянул внутрь. Вот к первой паре рук присоединились еще несколько. Суставы затрещали, и Паша ощутил, как локоть растягивается и рука вытягивается из плеча. Было очень больно, и слезы брызнули из глаз.
Паша протянул вторую руку, и ее тут же схватили несколько рук из проема двери. Натяжение усилилось. Руки сзади крепко держали его за плечи, бока и ноги. Руки из банка тянули его внутрь, и Паша видел, что медленно приближается к двери.
– Давайте. Пожалуйста, тяните, – с мольбой и слезами выдавил Паша, и на секунду показалось, что люди в банке справятся и все закончится хорошо.
Но вот левую ногу пронзила ужасная боль, потом боль пронзила правый бок и вспыхнула слева у основания шеи. Меня укусили! Паша ощутил, как его тело бьется в конвульсиях распятое между зараженными и людьми в банке.
А это ведь я увидел людей в банке и привел всех сюда. Я их всех спас. Я должен был сам спастись, мелькнуло в голове. Почему я просто не вошле внутрь?
Сзади стали тянуть сильнее, и сквозь боль Паша почувствовал, как его руки выскользнули из хватки десяток рук. Пашу отбросило назад, и он упал на спину. В голове зазвенело от удара об асфальт проезжей части. Десяток зараженных сомкнулся над ним, закрывая небо. Вот их оскаленные пасти наклонились, и все тело словно взорвалось от боли, а потом сознание ускользнуло в спасительную темноту.